Впрочем, интеллигентный юноша, поняв, что прямо сейчас я замуж не собираюсь и ничего, кроме дружбы, предложить ему не смогу, не сильно расстроился и продолжал время от времени меня куда-то приглашать. Может быть, он избрал тактику «стать другом, а потом, авось, что и сложится», а может быть, ему просто было приятно появляться в обществе в моей компании. Правды я так и не узнала. Мы так и остались хорошими друзьями. Благодаря Николаю я побывала несколько раз в театрах Москвы и посетила недавно открывшееся кафе «Молодежное», которое со временем стало культовым.
Почему-то мне захотелось наведаться туда еще раз наверное, вспомнить былые времена. Дождавшись выходного, я приоделась и снова поехала по знакомому адресу. Однако там меня ждало разочарование никакого кафе «Молодежное» и в помине уже не было. Поговаривали, что на его месте потом сделали бит-клуб «КМ» (сокращение от «Кафе "Молодежное»), а после чехословацких событий и вовсе закрыли.
Немного подумав, я признала, что, к сожалению, третье мое путешествие в СССР началось совсем не так весело, как первое и второе. Когда я оказалась в Москве пятидесятых, то у меня сразу были две подружки Лида и Вера, настоящие, добрые, душевные. То, что нужно, чтобы не грустить, попав невесть откуда в огромную столицу. Во второй раз меня сразу же под крыло взяла словоохотливая и добрейшая Катерина Михайловна, которая, не зная, что по факту я прихожусь ей ровесницей, относилась ко мне как к дочери и считала своим долгом опекать молоденькую учительницу Дарью Ивановну. Николай был всегда готов сопровождать меня в кино, кафе или на каток. А в нашей большой дружной коммуналке тоже всегда было с кем поболтать и чем угоститься.
Нет, конечно, и в этот раз я не осталась совсем одна: живу я в своей прежней комнате в коммунальной квартире, работаю Даже вот телевизором «Старт» обзавелась, точь-в-точь таким же, на воровстве которого в итоге и попался неуловимый «Мосгаз». И гулять по Москве приятно как будто погружаешься в компьютерную игру, разработанную на основе реальных событий, с тщательно прорисованной графикой. На площади 50-летия Октября (ныне Манежная площадь) стоит регулировщик. А на проспекте Калинина, которая сейчас называется «Новый арбат», есть магазин кино- и фототоваров «Юпитер». А вот знаменитый Мавзолей, правда, сейчас он на реставрации. А вот ларек «Союзпечати» на Большой Колхозной площади около станции метро «Колхозная», которая сейчас называется «Сухаревская». Там еще находится «Склиф» Институт скорой помощи имени Склифосовского.
Стиляг в Москве уже и в помине не было появились хиппи, гордо именующие себя пацифистами. Я где-то читала, что в начале семидесятых они даже пикет хотели устроить на «психодроме» (так между собой они называли двор исторического факультета МГУ). Полторы сотни молодых людей и девушек выступили против войны во Вьетнаме. Длился митинг недолго после того, как был развернули плакат с традиционным лозунгом хиппи «Make Love Not War», собравшихся быстренько задержали и развезли по отделениям милиции.
Не могу сказать, что я чувствовала себя совсем уж брошенной на произвол судьбы. Только поболтать мне в семидесятых было особо и не с кем. Егорка, раньше почти ежевечерне забегающий ко мне в комнату поболтать, попить чаю и почитать «Родную речь», уже вырос в здоровенного двухметрового парня, который вот-вот пойдет служить в армию. Лида, кажется, переживает тяжелейшую депрессию, ей самой нужна помощь. Первой она мне не звонила и в гости не приглашала. Даже не представляю, как она в таком состоянии успевает и работать, и по дому хлопотать. Хорошо, что мальчишки уже не маленькие, частично могут сами о себе позаботиться.
Все изменилось. Мы уже не те беззаботные веселые подружки, которые могли до позднего вечера отплясывать в «Шестиграннике» в парке Горького, а потом, едва успев в общежитие до закрытия, еще проболтать полночи и с утречка бодренько подняться и пойти на работу. Теперь у всех свои дела и хлопоты. Да и Катерина Михайловна теперь гораздо реже остается в учительской вечером, чтобы попить со мной чай. Нет, остается, конечно, но чаще
ради того, чтобы разобрать учебные планы, созвониться с отделом образования В общем, обязанностей у нее теперь выше крыши.
А еще, как выяснилось, моя коллега обзавелась семьей трудовик Климент Кузьмич, оказывается, обратил всерьез на нее свое внимание и начал штурм. Поначалу бывшая фронтовичка достойно держала оборону несколько месяцев, но после того как трудовик обучился кое-каким манерам: перестал сморкаться двумя пальцами, смолить дешевую «махру», вычистил ботинки и даже купил два билета в партер на хорошие места, потихоньку стала разрешать тому себя провожать до дома после работы и нести тяжеленную сумку с тетрадями. А незадолго до начала учебного года они в квартире Катерины Михайловны сыграли тихую, скромную свадьбу и зажили у нее.
Дарья Ивановна! вдруг окликнули меня.
Глава 5
В тот воскресный поздний вечер я возвращалась домой от Катерины Михайловны. Ее новоиспеченный супруг Климент Кузьмич заночевал на своей даче нужно было закончить кое-какие работы по хозяйству и заколотить на зиму ставни старого деревянного дома, которому, как и лысому вождю коммунизма, уже стукнуло под сотню лет. Дом этот построили еще бабушка и дедушка Климента Кузьмича, как только поженились. Там он родился незадолго до революции, там же прошло его детство. Эта постройка пережила уже две войны. Много раз ее переделывали, перекрашивали, перекладывали крышу. Однако старый дом он и есть старый. По-хорошему, эту развалюху давно пора было снести, тем более что уже совсем близко к ней подбиралось строительство нового жилого массива. Катерина Михайловна втайне ее ненавидела, как и все дачные работы, но, зная, как дорог этот дом ее супругу, помалкивала и попросту выдумывала всяческие недуги и срочные задания, как только на горизонте начинали маячить садово-огородные работы.