Всего за 490 руб. Купить полную версию
В конце концов, личность это и есть наша стратегия адаптации к существующему вокруг миру. От того какой он, этот мир, во многом, хотя и не во всем, зависит то, какие мы.
Нацистская система в 1938-1939 годах время пребывания Беттельхейма в Дахау и Бухенвальде еще не была нацелена на тотальное истребление, хотя с жизнями тогда тоже не считались. Она была ориентирована на "воспитание" рабской силы: идеальной и послушной, не помышляющей ни о чем, кроме милости от хозяина и которую не жалко пустить в расход.
Соответственно, необходимо было из сопротивляющейся взрослой личности сделать испуганного человечка. Требовалось унизить силой, добиться регресса до состояния ребенка или вовсе животного, живой биомассы. Без личности, воли и чувств.
Биомассой легко управлять, она не вызывает сочувствия, ее легче презирать и она послушно пойдет на убой. Это очень удобно для хозяев.
Обобщая основные психологические стратегии подавления и слома личности, описанные в работе Беттельхейма, я (автор статьи. Прим. ред.) для себя выделил и сформулировал ряд ключевых стратегий, которые, в общем-то, универсальны. В разных вариациях они повторялись и повторяются практически на всех уровнях жизни общества: от семьи до государства. Нацисты только собрали это все в единый концентрат насилия и ужаса. Что же это за способы превращения личности в биомассу?
Правило первое: заставь человека заниматься бессмысленной работой.
Одно из любимых занятий эсэсовцев заставлять людей делать совершенно бессмысленную работу, причем заключенные понимали, что она не имеет смысла. Таскать камни с одного места на другое, рыть ямы голыми руками, когда лопаты лежали рядом. Зачем?
"Потому что я так сказал!"
Чем это отличается от "так надо" или "твое дело выполнять, а не думать"?
Правило второе: ввести взаимоисключающие правила, нарушения которых неизбежны.
Это правило создавало атмосферу постоянного страха быть пойманным. Люди были вынуждены договариваться с надзирателями или капо (помощники СС из числа заключенных), впадая от них в полную зависимость. Разворачивалось большое поле для шантажа: надзиратели и капо могли обращать внимание на нарушения, а могли и не обращать в обмен на те или иные услуги.
Абсурдность и противоречивость родительских требований или правил в организации полный аналог.
Правило третье: введи коллективную ответственность.
Коллективная ответственность размывает личную это давно известное правило. Но в условиях, когда цена ошибки слишком высока, коллективная ответственность превращает всех членов группы в надзирателей друг за другом. Сам коллектив становится невольным союзником СС и лагерной администрации.
Нередко, повинуясь минутной прихоти, эсэсовец
отдавал очередной бессмысленный приказ. Стремление к послушанию въедалось в психику так сильно, что всегда находились заключенные, которые долго соблюдали этот приказ и принуждали к этому других.
Однажды надзиратель приказал группе заключенных мыть ботинки снаружи и внутри водой с мылом.
Ботинки становились твердыми, как камень, натирали ноги. Приказ больше никогда не повторялся. Тем не менее многие, давно находящиеся в лагере заключенные, продолжали каждый день мыть изнутри свои ботинки и ругали всех, кто этого не делал, за нерадивость и грязь.
Принцип групповой ответственности. Когда "все виноваты" или когда конкретного человека видят только как представителя стереотипной группы, а не как выразителя собственного мнения.
Это три "предварительных правила". Ударным звеном выступают следующие три, дробящие уже подготовленную личность в биомассу.
Правило четвертое: заставь людей поверить в то, что от них ничего не зависит.
Для этого нужно создать непредсказуемую обстановку, в которой невозможно что-либо планировать, и заставить людей жить по инструкции, пресекая любую инициативу.
Группу чешских заключенных уничтожили именно так. На некоторое время их выделили как "благородных", имеющих право на определенные привилегии, дали жить в относительном комфорте без работы и лишений. Затем чехов внезапно бросили на работу в карьер, где были самые плохие условия труда и наибольшая смертность, урезав при этом пищевой рацион. Потом обратно в хорошее жилище и легкую работу, через несколько месяцев снова в карьер и т.п. В живых не осталось никого.
«Выживание человека зависит от его способности сохранить за собой некоторую область свободного поведения, удержать контроль над какими-то важными аспектами жизни, несмотря на условия, которые кажутся невыносимыми Даже незначительная, символическая возможность действовать или не действовать, но по своей воле позволяла выжить мне и таким, как я».
Бруно Беттельхейм
Полная неподконтрольность собственной жизни, невозможность предсказать, за что тебя поощряют или наказывают, выбивают почву из-под ног. Личность попросту не успевает выработать стратегии адаптации, она дезорганизуется полностью.
Жесточайший распорядок дня постоянно подгонял людей. Если одну-две минуты промедлишь на умывании опоздаешь в туалет. Задержишься с уборкой своей кровати (в Дахау тогда еще были кровати) не будет тебе завтрака, и без того скудного. Спешка, страх опоздать, ни секунды задуматься и остановиться