Так в гости к людям просто так она заходит,
Не для чего-то, просто так, находит интерес в том;
Зайдёт так в гости, сядет скромно, вся молчит, лишь непонятно улыбается,
Такая вся прохладная, тенистая,
Но тут вдруг обнаруживается, что подол неловко так вот как-то задирается,
И там так именно, как выше всё описано!
И начинается такое в голове теперь, что ну держись, о! а!
Такой, короче, кинофильм, друзья. Про лето!
Про лето, про его различные явления.
Про его медленные радости, такое вот кино. Про коии и это
Не премину заметить, также и стихотворение.
1990.06
Я скажу, друзья, вам прямо
Я скажу, друзья, вам прямо,
И отнюдь не без причин:
Заебал блять этот сраный
Весь блять концептуализм!
То есть нет: оно, конечно,
Вроде даже хорошо,
Эта всякая скворечня,
Всякой блять хуйни мешок;
То есть, да: оно забавно,
Поражает даж порой
Всей своей однообразной
Безобразной хуергой,
Но от вас, друзья, не скрою,
И скажу без хуеты:
Все же хочется порою
И невъебенной красоты!
Надым, 19 июля 1990
Я лето полюбил
Я лето полюбил.
А раньше его не любил.
Раньше я сильно его не любил,
А вот теперь полюбил.
Четыре года ещё, дурак,
Назад я его не любил,
Но вот уже три года, значит, как
Наоборот, полюбил.
И медленную жару,
И длительную пустоту,
И прочее тУру-туру
И даже и трУту-туту.
И возвращаться домой
Да хоть, например, из кино,
По улице длинной, пустой
И как так всё озарено,
И, значит, бренча ключом,
Стоять, ожидаючи лифт,
К стене привалившись плечом,
Усталый такой как шериф,
За это всё, в частности, вот его и полюбив.
1990 07
Пузырёчки, пузырёчки
Пузырёчки, пузырёчки,
Пузырёчечки мои!
Эх вы, жаркие денёчки,
Замечательные дни!
Борный спирт, и валерьяно,
И другое итэдэ,
Зацепил я их нечайно
И упали все оне.
Залезал, короче, в ванну
Я, товарищи-друзья,
И ведь был притом не пьяный!
Даж не выпивший был я!,
Но задел при том за столик
Я за столик зацепёл,
И упали йни на полик
Ох, гайда-тройка, рокенролл!
Но ни капли не разбились,
Хоть и грохнулися все,
А лишь только покатились
Туба-риба, риба-се!
Но ни капли не разбились,
И целехоньки лежат,
А лишь только покатились
Пузырёчечки, билят!
Так и ты поэт! Будь стойкий,
Несгибаемый ты будь,
И в пожаре Перестройки
Про Поэзью не забудь!
И фигнёю злободневной
Не давай себя сманить,
А пленительных напевов
Тки и далее, блять, нить!
1990 07
В порядке инди виду уа лиз ммма
В порядке инди виду уа лиз ммма
Предался я джоггингу (гу!) по системе Лидьярда;
В порядке тойсть лета!, очередной новой жизнью,
Сосредоточенной, пустынной, равномерной, регулярной
В который уж раз оказавшегося. То есть, в порядке
Планомерного Повышения Дальнейшего Роста
Планомерности Жизни; постепенно стремяся дойти до того, чтоб в тетрадке
Начать рисовать ежедневно тот рост планомерный. Ибо это есть просто
Увлекательнейшее занятие. В виде графика. Как она равномерно
Все растёт и растёт, вверх и вверх, постепенно и верно
Вожделенная та указанная Планомерность.
Жизни. И, притом, что вот именно главное, Планомерно
Этот рост происходит. И это, вот это,
И вот это ох, жизнь! Это самое то,
Что всегда ох же как я хотел,
Но устроить, чтоб так оно всё обстояло, никогда не умел,
Потому что различное всяко безумно-сумбурное это, и сё, и вон то
А теперь, наконец, вдруг, нежданно-негаданно, раз! и сумел.
1990 07
Как он в неё, гадину, тырц! тырц!
Как он в неё, гадину, тырц! тырц!
Слепой! Наугад!
Она по башке его дырц
И убегла.
Склизкая такая вжик как точно ящерица,
Жаркозадая, коль выражаться фигурально, а в реальности, наощупь, наборот, прохладная,
Разорила, погубила его всячески, а после вовсе ухуящерила
Вот такие все вы правда, бабы, бляди.
Вот и ты, однако же, такая, точно, ласточка.
Собственно, за что мне так и нравишься
Тойсть, не потому, конечно, что паскуда (чего нет, то нет!),
а потому что точно так же ты
Жаркозадой, но одновременно и прохладною являешься.
И ещё такою гладкой, скользкою, как шёлк.
Что, конечно, верно, правильно и хорошо.
1990.07
Зашибает Илья Резник
Зашибает Илья Резник
Ох, наверно, хорошо!
У него, наверно, денег
Ох, наверно, эх, мешок!
Водит он блядей различных
Ох, наверно, в ресторан,
Он хватает неприлично
За различное их там;
Те хихикают, паскуды,
Задирают всё совсем,
Улыбаются разнуздно,
И всё прочее затем;
Я ж, поэт куда ж прекрасней,
Попрекрасней уж его!
Пропадаю безобразно,
Не имея ничего.
Надым, июль 1990
Летом жарко, летом нудно
Летом жарко, летом нудно,
Летом всякая хуйня
Есть в пространстве ежминутно
И кусает, ест меня!
И летает, и кусает,
И погано так звенит,
И покою не давает,
Ни секунды не даит!
Мелкое ведь блять говно,
А вреда как до хуя!
Вот то-то, братцы, и оно.
Вот так, ребята. Сука-бля!
Можно
продолжить, превратив в басню. Закончив выводом:
А подумать если правду,
То такое ведь говно
Не летучих только в гадах,
А и в людях есть оно!
1990 07
Ночью в Москве хорошо!
Ночью в Москве хорошо!
Ночью в Москве хорошо на такси, например,
За водкой ехать, медленный испытывая шок,