Этот котел Маркел присудил оленьему пастуху. Пастух не в убытке: котел-медник дороже оленя.
Грумаланский песенник
Вместе со своей дружиной Кузьма вернулся на Двину, домой. Здесь дружина позвала его в застолье, петь и сказывать у праздника. Трижды посылали за Кузьмой. Дважды отказался, в третий зов пришел. Три раза чествовали чашей два раза отводил ее рукой, в третий раз пригубил и выговорил:
Не стою я таких почестей.
Дружина говорит:
Цену тебе знаем по Груманту.
Кузьма вздохнул:
Здесь мне цена будет дешевле.
Хлебы со столов убрали, тогда Кузьма запел, заговорил Его отслушали и говорят: Память у тебя по-прежнему, только сила не по-прежнему. На зимовье ты, как гром, гремел.
Кузьма отвечал:
На зимовье у меня были два великие помощника. Сам батюшка Грумант вам моими устами сказку говорил, а седой океан песню пел.
Грумант-медведь
Поживем по своим волям. А здесь хлеб с мерки и сон с мерки.
Старосте они говорили:
Мы там, на бережку, будем море караулить. Весна не за горами.
Наконец староста отпустил их. Дал устав: столько-то всякий день делать деревянное дело, столько-то шить шитья. Не больше стольких-то часов, спать. В становище повелено было приходить раз в неделю, по. воскресеньям.
Оба молодца пришли в эту избу, край моря, и день-два пожили по правилу. До обеда поработают, часок поспят. Вылезут на улицу, окошки разгребут. В семь часов отужинают и спать. В три утра встают, и печь затопляют. И еду готовят. Все, как дома, на матерой земле.
День-два держались так. Потом разленились. Едят не в показанное время. Спят без меры. В воскресенье не пошли к товарищам. В понедельник этак шьют сидят, клюют носом.
Давай,
брат, всхрапнем часиков восемь? К нарам подошли и, вместо шкур оленьих, видят белого медведя. Будто лежит, ощерил зубы, ощетинился
Не упомнят молодцы, как двери отыскали да как до становища долетели. Из становой избы их издали увидели.
Староста говорит:
Им за ослушанье какой-нибудь грумаланский страх привиделся. Заприте двери. Их надо поучить.
Братаны в дверь стучат и в стену колотятся; их только к паужне пустили в избу. Они рассказывают:
Мы обувь шьем, сзади кто-то дышит-пышет. Оглянулись медведище белый с нар заподымался. Зубами скалит, глаза, как свечки, светят
Староста говорит:
Это Грумант вас на ум наводит. Сам Грумант-батюшка в образе медведя вас пугнул. Он не любит, чтобы люди порознь жили. Вы устав нарушили. Грумант вас за это постращал.
Долг
Оба встретились на Новой Земле. Хотя в разных избах, да в одном становище зимовали две артели. Маркел говорит:
Что уж, парень, ни разу меня не окликнул? Парень снял шапку:
Не смею и глядеть на тебя, осударь. Должен тебе.
Маркел говорит:
Провались концом! Какие меж нас долги?
Хотя бы работой какой отработать дозволили, Маркел Иванович
Маркел говорит:
Ладно. Всякий вечер приходи в нашу избу. Дела найдутся.
На зимовьях народ поужинают да повалятся. Должник пришел к Маркелу. Маркел не спит, живет у книги при огне. Книга азбука, писана и рисована художной ушаковской рукой. Маркел стал показывать гостю буквы. Часа два учились. Во столько-то недель детина понял все «азы» и «буки». Когда полная тьма накрыла Новую Землю, ученик вытвердил титла.
Время катится, дни торопятся, сколько парень радуется науке, столько тревожится: «Когда же я начну, долг отрабатывать?»
Когда свет завременился над Новой Землей, паря читал по складам. При конце зимы читал по толкам. Наконец стал с пением говорить по книгам четкого Маркелова письма.
Маркел говорит:
Ну, друг, дошла промышленная пора. Но ты всякий день урви хоть малый час для книжного чтения.
Ученик возопил:
Благодарствую, Маркел Иванович! Ты мне бесценное добро доспел книгам выучил. Но когда я долг-то буду отрабатывать?
Маркел говорит:
Сколько ты должен?
Без двух гривен пять рублей.
Маркел говорит:
Пускай так. Теперь считай: буквы ты учил-трудился. Значит, из твоего долга сорок алтын долой, титла изучил другие сорок алтын из долга вон. По толкам ты читал усердно остальных сорок алтын отработал. Ты за эту зиму, дитя, сполна твой долг отработал. И больше ты мне ни о каких долгах не смей поминать.
Достояние вдов
Изба Маркела в Архангельске вся была заставлена маленькими кораблями. В долгие зимние вечера мастер сидел обычно на низеньком сосновом чурбане и при свете сальницы оснащал игрушечный корабль. Около Маркела всегда множество детей. Он любил рассказывать о своих удивительных путеплаваниях. В праздники Маркел ходил ругаться со всякими начальниками.
Приехавший с Петром Первым знатный барин заказал Маркелу модель голландского корабля. Жена этого барина, увидев готовую модель, сказала:
Мастер, не бери у мужа денег за эту игрушку. Я возьму их в пользу вдов и сирот.
Маркел отвечает:
Не твое, сударыня, дело о бедняках печалиться.
Ах ты пьяница! вспыхнула барыня. Я слабая здоровьем, и то беспокою себя ради голодранцев
Нет, ты не слабая, перебил Маркел. Ты богатырка. Ты, сударыня, носишь на плечах достояние бесчисленных вдов и сирот. И не чувствуешь этого.
Плечи знатной барыни украшены были драгоценностями.