Данил жил недалеко от дома Оли в самом центре Сипайлово. Почти каждое утро они совершали коротенькую пробежку по панельным лабиринтам микрорайона. Молодая любовница недоумевала, почему Данил, имея приличный доход, не переедет из этой дыры куда-нибудь за город или хотя бы в приличный район.
Здесь довольно спокойно. Почти все дома были построены на заре советской власти, в 80-х годах сюда съезжалась молодежь. Сейчас им уже под шестьдесят лет, как и моим родителям. Здесь прошло мое детство и меня вполне все устраивает. Тем более у нас есть коттедж за городом, но Катя не любит там бывать.
Обожаю загородную жизнь. Так бы и жила где-нибудь подальше от людей, мечтательно закатила глаза Ляля.
Ляля
так ее называл Данил и так она разрешала себя называть, хоть и ненавидимая эту форму своего имени.
Вот уже несколько месяцев пару раз в неделю тридцатипятилетний спортсмен проводил обеденный перерыв в комнате с видом на Сипайловскую гору, пока родителей девушки не было дома. Офис его строительной фирмы располагался в семи минутах езды от ее дома.
У меня в Геленджике живет бабушка, через несколько месяцев после знакомства майским днем заявила Оля. Ее, кстати, тоже зовут Ольга. Ну, то есть ее зовут Олена, а меня назвали Ольга.
Ммм , щурясь от яркого солнца, вымолвил мужчина.
Скоро отпуск, застегивая бюстгальтер, куда-то в пространство произнесла девушка. Мы можем поехать вместе.
Чёрное море , сонно зевнул Данил, который голый очень забавно смотрелся на ее миниатюрном диване.
«Похож на меховой плед с глазами», подумала Оля, но вслух произнесла совсем другое.
Самое Черное на свете. Я могу жить у своей бабушки Олены. Мы будем встречаться, пока твоя жена дрыхнет, хохотнула она.
Ммм , подложив руки под голову, мужчина не моргая своими голубыми глазами уставился на новенькую люстру.
К тому же в Геленджике огромное количество нехоженых троп.
Ммм , в очередной раз промычал Данил.
А твоя Катя такая неловкая , совсем неподготовленная, девушка хлопнула створкой евроокна и повернула ручку.
К чему ты клонишь, Ляля? он непонимающе приподнялся на локтях. Диван страдальчески заскрипел и накренился под массивным телом.
Я? Я ни к чему не клоню. Но вот склоны в Геленджике очень крутые и небезопасные. Да шучу я! оголила белоснежные пираньи зубки Ольга.
Через несколько таких романтических вылазок к подруге, в русоволосой голове Данила прочно укоренилась мысль, что в Геленджике очень крутые тропы, а жена его очень неловкая.
Глава 5. Чужестранец
Подвезти, красавица? Данил опустил стекло.
Оля отрицательно мотнула головой. Мужчина съехал на обочину и вышел из машины.
Может, сегодня не пойдешь? Я страшно соскучился.
Он обхватил ее двумя руками и начал кружить. Группа местных собак с опаской ринулась прочь, подозрительно озираясь и поскуливая.
Девушка, хохоча, еле вырвалась из каменных объятий.
Отпусти, сумасшедший, вдруг нас кто-то увидит.
Она достала из кармана пальто конфетку и сунула в карман его осенней черной куртки.
Вот, будешь вспоминать, какая я сладенькая.
Мужчина, как завороженный смотрел в ее ясные пыльно-серые глаза, и, казалось, даже не слышал, что она ему говорит.
Все, езжай на работу, я прогуляюсь.
Развернувшись на каблуках, она задорно засеменила дальше. Свернув на нужную улицу, замедлила шаг, посмотрела на экран телефона: «Прекрасно! В запасе целых пятнадцать минут. Хотя Катя не заметит, если я задержусь даже на час». Она решительно прошла мимо знакомых ворот и, преодолев дополнительные сто двадцать метров, остановилась у дома на конце улицы.
Ну, привет, чужестранец, улыбнулась Ольга и дернула ручку.
Дом впустил ее как старую знакомую, ухмыльнулся, приподняв шляпу, кокетливо пригладил свои бакенбарды. Этой белокурой красавице он был рад всегда.
Эй! заорала девушка. Эй!
Ей никто не ответил
Ты где?
Не дождавшись ответа, поднялась по лестнице на второй этаж. Подойдя к двум огромным застекленным проемам, она отчетливо увидела окно Катиного дома на первом этаже.
Опять не задернул шторы. Чертов идиот. Ведь просила же!
И тут что-то стремительно схватило ее сзади, прижало к стеклу. Выступ подоконника больно уперся в лобок, кровь прилила к щекам, сделав их пунцовыми. Голова запрокинулась назад, будто невидимая сила тянула ее за тонкие волосы. Через несколько минут хватка ослабла, и ее миниатюрное податливое тело обмякло, ловя горящими щеками и губами прохладу оконного стекла.
Соскучился, прошептала ей в ухо темноглазая сила.
Я сегодня пользуюсь спросом. Привет, милый. Как ты здесь? Не замерз?
Уже согрелся, проговорил паренек, застегивая
джинсы. Уже совсем не холодно.
Как ребенок поколения Z, родившийся в нулевых, Оля воспринимала любое явление клипово. Картинки убедительнее текстов, сложное отсекалось. Ей трудно было фокусироваться на чем-то одном. Она предпочитала быстро принимать решения, совершать необдуманные поступки и увлекаться чем-то мало-мальски подходящим, вместо того чтобы немного подождать и подумать. Череда ее ухажеров сменялась множеством горьких разочарований. Недельное унынием приходило на смену истерическому предвкушению встреч. Пока в ее жизни не появился Макс, принимающий любую ее добродетель, каждый ее порок. Но произошло это, как водится, слишком поздно.