Другие буднично болтали по пути к скверу и их не слишком заботило, получат ли они эту должность, ведь они присматривались к ней лишь на тот случай, если она окажется настолько хорошей, что компенсирует им потерянные месяцы летних каникул, и они ясно дали Веронике понять, что было бы большой удачей получить работу в это время года. Она же, со своей стороны, решила соглашаться на любую работу, на которую ее примут, лишь бы не остаться без ничего в пустоте Лондонского лета.
Бесстрастный дворецкий впустил
их в дом через большие двойные двери и провел в комнату, которая, очевидно, скорее служила приемной, нежели жилым помещением. Веронике в ее ненормальном, почти сонном состоянии показалось, что с ее подсознанием заговорил дух этого места; дворецкий показался ей не просто дворецким, но послушником какого-нибудь братства; она гадала, скрывался ли на цепочке, видневшейся под его безупречной рубашкой, нательный крест, или же на ней висел символ какого-нибудь странного языческого культа. Она была уверена, что в его черепе, под тщательно напомаженными прядями волос, уложенными на равном расстоянии друг от друга вокруг его лысой макушки, хранился огромный запас знаний, которым не обладал ни один обычный дворецкий. Атмосфера в комнате, не смотря на переполнявшие ее странные и почти электрические вибрации, была необычайно спокойной, оказывая прекрасное воздействие на взвинченные нервы девушки. Хоть ее и переполняло желание задержаться в этом спокойном месте, теперь она куда меньше беспокоилась о том, достанется ли ей желанная должность, ибо половина секретарских
агенств Лондона, казалось, отправила сюда своих кандидатов всех форм, размеров и видов, от кисейных барышень в огромных шляпах до суровой женщины лет пятидесяти в курсантском пиджаке, и чем больше Вероника смотрела на них, тем меньше беспокоилась о своих перспективах.
Внезапно отворилась дверь и возникший на пороге мужчина осмотрел собравшихся. Он был среднего роста, худым и ходил быстрым пружинистым шагом, чем напоминал Веронике оленя, который мог в мгновение ока унестись прочь на полной скорости. Неспешно и совершенно бесстрастно он изучал собравшихся здесь женщин одну за другой. Наконец, настала очередь Вероники. Взгляд мужчины, когда он смотрел на нее, был таким же, как обычно, наблюдательным и холодным, но затем, совершенно неожиданно, выражение его глаз сменилось свирепой напряженностью, и начало казаться, что он смотрит не на нее, а куда-то сквозь нее. Секундой позже его глаза вновь приняли нормальное выражение и впервые с тех пор, как он вошел в комнату, он заговорил:
Будьте любезны, пройдите в мой офис, сказал он. Я бы хотел поговорить с вами.
Вероника прошла за ним в комнату, которая находилась прямо за предыдущей. Это была просторная, приятного вида комната, обставленная скорее не как офис, но как гостиная, со множеством книжных шкафов по периметру. В воздухе висел слабый, сладковатый запах, как будто бы здесь часто жгли благовония. Дверь в комнату с сейфом и письменный стол у окна были единственными указаниями на то, что комната использовалась для деловых целей.
Мужчина сел у стола и указал ей на кресло напротив.
Меня зовут Лукас, сказал он, А вас?
Она ответила и со скрещенными пальцами протянула ему свой сертификат, который он взял, но даже не потрудился вытащить из конверта.
Сколько вам лет? прозвучал следующий вопрос.
Двадцать три, ответила Вероника.
Чем вы занимались до этого обучения?
Она рассказала ему, как заботилась о своей овдовевшей матери, пока смерть последней не положила конец ее мизерной пенсии, на которую они обе существовали, и как скудные сбережения заставили ее затем отправиться в большой мир.
У вас хорошее здоровье? поинтересовался он. В обычное время, то есть, когда вы не перегружены работой? Есть ли у вас какие-нибудь серьезные заболевания?
Она смогла дать удовлетворительный ответ на оба этих вопроса.
Думаю, вы подойдете, сказал мужчина. На какое жалование вы рассчитываете?
Вероника почти не надеялась на получение этой должности, поэтому совершенно не думала о жаловании, и непроизвольно назвала сумму, которую одна из ее спутниц упоминала как
необходимую ей для обеспечения собственных нужд, и сердце ее замерло, так как она потребовала слишком много и ей легко могли отказать, но мужчина на вращающемся стуле, казалось, совершенно не расстроился и кивнул.
Посмотрим, что из этого выйдет, сказал он, Когда вы сможете приступить? Вероника ответила, что она была свободна и могла приступить незамедлительно.
Это мне подходит, сказал он. Если мы все равно собираемся начать, почему бы не начать прямо сейчас. В вашем полном распоряжении будет пара комнат наверху; сам я живу в этом же доме, но это не должно вас беспокоить, вы не будете встречаться со мной в нерабочее время. Многие другие мужчины приходят сюда и тут же уходят. Я не знаю, сочтете ли вы жену дворецкого достойной компанией для себя, но это лучшее, что я могу вам предложить. Возьмите такси и привезите сюда все необходимые вам вещи.
Вероника согласилась. Это предложение превосходило все ее ожидания. Она не задавала вопросов