Софья Могилевская И ОНИ ПОСТРОИЛИ ВОЛШЕБНЫЙ ДОМ Повести, рассказы, сказки
МОЙ ПАПА ВОЛШЕБНИК Одиннадцать маленьких историй про мальчика Сашу и его папу
История первая Про огонь, который ворчал и сердился в печке
А один раз было так холодно, что бабушка сказала:
У меня прямо зуб на зуб не попадает. Задувает во все окна. Сильный ветер на дворе.
Она накинула на плечи тёплый платок, но всё равно и под платком поёживалась. Тогда папа сказал:
Сейчас будет жарко.
И пошёл в сад. А Сашенька следом.
В саду и правда был сильный ветер. Верхушки сосен качались во все стороны, и каждый кустик тоже качался во все стороны.
У папы в саду лежало много-много палок. Одни были толстые, они назывались дровами, другие, потоньше, всё равно назывались дровами. А ещё были совсем тоненькие прутики. Эти так и назывались прутики. Их приходилось подбирать и там и сям. Это была Сашина работа, потому что он всегда помогал папе во всех его трудных делах.
Вместе с папой они набрали разных палок, и толстых, и тонких, и совсем прутиков, и понесли в дом.
Перед печкой папа присел на корточки и стал запихивать в печку палки, которые назывались дровами, и толстые, и не очень толстые, разные.
А эти? спросил Саша, показав на прутики, которые притащил из сада.
А эти напоследок, печке на закуску, ответил папа. Он вынул из кармана коробок спичек. Чиркнул спичкой по коробку, и тотчас вспыхнул крохотный жёлтый огонёк. Этот огонёк вместе со спичкой папа сунул в печку как раз под те сухие прутики, которые Саша набрал в саду.
И тут вдруг все прутики весело затрещали. И вместо маленького огонька на конце спички в печке стал разгораться большой огонь. Яркий, шумный. И сразу там внутри стало не темно, а очень светло и весело.
Тогда папа закрыл печную дверцу и сказал Саше:
А теперь, мальчик, даже близко не подходи сюда.
Почему? спросил Саша.
Ему-то как раз очень хотелось подольше смотреть на красивый, золотой огонь, который шумел в печке.
Но папа сказал:
Огонь очень злой, может укусить.
Укусить? не поверил Саша.
Ещё как до волдырей
Гм всё равно не поверил Саша. Но огонь в печке и правда заворчал:
Вообще никому не следует подходить к печке, когда печка топится, сказал папа.
А бабушке? спросил Саша.
И бабушке не надо.
Саша взглянул на маму. Папа его понял и опять сказал:
Ни-ни
Значит, и маме нельзя было подходить, когда в печке был огонь. А про Машеньку даже и спрашивать не стоило: и так было ясно нечего ей делать возле печки!
А огонь за печной дверцей так и шумел, так и бушевал, так и ворчал на все лады:
А тебя он почему не укусит до волдырей? спросил Саша.
Пусть попробует! Я его кочергой, кочергой
И правда, папа ни капельки, ничуть не боялся огня. Он всё ворошил да ворошил дрова, пока в печке остались одни только красные угольки.
И тогда вдруг
Нет, не вдруг и не сразу, а понемножку и постепенно в доме становилось теплее и теплее. Бабушка перестала ёжиться и кутаться в платок, а потом и вовсе скинула платок на стул.
Вот
тепло, вот благодать! приговаривала она. Замечательная печка
Саша удивился: за что же бабушка хвалит печку? Если бы не папа, разве дома стало бы тепло да ещё благодать?
История вторая Про белку, которая обиделась на папу
Щели-то какие между брёвнами, сказала бабушка. Всё и выдувает! Разве натопишься?..
Папа недолго думал.
Не хитрое дело заткнуть щели паклей, сказал он и пошёл в чулан, где лежало много всякой всячины. И пакля тоже. Она была серая, мягкая и какая-то клочковатая.
Вот тогда-то и вышла история с белкой, которая жила у них в саду. Папа рассердился на белку, а белка очень обиделась на папу.
Это была весёлая и проворная белка. И такая непоседа! Каждое утро Саша видел её то на ёлке, то на сосне. Она прыгала с ветки на ветку, с верхушки на верхушку, да так быстро и ловко, что за ней и уследить-то было трудно.
А уж как Сашеньке хотелось с ней познакомиться, уж как он её привечал и задабривал!
Бывало, вынесет ей кусок хлеба и спросит:
Белка, а белочка, хочешь хлебушка?
А белка глянет на него глазами-бусинками, усмехнётся и нет её! Она уже на другом конце сада.
Один раз Саша даже решил дать ей половину карамельки. Вкусную, с вареньем. От карамельки кто же откажется?
Но белка и на карамельку смотреть не стала. Опять усмехнулась, прыг-скок и нет её
Вот с пакли, которую папа вынес из чулана, чтобы заткнуть между брёвнами щели, всё и началось
Что и говорить это была интересная работа. И Саша изо всех сил помогал своему папе. Он подавал ему всякий раз такой клочок пакли, какой просил папа. То большой, то поменьше, а то совсем маленький.
И вдруг Сашенька увидел: сидит белка на ёлке, и совсем недалеко от них. Сидит и поглядывает на их работу. Поглядывает, а сама вроде бы что-то обдумывает. Глаза у неё хитрющие и хвост торчком.
Наверно, ей интересно, как мы щели затыкаем, сказал Саша, кивнув на белку.
Да нет, ответил папа. У неё другое на уме
И правда, едва папа кончил работать, чуть только отошёл в сторону, как белка мигом с ёлки к дому и хвать кусок пакли, именно тот самый, которым папа только что заткнул щель.