Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Значит, она сфотографировала четыре наших глаза сразу, вслух подумал Уле-Александр. Но меня в сон клонит. Спокойной ночи, Мартин. Мы, больные, знаем о жизни гораздо больше здоровых. Они понятия не имеют, как всё устроено в больницах, например.
Детское отделение
Мартин уже проснулся.
Ну что, вот и утро, сказал он и больше ничего не добавил.
Утренние процедуры прошли как всегда, но сразу после обхода явился Бьёрн-с-каталкой.
Приветствую, сказал он Уле-Александру. У нас сегодня небольшая поездка намечается.
В дверях показалась сестра Грета.
Придётся нам отдать его, Мартин. Детское отделение требует Уле-Александра к себе, на это нам нечего возразить. Малыш, сейчас я соберу твои вещи. Ну-ка посмотрим: зубная щётка, расчёска, пазл и тапочки. Бог мой, как от них странно пахнет!
Уле-Александр с Мартином засмеялись, но Уле-Александр ничего не сказал он не хотел выдавать друга.
Вроде ничего не забыли, продолжала сестра Грета. Ох, вижу я, вы большие хитрецы. Бьёрн, можешь перекладывать мальчика.
Бьёрн переложил Уле-Александра на каталку и повёз.
Подвези меня к Мартину сначала, попросил Уле-Александр.
Спасибо за компанию, сказал Мартин. Очень грустно, что тебя переводят. Я буду скучать без тебя.
Вот тебе от меня подарок, сказал Уле-Александр и протянул Мартину коробку с пазлом. Собирай на здоровье, и времени огорчаться, что меня нет, у тебя не останется.
Ты правда мне его подаришь? спросил Мартин. Честно?
Да, я так решил, сказал Уле-Александр.
Ну спасибо! Мартин очень обрадовался. Это мне занятие надолго. Представляю, сколько времени надо, чтобы собрать такую картину, как на обложке.
Я как выздоровлю, приду тебя навестить, пообещал Уле-Александр. И не забывай, о чём мы договорились.
Конечно, не волнуйся, сказал Мартин. Он догадался, что Уле-Александр намекает на солёную еду, вернее, на обещание Мартина её не есть.
И Уле-Александр пустился в новое странствие по больничным коридорам. Бьёрн катил его умело и аккуратно. Навстречу им попадалось множество других больных, тоже куда-то перемещавшихся.
Видно было, что некоторым очень больно. Наверно, их только привезли в больницу, и доктора их ещё не полечили. Зато другие, хотя и все забинтованные, выглядели довольными и весёлыми.
Я никогда не думал, что вокруг столько больных, сказал Уле-Александр.
Но счастье, что мы живём в стране, где есть больницы, ответил Бьёрн. Когда всерьёз прихватит, нигде тебе не помогут лучше, чем в больнице. Вот взять докторов. Я уверен, что они хорошо учились в школе, а потом много лет в институте и у других врачей, чтобы научиться лечить людей. Поэтому я им доверяю.
Угу, пробормотал Уле-Александр. Он слушал вполуха, все его мысли были заняты детским отделением как там всё будет? Уле-Александр побаивался.
Ну вот, а теперь мы тебя хорошенько укутаем, чтобы ты не замёрз в машине.
Я поеду в другую больницу?
В другой корпус на этой же территории, объяснил Бьёрн.
А у неё такая сирена «уиу-уиу» и мигалка на крыше?
Нет. «Скорая помощь» включает сирену и маячок, только когда спешит. А если время не поджимает, она ничего не включает.
«Смех один, а не поездка», разочарованно подумал Уле-Александр. Не успели отъехать уже на месте и его ввозят в здание.
Вот они снова едут по длинному коридору, но он весь завешан картинками, а где-то вдали слышен детский смех.
Появилась новая сестра.
Ага, Уле-Александр пожаловал, сказала она. Ты большой молодец, лежал во взрослом отделении,
да? Вот сюда его, сказала она Бьёрну и распахнула дверь в палату.
Здесь у тебя будут друзья, в твоей палате три мальчика. И ещё можно смотреть, что творится в соседней комнате, там стеклянная дверь.
Уле-Александра подняли и положили на кровать. Он привстал на локтях, чтобы оглядеться, и увидел, что мальчики, все трое, сидят в своих кроватях и во все глаза разглядывают его. Уле-Александр быстро лёг и натянул на голову одеяло.
Ну, ну, ничего, сказал Бьёрн. Пока. Я должен идти, сегодня всем надо кататься.
Передай привет Мартину и скажи, что я хотел бы остаться с ним, прошептал Уле-Александр. Здесь все незнакомые, их очень много.
Завтра ты иначе заговоришь, сказал Бьёрн. Ну, счастливо оставаться.
Уле-Александр снова высунул из-под одеяла кончик носа и огляделся. На него никто не смотрел. Двое из ребят одевались.
А здесь можно вставать? спросил он ошеломлённо.
Нам можно, потому что на наших «историях» нарисовали стрелу.
Историями назывались папки, подвешенные над кроватями. Там отмечали, у кого какая температура, какие жалобы и прочее.
Но тебе надо лежать, пока доктор не разрешит вставать. Зато ты один не останешься, Андерсу тоже пока вставать нельзя. Мы знаешь как долго тут валялись, пока нам стрелы нарисовали.
А я знаешь сколько уже лежу в больнице? сказал Уле-Александр. Шесть дней!
Нашёл чем гордиться, ответил мальчик. Я тут уже полгода, а Эйнар четыре месяца. Но нас скоро выпишут домой.
Меня тоже так надолго тут оставят? спросил Уле-Александр упавшим голосом.
Чем ты болеешь?
Воспалением лёгких.
Воспаление лёгких? Нет, тебя скоро выпишут.