Описание же распутинских оргий это отдельная отрасль в кино и литературе. «Бойкие мастера» здесь на
яркие краски и мистериозные подробности не скупятся. Золоченые хоромы особняков и дворцов знати, отдельные кабинеты самых фешенебельных ресторанов, изысканные интерьеры, уникальные меха и баснословные драгоценности, надрывные песни и зажигательные пляски цыган таков дежурный антураж, в котором обычно и изображают разгульные действия. Игра шампанского в хрустале, бархатные и шелковые обивки и портьеры, переливы бриллиантов, мерцающий огонь свечей в причудливых бронзовых канделябрах, а на первом плане похотливый бородатый мужик или сжимающий в своих грубых руках заколдованную, беспомощную аристократку, или вертящийся в бесовском плясе, напоминающем ритуальные танцы диких племен. Этот «видеоряд» давно стал обязательным как в литературных сочинениях, так и в циклах кинопроизведений. На протяжении XX века голливудские кино-компании сумели многократно воспроизвести подобную потрясающую воображение «русскую специфику».
Однако распутинская тема не только объект бытового любопытства, а тиражирование этой истории не объясняется лишь распространенным людским интересом к скрытому, заповедному, непристойному. Здесь фокусируются вполне определенные политические интересы, мировоззренческие пристрастия, психологические комплексы не только отдельных людей, но и конкретных общественных групп и политических направлений. «Распутиниада» инструмент идеологических манипуляций, удобный способ объяснить изломанные судьбы стран, народов, империй и правителей простыми, «доходчивыми» формулами и ходульными приемами.
Много десятилетий назад один из самых известных отечественных политиков XX века, герой, кумир и проклятие судьбоносного 1917 года Александр Керенский, изрек: «Без Распутина не было бы Ленина». Иными словами, если бы этот сибирский мужик не появился в царских чертогах, а еще лучше и не родился на свет вовсе, то Россию не постигли бы испытания и мучения, которые она выдерживала почти столетие под игом беспощадных коммунистов. При таком взгляде на ход времен фигура Распутина приобретает магический ореол «могильщика царской империи», своего рода посланца инфернальных сил, открывшего «врата ада» для погубителей и притеснителей.
Постулирование подобной «истины», принятие ее на веру позволяло таким деятелям, как Керенский, удачно выгораживать себя, затемнять и умалять свои личные «заслуги» в деле крушения монархической России и «торжестве апокалипса», наступившего потом. Действительно, если Распутин стал демиургом краха, знаком распада, то историческая вина за это лежит не только и даже не столько на нем, сколько на тех силах и людях, кто вызвали из небытия это «исчадие ада». Здесь на первое место сочинители непременно выдвигают последних царя и царицу.
Банальная схема оказалась чрезвычайно живучей; сходные утверждения звучат и поныне. Один модный современный драматург, имеющий чрезвычайно богатое воображение, договорился до того, что Распутин «интересен как причина гражданской войны. Более того, 1916 год необычайно похож на 99-й. Все сходится даже в мелочах». Читая такое, невольно поражаешься тому, как плохо знают отечественную историю даже те, кто сочиняют исторические опусы. Наверное, о конфигурации, биологической природе, флоре и фауне моря можно судить и по морской капле. Но при одном непременном условии: надо уж если и не знать, то хотя бы иметь достаточное представление об океанографии
В области же истории люди позволяют себе озвучивать любые выводы, строить самые немыслимые гипотезы, делать широковещательные, сенсационные заявления, нисколько не заботясь об их исторической обусловленности. Зачем? По мнению этих «свободных интерпретаторов» прошлого, публика «глупа», она примет на веру любую нелепость и пошлость, если ей заявить, что «я первый открыл», а раньше «никто этих материалов никогда не видел». Хотя все эти «уникальные материалы» давным-давно известны, а многие и опубликованы еще в стародавние времена, однако кто о том ведает? Историки? Но ведь достаточно заклеймить их как «адептов идеологии», и сразу же, как кажется, получишь от публики индульгенцию от собственных «творческих грешков» и предстанешь чуть ли не оракулом, «бесстрастным срывателем» покровов с тайн истории.
Насмехаясь над читателем и зрителем, окарикатуривая прошлое страны и народа, оборотистые «историки-драматурги» делают при этом вполне конкретный гешефт. Скабрезность получает надлежащую рекламу, и выгодная финансовая результативность очередного «эпохального проекта» обеспечивается надежно.
Ни в какой иной теме по истории России, как в теме о Распутине, вульгарная заданность сочинителей всех мастей не проступает так
наглядно. «Распутиниада», «распутинщина» давно стала обиходным мифом, питаемым не только историческим невежеством производителей и потребителей, но и неприкрытым коммерческим расчетом. Бульварная литература во все времена имела неоспоримое тиражное превосходство перед всей прочей. «Простое» и «раскрученное» дает заведомую потребительскую «фору» нетипичному, сложному, эксклюзивному. Так устроен коммерческий рынок вообще и информационно-книжный в частности.