Нет! Нет! Никогда!
Я снова попыталась брыкаться, но к сожалению, из этого положения уже ничего сделать не могла.
Тише, тише. Ты бы обдумала все получше. Предложение-то хорошее. Такое не каждой сучке предлагают.
Нет! Отпустите! ещё одна бессмысленная попытка дернуться.
Ну, ты сама напросилась. Значит, сейчас будешь платить за хлеб. Мда, будешь платить, бормотал лысый.
Ему с его силой достаточно было удерживать меня одной рукой, и я услышала, как он возится со своими штанами, расстегивая их, а затем он дернул подол платья, под которым, разумеется, никакого нижнего белья на мне не было.
Нет! Помогите! Отпустите! я почти захлебывалась своими же криками.
Кричи, кричи, сучка. Никто тебе не поможет, потому что ты не нужна никому. И от шанса своего отказалась сама!
Последние слова он произнес с жадным удовлетворением, с предвкушением удовольствия. Я снова закричала, уже ожидая, как он вставит в меня свой член, когда рядом раздался властный женский голос:
А ну стоять, голос даже не был криком, это был приказ, который не подразумевал отказа.
В проеме, ведущем с главной улицы в этот переулок, я увидела ее. Какая же она была красивая и величественная в своем фиолетовом богато расшитом платье с совсем маленькой идеально сидящей шляпкой. Взгляд ее зелёных глаз был таким пронзительным, словно она видела всех насквозь. А выражение ее лица и напряженные губы выдавали презрение к тому, что она видит. За всем этим я даже не сразу сообразила, что она иностранка, судя по слегка смуглой коже и непривычному разрезу глаз, но говорила она на нашем языке чисто, будто всю жизнь тут прожила. Лысый же даже штаны натянуть не потрудился, продолжал стоять, размахивая эрегированным органом.
Госпожа, вы не так поняли. Девка из нашего борделя сбежала. Я ж так, проучу ее и все, делов-то. В ней и так уж столько членов побывало, что не счесть.
Нет! Я всего лишь хлеб взяла! Я его не знаю! кажется, это мой шанс.
Женщина замолчала на несколько секунд, словно колеблясь в принятии решения. По крайней мере, так мне в тот момент показалось. И я решила не упускать свой шанс.
Помогите, госпожа, я что угодно для вас сделаю! Помогите!
Ее взгляд упал на валяющийся рядом хлеб, а затем вернулся к лысому:
Отпусти ее. Считаю до трёх. Потом ты умрёшь. И никто тебе не поможет, потому что ты никому не нужен.
Она слышала его слова, и сейчас повторила их в точности. На ее губах появилась плотоядная ухмылка. О, как бы я хотела быть на ее месте и так же ухмыляться в лицо своим врагам. Если бы я предпочитала девушек парням, то за одну эту беспощадную улыбку уже влюбилась бы в нее.
Госпожа, вы, я смотрю, одна, без охраны. Шли бы вы, куда шли, с этими словами он свободной рукой схватил меня за ягодицу, собираясь войти в меня, невзирая на присутствие дамы.
Три, в ее все еще спокойном голосе послышался лед.
Женщина вскинула руку, и с нее, словно молния, сорвалось какое-то мелкое существо. Я не успела его разглядеть. Оно запрыгнуло на лысого, и тот лишь всхрипнул, схватившись за место укуса, а затем стал оседать. Маленькая ящерка вернулась к хозяйке так же стремительно, как уходила. Одергивая платье, я заметила кое-что и не поверила своим глазам. Ящерка обвилась вокруг ее руки и закаменела, став обычным украшением. От удивления я на секунду даже забыла о мертвеце, но взгляд в нужную сторону быстро вернул меня в реальность. Женщина, все ещё оставаясь на расстоянии нескольких шагов от меня, протянула мне ладонь.
У меня есть для тебя подарок, но только если ты пожелаешь его принять. Пойдем со мной.
Я была благодарна ей за спасение, и это единственная
причина, по которой я все ещё не дала деру отсюда. Однако и к ней я не подошла, оставалась смотреть на нее в сомнениях.
Куда? Зачем я вам?
Мне нужна личная служанка. Будешь убирать, готовить, стирать, за это получишь еду и крышу над головой.
Какое отличное предложение! Да если это правда, я готова до потолка прыгать от счастья. Такой шанс бывает только раз в жизни.
Госпожа, я поклонилась так учтиво, как только могла, я вам невероятно благодарна и очень хочу принять ваше предложение.
Но? она удивлённо вздернула бровь, продолжая держать ладонь.
Я все ещё жива лишь потому, что давно уяснила, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
Де жа вю, она усмехнулась каким-то своим мыслям, а после ответила. Ум я ценю, но никакого подвоха нет. Я считаю, что ты самая заинтересованная в этой работе из всех, кто не желает мне зла, а зла мне желают многие.
Долго думать я не стала. За то время, что она отвечала, я успела немного отдышаться и прийти в себя и поймала себя на том, что я так устала от бездомной жизни, так хочу пожить в тепле и комфорте, что с радостью соглашусь на ее предложение, даже если через неделю меня убьют. Хотя бы пару дней в хорошем доме без вечного чувства голода в чистом и без дырок платье служанки вот и все, чего я сейчас хотела. И я с радостью улыбнулась, подошла к ней и вложила руку в ее ладонь. Она не побрезговала, хотя я вся была чумазая, даже удивительно.
Детали этой встречи врезались в мою память очень отчетливо, вся моя жизнь изменилась тогда. Через несколько дней во мне проснулся магический дар, но даже он не стер этих воспоминаний, и я стала ее ученицей. Я и надеяться не смела на такую удачу. И потом четыре года до своих восемнадцати я жила вместе с ней, с каждым днём всё больше влюбляясь в нее, в ее привычки, взгляды на мир. Она казалась мне старшей сестрой, да и относилась она ко мне примерно так же. Хотя для всех окружающих я старательно разыгрывала роль правильной ученицы.