КРЕСТ
Бескрайнее поле или бескрайний луг. Настоящее зеленое море, уходящее за горизонт. И только с одной стороны у самого горизонта виднелось озеро и небольшой лесок.
Повсюду были люди. Молодые и старые, бедные и богатые, крепкие и изможденные У каждого был свой крест. Эти кресты поражали своим разнообразием форм, размеров и материала, из которого они были изготовлены. Одни кресты были тяжелыми и огромными. Другие маленькими, как дамские сумочки или такие, что носят обычно на шее как украшение. Они были каменные, золотые, железные, деревянные, бумажные, глиняные, песчаные, водяные Были даже кресты из помыслов и слов.
Молодой человек! Молодой человек! услышал я визгливый женский голос. Такими голосами обычно обладают бывшие работники культуры и бывшие комсомольские вожаки.
Я оглянулся. Ко мне бежала, путаясь в большом поролоновом кресте, что делало ее бег более чем забавным, одна из тех бойких дамочек, которым вера в коммунистическое светлое будущее не мешает обивать пороги всех доступных церквей и храмов. Со своим крестом она была похожа на Ленина с надувным бревном.
Молодой человек! Вы потеряли свой крест! с явным сочувствием моему горю сообщила она.
Это невозможно, спокойно ответил я.
Извините, растерялась она, мне показалась, что на вас его нет, и я
Вы правы, его нет, но я ничего не терял.
Как?! она не верила своим ушам.
А так, что у меня его просто нет.
Но почему?
Потому что он мне не нужен.
Но так нельзя! она раскрывала и закрывала рот, как выброшенная на берег доисторическая рыбина, у каждого должен быть крест. Так завещал нам господь.
Но зачем?
Чтобы с честью его нести. Посмотрите на этих людей. Видите, у каждого свой крест. Или вы думаете, что все они ошибаются, а вы один прав?
Я не знаю, куда и зачем идут эти люди. Да мне это и не интересно.
Как, вы не знаете, что такое идти плечом к плечу с теми
Не знаю. К тому же для этого тоже не обязательно тащить на себе крест.
Не кощунствуйте! Господь заповедовал нести крест, а не рассуждать. В этом заключена его любовь, которая
Я предпочитаю другую любовь.
Вы даже не представляете, чего лишаете себя этими рассуждениями! Вы лишаете себя смысла.
Какого?
Такого, который в кресте. Чтобы его понять, надо стать одним из нас, надо взвалить на себя посильный крест и нести до тех пор, пока его нельзя будет сбросить и насладиться отдыхом после дел праведных
Но я уже наслаждаюсь отдыхом. К тому же многие так и не могут сбросить свой крест, сказал я, указывая на надгробье, над которым возвышался огромный стальной крест.
Замолчи немедленно! Иначе тебя лишат права сбросить свой крест! А это она не нашла нужное слово.
Ну и что? Зачем мне право сбросить крест, если я уже от него свободен?
Подумай! Ты обрекаешь себя на жизнь отщепенца! Подумай, пока у тебя еще есть шанс стать одним из нас!
Но я не хочу быть одним из вас.
Тогда ради чего ты будешь жить?
Мало ли. Ради солнца, ради воды, ради кружки пива. В мире полно интересных вещей, гораздо более интересных, чем перемещение тяжестей крестообразной формы.
Женщина затряслась от бессильной злобы. Сжав кулаки, она принялась что-то кричать об участи тех, кто ослушался воли Распределителя крестов, но я ее больше не слушал. Оставив ее с ее крестом и ее злобой, я бодро зашагал прочь от этой толпы, навстречу солнцу,
навстречу ветру, навстречу свежему воздуху. Мне стало смешно, как люди, превратившие собственную жизнь в проклятие, умудряются на полном серьезе грозить проклятием тем, кто, пусть даже безуспешно, пытается сделать ее праздником здесь, сейчас, всегда. А больше всего меня веселило то, что всегда находятся те, кто готов им верить, готов взваливать на себя какой-нибудь крест, и тащить его вслед за другими, не имея никакого понятия о том, кому, зачем и для чего вообще это нужно.
ИИСУС И ТОЛСТОЙ
Встретились как-то Иисус и Лев Толстой. Посидели, поговорили, вкусили чаю или чего покрепче
А потом отпустило обоих.
В древнем Риме, во времена, когда первых христиан сжигали на кострах, вокруг костров собирались римляне. Они выпивали, закусывали, играли с детьми, и если день проходил удачно, говорили друг другу, показывая на костер:
Право, славный был христианин.
Надо сказать, что Лев Толстой никогда не читал Иисуса по вполне понятным причинам. Правда, Иисус тоже никогда не читал Толстого. Но разве ж это проблема?
Будучи христианином, Толстой регулярно молился Иисусу. Иисус же ни разу не молился Толстому. Другого бы это задело, а Толстого нет. Такой вот был человечище.
Толстой, и это очевидно, мог быть и одновременно не быть Львом. И все бы хорошо, но, будучи христианином и человеком логичным, он подозревал, что подобная неопределенность греховна и вообще недопустима ни под каким видом. Поэтому каждый раз, когда Иисус являлся ему во сне, Толстой умолял его помочь разобраться в этой проблеме. Иисус же только смеялся и убегал от Толстого на средину озера. Толстой по воде ходить не умел даже во сне, поэтому ему ничего не оставалось, как терзаться сомнениями на берегу. И вот однажды вместо Иисуса ему приснился человек азиатской наружности, который ловил рыбу в небе над его графским озером.