Молодец! от избытка чувств проорал мне с тренерской скамейки тренер Ло.
Ван! Ван! Ван! скандировали трибуны.
Повезло мне с именем и фамилией удобно выражать восхищение. Когда я, пожав хорвату руку и обменявшись с ним спортивно-этичными любезностями (он пожелал мне долгой и качественной карьеры, а я поблагодарил его за интересную игру) направился к своим, произошла забавная суета среди журналюг. Будь здесь только наши, китайские, или хотя бы вообще азиаты, мы бы получили дисциплинированно построившуюся в соответствии с престижностью представляемого СМИ очередь, но на «Чайна Опен» слетелось множество ляоваев, которые конечно же попытались пробиться вперед, чтобы первыми поговорить с победителем. Нашим это не понравилось, и они принялись толкаться с иностранцами. Скандал был никому не нужен, поэтому части белых людей пришлось потесниться, и ощерившийся на меня микрофонами и камерами полукруг журналистов получился вполне интернациональным.
Родные, я опять в телевизоре! радостно помахал я невидимой, но однозначно смотревшей трансляцию семье. Очень по вам всем скучаю! добавил то, что больше всего сейчас хотелось.
Кто мы без семьи?
Дядя стал совсем невыносим! Нехорошо так говорить, но лучше бы он и дальше пил, говорила со мной трубка голосом Донгмэи. Каждый день он рассказывает всем встречным, как прекрасна трезвая жизнь и сколько дней он уже не пьет. Да кому какое дело
Приобретенный жизненный опыт подсказал мне, что почти все «завязавшие» алкоголики и наркоманы считают, будто весь мир им обязан только за то, что они перестали себя травить.
Дядюшка всегда был занудой, ответил я сестренке.
И всегда считал, что он вправе кого-то чему-то учить, согласилась Донгмэи. Но теперь он вышел на новый уровень занудства! Когда приедешь домой, увидишь сам, что я имею ввиду.
По спине пробежали ледяные мурашки неужели Вэньхуа стал настолько невыносим? Нет-нет, просто сестренка преувеличивает и драматизирует, как детям и положено.
Просто ужасно, поддержал я разговор.
Хорошо, что скоро нанятые строители починят его дом, и он от нас свалит, порадовалась Донгмэи.
Экономия это здорово, но имеющиеся на семейных счетах суммы и в целом безоблачное будущее сподвигли китайского папу не пытаться разгребать все собственными руками, а выписать из города профессионалов. Относительно семейного бюджета вышло совсем не дорого, но дамы семейства не забыли напомнить Ван Дэи, что деньги имеют свойство заканчиваться. Он, в свою очередь, не остался в долгу, на протяжении полутора часов перечисляя дамам их покупки, большую часть которых составляют новенькие брендовые шмотки.
Ладно, мы сейчас будем взлетать, давай потом созвонимся, принялся я сворачивать разговор.
Удачи тебе, занятой старший брат, не без иронии попрощалась Донгмэи. Обязательно заработай третью золотую медаль, а потом обязательно выиграй «Чайна Опен»!
Конечно! пообещал я сестренке.
После небольшой паузы Донгмэи смущенно призналась:
Мы все тоже по тебе соскучились. Пока!
«Пока» прозвучало нарочито громко и пренебрежительно, как дань уважения прошлым специфическим нашим отношениям. Улыбнувшись, я убрал телефон в карман. Китайское моё начало нашептывало: «им просто нужна еще одна коллаборация с тобой», но я его не слушал. Для близких людей скучать в разлуке нормально, и искать здесь корысть лично я не собираюсь.
Улыбаешься значит силы остались, заявил сидящий справа от меня Ло Канг.
Да чего ему, молодому, согласился с ним сидящий слева, у прохода, Фэй Го.
Я бы отдохнул лучше, если бы мы
летели бизнес-классом, буркнул я. Как думаете, у них остались места? Если сунуть стюардессе пятьсот долларов, она пересадит меня?
Пусть ты и золотой медалист, считать себя лучше других это тебе права не дает, принялся зудеть тренер Ло.
Ты же коммунист, Ван! воззвал к классовой солидарности Фэй Го. Из крестьян.
Класс-гегемон у нас номинально рабочие, парировал я. Пусть они и терпят.
Жалко себя меня в один день в разных странах играть заставляют! Причем тогда, когда оба турнира важны как для лично меня, так и для Китая. Сейчас прилетим, и у меня хватит времени только на то, чтобы переодеться к выходу на корт. А я вообще-то устал! И я сам предлагал заплатить и за себя, и за этих вот неплохих в целом мужиков, но функционеру из Ассоциации, который отвечает за логистику, было лень что-то менять. В итоге вместо относительного комфорта я лечу эконом-классом, зажатый между двумя боровами, почти упираясь головой в «потолок» и вынужденный поджать не влезающие в промежуток между сиденьями ноги. Ноги, которым сегодня предстоит некислая нагрузка!
Повлиять на ситуацию я был не в силах, поэтому постарался восстановить душевный покой, выбросить лишние мысли из головы и закрыл глаза. Получилось даже подремать, но это я зря затекли ноги и скрюченная спины. Лучше бы я во время полета выбирался постоять в проходе. Пофигу до выхода на корт успею прийти в норму.
Так и получилось пока мы пересаживались из самолета в машину и из нее под Теннисный Центр, в раздевалку, я успел «расходиться» и был готов к не шибко обременительной на фоне утреннего противостояния с хорватом игре. Когда я облачился в шорты с поло и принялся зашнуровывать кроссовки, в раздевалку без стука ворвалась напарница Чжэн Цзэ, сразу кинувшаяся мне на шею: