Ты пролезай в клетку, а я быстренько, Маркуша, сказала она и, соскользнув по ножке стола, опрометью помчалась в сторону свинарника. При этом она закрутила свой длинный хвост спиралью, чтобы удерживать равновесие среди цепкой травы, росшей под сливами.
Какой вы счастливец иметь такую энергичную жену, сказал Роланд. А вот я так и не вступал в брак.
У брака есть свои плюсы и минусы, заметил Марк.
Не сомневаюсь. Но зато дети беспредельная благодать, как я себе представляю.
Нередко они большое испытание, отозвался Марк. Очень большое. Он помолчал. Именно, очень большое.
Вы меня удивляете. Сам я родился в весьма многочисленном семействе. Как я представляю себе, где-то у меня имеется множество племянников и племянниц. Мне всегда хотелось услышать обращение дядя Роланд.
Полагаю, Магнус доставит вам такое удовольствие.
Магнус?
Мой сын. Скорее всего, с этим он справится. Он способен связать как раз два слова, с горечью объяснил Марк.
Славный малыш! Жду не дождусь, когда его увижу! Входите же, приступайте.
Только Марк хотел сказать, что слово «малыш» к его сыну никоим образом не применимо, как вдруг сообразил, что Магнус не сможет протиснуться в ячейки проволочной сетки, куда сам он проскользнул с лёгкостью. В этот момент послышалось царапанье когтей и показалась Маделин. Её чёрные глазки чуть не выскакивали из орбит.
Ох, Маркуша, Маркуша, с отчаянием прокричала она. Он запропал!
Пропал, поправил Марк.
А я что говорю? Нечего повторять. В свинарнике пусто. Куда ж он делся?
Марк Аврелий больше всего любил именно такие вопросы, на которые требовался целый ряд точных, тщательно продуманных ответов. Он с задумчивым видом поднял голову от кроличьей кормушки.
Прикинем, сказал
он. а) Он мог отправиться в дом искать нас. Но тогда единственный способ для него войти это через кошачий лаз. В таком случае могут возникнуть осложнения, б) Он мог избрать тот путь, о котором я говорил тебе вчера, то есть эмиграция. На ферму напротив, например, или ещё куда-нибудь, в) Возможно, он бродит по саду в поисках пищи. Не говоря уже о «г».
Что ты хочешь сказать? Что за «г»?
Мужайся, Мадди. Я бы с радостью пощадил твои чувства, если бы мог. Однако четвёртая вероятность состоит в том, что его могли утащить.
Утащить?
Да, какое-нибудь плотоядное животное. Буква «г» обозначает «гибель», завершил Марк Аврелий отрывистым тоном и снова принялся за еду.
Вид у Маделин был такой удручённый, что у добросердечного Роланда опять заблестели глаза.
Забирайтесь внутрь, Маделин, произнёс он своим густым голосом. Заходите, поешьте, и вы почувствуете себя лучше. Уверен, что с вашим Магнусом ничего не случилось. Он, вероятно, в полной безопасности, сидит себе в норке.
Тогда норка должна быть кроличьей, пробурчал Марк с полным ртом.
Не понимаю.
Он довольно большой, ответила Маделин.
Вы говорили, он ещё ребёнок.
Ну да, ему всего три месяца, но, понимаете, он растёт очень быстро.
Вы хотите сказать, что он больше обыкновенной мыши?
Да, ответила Маделин, гораздо больше. По правде сказать
Да?
Маделин ответила не сразу. Что-то внутри неё сопротивлялось, ей не хотелось продолжать, но другая её половина кричала: «Давай! Признайся! Скажи вслух при постороннем, тебе полегчает!»
Она глубоко вздохнула.
По правде сказать, ответила она, Магнус великан.
Впоследствии Маделин не могла вспомнить, какой реакции она ждала после такого признания. Недоверия? Или жалости? Или отвращения? И уж в любом случае не того чудовищного грохота, который устроил кролик, забарабанив задними лапами по деревянному полу клетки, отчего Марк Аврелий взвился в воздух, как будто его подбросило с трамплина.
Великан! завопил Роланд. Совершенно великолепно!
Великолепно?
Да, да, разумеется! Гигантизм, у кроликов по крайней мере, считается в высшей степени почётным. Ну как же, одна из наших старейших и наиболее уважаемых пород фламандский великан. Я сам результат сочетания двух пород великанов: мой отец из лопов, а мать новозеландская белая. О дорогая моя Маделин, как вы, должно быть, гордитесь им!
Даже обуреваемая тревогой, Маделин ощутила при этих словах какое-то внутреннее тепло, которое, как она быстро поняла, было гордостью. Так, значит, великанов уважают!
Право, мистер Роланд, до чего вы любезны! отозвалась она. Вот погодите, вы его увидите! И такой уж он ласковый! Сами увидите! Она помолчала, подергивая усами от волнения. Надеюсь, добавила она тихо.
Всё это время глаза у Маделин были обращены на кролика, а у Марка в кормушку. И только глаза Роланда смотрели в сад. И сейчас он вдруг проговорил:
Скажите, Маделин. Ваш Магнус размером с крысу?
Больше.
С морскую свинку?
В жизни их не видала.
Не хотелось бы пробуждать несбыточные надежды, но в брюссельской капусте мелькнуло какое-то животное размером с морскую свинку мышиной окраски и с длинным хвостом. Я только что его заметил.
Маделин быстро повернулась, Марк оторвался от кормушки, и в заросли брюссельской капусты уставились три пары глаз: чёрные, быстро моргающие, блестящие красные и слезящиеся близорукие. И в самом деле, почти сразу же из огородных зарослей появился Магнус и из его глотки раздался зычный рёв: «Мамочка! Ещё! Ещё! Ещё!»