«Кто ищет тот всегда». Как пионер. Особенно подтягивает штаны, вытирает нос и подхватывает дрючок. «Больше всего мы теряем, когда перестаём искать» мудрость очевидная. Так как там Диоген говорил? «Я иду искать человека. Кто не спрятался я не виноват». Я пошёл.
Говорил ли я уже об «идиотизме сельской жизни»? Могу повторить: ощущение острое и непреходящее. Первый же встретившийся абориген оказался прокурором. Я знаю, что на «Святой Руси» прокуроров нет. Но когда на мой вопрос:
Где тут кузнецы живут?
следует залп встречных:
А на что они тебе? А ты хто? А с откудава пришёл? А зачем? А у тя серебро-то есть? А скока? А откуда?
я сразу понимаю: «прокурор попался». И кто это придумал, что только евреи отвечают вопросом на вопрос? Это же общее свойство всякой местечковости. Мой честный ответ:
Я Ванька из Пердуновки.
вызвал у туземца
иллюзию присутствия на концерте «Аншлага». Или у них тут, в Елно, какой-то местный аналог юмора крутится?
Гы-гы-гы! Ванька Гы-гы-гы! С пер перд пердун Гы-гы! Ой! Ой, не могу!
Я стоял перед этим здоровым, поперёк себя шире, аборигеном, в не очень чистой, но, явно, парадной одежде, с не очень чистым лицом и терпеливо ждал, пока эта туземная морда прекратить трясти своей не очень чистой, но празднично расчёсанной и смазанной маслом, бородой веником. Перестанет вибрировать всеми своими телесами, держась за живот, и, хотя бы, как тот чукча из анекдота, просто рукой направление покажет. Увы, где-то внутри данного несостоявшегося дорожного указателя заработал гейзер остроумия.
Заработал на беду. На его.
Мда Нету здесь кинематографа. И телевизор аборигенам не покажешь. И книжек хороших мало. «Блондинку за углом» здесь не читали. Один из тамошних персонажей отличался большим носом. И бригада магазинных грузчиков, в которую он попал, начала над этой деталью внешности новичка особенно изощрённо издеваться. Они не учли одной мелочи: когда у человека есть некоторая особенность, которая служит причиной юмора окружающих, то носитель этого отличия имеет достаточно времени, чтобы понаделать домашних заготовок для достойных ответов всяким громко-ржачным.
Я отошёл на пару шагов и вежливо поинтересовался:
А так воняет?
У-хо-хо!.. Воняет Ага-га-га!.. От тебя. С Пердуновки!.. Га-га-га!
Только я же по ветру отошёл. Так что, это от тебя самого дерьмом несёт.
Гы-гы Чего?!
Чего-чего. Усрался ты, дядя. Порты, поди, полные.
«Гуси-гуси.
Га-га-га.
В морду хочешь?
Нет-нет-нет».
Ну, значит, получи «не по согласию».
Дядя приостановил свой «гейзер остроумия» и заворожено посмотрел на свои штаны. Попытался заглянуть себе за спину. С такой, извиняюсь за выражение, конституцией, увидеть свой зад Потом, напряжённо прислушиваясь к ощущениям, пощупал свою задницу. Потом посмотрел на меня. «и лицо его неприятно изменилось». Оно-то и так-то Не Ален Делон. Этот, конечно, тоже «не пьёт одеколон». Но исключительно из-за наличия отсутствия. И текст дядя забыл. «Членораздельный». Только рычит. Всё громче, всё «гейзернее». В смысле: гейзер снова заработал, но матом и слюнями.
Ну вот, так и знал: «оне-с побежали-с». Отводя правую руку для исполнения ритуального приветствия. «Оплеуха» называется. Я же только вчера об этом погрустил. А они снова Бегает дядя плохо медленно. А вот падает хорошо громко.
Я не стал пытаться перехватить правый рукав и «повести» противника, как сделал на посадниковом дворе со стражником. Просто пригнулся, ушёл в сторону и, уже пробегавшему мимо «остряку-гейзеристу», ткнул дрючком под носок правой ноги. «Бздынь» не случился, случился «ляп». Здоровенная туша ляпнулась в дорожную пыль. И немножко проехалась на брюхе, подметая эту пыль бородой. Дорога была довольно чистая, недавние дожди тут всё помыли. Но пыль уже есть. Вот что есть, то он и собирает.
Я одного не пойму: мне что, всю оставшуюся здесь жизнь вот так и ходить, постоянно роняя местных придурков? Только потому, что их манеры поведения не соответствую привычным для меня нормам общения между взрослыми мужчинами в 21 веке? Непрерывное дуракаваляние утомляет. И не только дурака. Ну, хорошо, здесь дорога глинистая, а была бы булыжная мостовая? Он же и побиться мог. Как-то жалко дядю. Или самому «ванькой прикинуться»? Закосить под местного подростка? Кланяться издаля, принимать эти «отеческие» оплеухи С благодарностью за уделённое моему воспитанию и просвещению время. Так себя же тоже жалко! И будет ещё жальче, если я немедленно отсюда не уберусь дядя подниматься начал.
«Гейзерист» ворочался, елозил ножками, кряхтел и пытался принять вертикальное положение, выплёвывая пыль, сопли и названия различных атрибутов православного культа. Я уже говорил, что местные ругательства воспринимаю несколько общефилософски.
Но когда меня последовательно называют тремя разновидностями резных иконостасов, то я несколько не понимаю. Это я такой красивый? Или буду таким «резным»? Или в меня в пять рядов картинки вставлять будут?
Дядя, наконец, поднялся и снова устремился на меня. Никогда не занимался корридой. Или тавромахией. Попадизм это, прежде всего, самообразование. Пришло время заполнить и этот пробел в собственном тезаурусе. Пробуем.