У меня конкретно прихватило сердце. Я испугался. Я очень испугался! Зверушки котики собачки
Чёрт, чёрт, чёрт! Они не заслужили! Их нельзя убивать!
Я не хочу, чтобы невинных зверушек усыпили из-за меня!
Вот поэтому, Михаэль, ты и должен слушать взрослых, вздохнул дед, Ты умён не по годам, но ты всё ещё ребёнок без опыта.
Мне стало очень грустно о мысли об убитых из-за меня животинок.
Евгения знаешь? встаёт он с кресла, В шубе такой.
Знаю
Вставай, будем устранять последствия, пошёл Вильгельм на выход, Благо Евгений умеет в пропаганду и газлайтинг он и нам, и Князеву режим помогал строить.
Это можно исправить я резво подскакиваю.
Нужно ясно дать понять, что ты не наш, и просто случайно здесь оказался. И быстро пока и на Германию обвинения не полетели, и ну да, зверей не убили. А то плохо будет лишние кошмары нам ни к чему.
Х-хорошо! я аж засиял, Дед а ты хороший дед! Я не буду строить бордель во дворце!
А ты планировал?.., покосился он.
Ну
И я уже было хотел ответить, как почувствовал, словно изнутри груди что-то ударило. Будто там завёлся паразит, пинающий мои лёгкие! Вильгельм заметил перемены в моём лице, и я сразу же поспешил объяснить.
Это из Эфира зовут, хмурюсь, выдыхая от неприятного чувства, Я на секунду. Что-то срочное видать.
Дед кивает, закрывает дверь обратно, и я сажусь в позу лотоса посреди кабинета.
Вхуж! Пролетаю целые миры, через пару секунд оказываясь в своём Тёмном Лесу. Оглядываюсь.
О, Ахерон! Он меня и звал, полагаю!
Дед! обрадовался я деду номер три, Что-то срочное случилось?
И он поворачивается.
И я впервые вижу его злым.
Михаэль! гаркнул он, Ты что наделал
А?.. Ч-что?.., не понимаю и, честно говоря, пугаюсь такому настрою всегда доброго старика.
Ты недавно что-то делал? Как-то использовал эфир
Да, я я Йор призвал, хмурюсь я, настороженно глядя на Ахерона, А и и меня недавно с неба скинули. Я совместил энергии и пальцами карабкался по воздуху. Замедлялся.
Т-ты ТЫ!.., процедил он, Сто сорок два эфирных плана были повреждены за двадцать секунд! Когда я услышал крики эфирных зверей, когда пошёл проверить в чём дело, знаешь чей Эфир я там увидел
Сердце снова пропускает удар.
Мой прошептал я, опуская глаза.
О чём ты думал, когда совмещал эти три силы О чём ты думал он едва не срывался в крик, Неужели ты не понимал, во что может вылиться твоя сила Неужели ты не отдаёшь отчёт, насколько ты опасен
Я поднимаю на него глаза
Было снова грустно.
Я просто выжить хотел, и всё
И тут распахнутые от злости и негодования глаза Ахерона блеснули, а рот, готовый к крику, застыл. Старик опускает глаза. Его морщины разглаживаются.
Он поджимает губы, сжимает кулак, а затем протяжно выдыхает.
Прости, Миша, прошептал он, Ты же правда не виноват. Надо было сначала узнать причину, а потом кричать. Я не прав. Прости. Я просто эх. Я просто испугался, что ошибся в тебе, и тоже частично в этом виноват.
Теперь уже протяжно выдыхаю и я.
Дерьмовый денёк.
Что случилось-то? спрашиваю, пытаясь как-то нарушить неуютную тишину.
Из-за примеси эфира в той твоей силе, твои пальцы цеплялись именно за Эфирные Планы, покачал он головой, А ты помнишь, что твой Эфир делает с чужим?
Сжирает.
Ты оставил неизлечимые раны. И ничего хорошего для многих это не принесло, Миша.
И что делать?..
Зашивать, что. В срочном порядке буду учить тебя манипуляциям с чужими Планами, потому что да ладно, что скрывать вздыхает он, Даже мне с трудом даются манипуляции с твоим эфиром. Я свой План месяц лечил после пары твоих шагов.
прости
Да не извиняйся, ты не виноват, качает он головой, Но вот исправлять это недоразумение надо, и надо срочно! У тебя великая сила, Михаэль. А с ней и ответственность.
Понимаю
Тогда садись, буду тебя учить как
Эм тут такое дело я тыкал пальчик в пальчик, Я тут эм ещё и в реальном мире слегка налажал
Ахерон на меня неоднозначно покосился, будто я приставучий ребёнок, только что наделавший в штаны. А мне было даже не столько обидно, сколько неловко.
Да ну что за деееень такооооой?
Глава 6
Здравствуй, юная призывательница! в прокажённом эфирном плане появился старец в капюшоне, чьего лица было не разглядеть, Не бойся, мы пришли помочь!
В центре зелёной поляны, прижавшись к своему единственному фамильяру, пушистому крылатому хомячку размером с собаку, сидела девочка лет шестнадцати. Она подрагивала от небольшого недомогания и, честно говоря, страха.
Сначала её Эфирный План разорвало и заразило, а теперь сюда, как ни в чём ни бывало, явилось два незнакомца старик и ребёнок, чьих лиц не увидеть.
Неудивительно, что девчонка дрожала! На себя то ей плевать, выживет а вот хомячок её главный друг, главная любимка! И его больной вид как он подрагивает и всё время спит, пытаясь оклематься от заражения пробуждал в хозяйке невиданную ранее смелость и силу.
Н-не трогайте нас не забирайте его прошептала юная француженка, Я я буду защищаться!
О-о, нет, не переживай! Мы не Тёмные. Мы пришли вот это залатать, указывает старик на четыре рваные раны на границе Плана, с которого и шло заражение.
Они оба возле него и стояли, к слову. А ребёнок так и вовсе не сделал ни шагу за прокажённую область. Как он там стоит