Стою на верхней ступени пьедестала, никогда я еще так не уставал физически и морально к концу соревнований. Девушки дарят мне диплом и медаль, а кто-то из почетного жюри несет мне вазу. Большая, тяжелая. Мама точно оценит мой труд! А то вечно бубнит мне, что бы я бросал тягать тяжести, надрываться.
Вот надорвешься, что в старости будешь делать?
Мам! Дожить бы до старости.
Схожу с пьедестала, меня просят расписаться за ценный приз. Беру ведомость и напротив галочки расписываюсь. Мне дают упаковку от вазы и я читаю «Ваза стеклянная», цена 5 руб. и ГОСТ .
В самолете думаю, вазу маме отдам без упаковки. Поставит ее на сервант или журнальный столик. Она любит такие вещи.
Приехал домой до полудня. Мама на кухне.
Ой, какой молодец! Сейчас есть будем. Как выступил?
Хорошо, выиграл.
Что ты все надрываешься? Мастера выполнил и хватит. За учебу лучше берись.
Вот тебе приз! и достаю вазу.
Ой! Я такую вчера в универмаге купила, 5 рублей стоит. Не удержалась, больно солидная!
Так в нашем доме появилось две вазы «китайской династии Чабоз»!
На следующий год я легко выиграл чемпионат ВУЗов РСФСР. И это выступление будет описано в следующем рассказе, так как выиграл я их благодаря
Через WC к золоту
1979 г. Чемпионат ВУЗов Ленинграда. 193,5 кг
В ранге чемпиона ВУЗов РСФСР я с командой тяжелоатлетов клуба «Технолог» приехал в Курган. В Магнитогорске я выиграл неимоверными усилиями. О чем я писал в рассказе «Две вазы китайской династии Чабоз». К этим соревнованиям я подводился уже целенаправленно. Планомерно убрал объем и повысил интенсивность нагрузки.
Степан Васильевич на взвешивании предупредил меня, что мне хотят дать бой! Ребята были обижены за прошлогодний турнир, где я зубами вырвал у них победу. По начальным весам я понял, два сильных мастера из Курганского сельскохозяйственного института и еще пара ребят могут ввязаться в борьбу, если их заявки соответствуют действительности.
Соревнования проводились в Доме Культуры, вроде, принадлежащего Министерству железнодорожного транспорта. В фойе были фотографии паровозов и мотовозов. Мне нравится выступать на сцене. Софиты, солидная атмосфера, спортсмен на сцене прекрасно смотрится, и зрителю открывается хорошая панорама.
Взвешивание прошло хорошо. Но со вчерашнего дня соревнований уже дошел неприятный слух о плохой магнезии. Это в наше время в залах хорошая магнезия и отличный инвентарь. В то время даже во многих залах тяжелой атлетики в Ленинграде с магнезией были проблемы. Да и качество грифов оставляло желать лучшего. Выступали на грифах, часто не первой «свежести». Иногда были или «лысые», или кривые. Да и помосты на соревнованиях могли оказаться сильно раздолбанные, наподобие наших дорог.
На разминке в рывке я понял, это не магнезия,
это какие-то белила. Синеватого цвета, да еще и маслянистые. При входе на помост была та же суспензия.
В рывке я зафиксировал 140. Это на 10 килограммов больше, чем. в прошлом году в Магнитогорске. Третий в рывке это прекрасно, если учитывать, что только 5 килограммов я проигрывал первому результату. Да и на взвешивании я оказался легче основных соперников. Но это заслуга городского продовольственного комитета Кургана. В столовой, где нас кормили, выбор блюд был мягко сказать скудный.
Впереди толчок. А в толчке веса большие и удержат ли мои маленькие ладошки без магнезии, это вопрос? В рывке я просто протирал руки полотенцем. Степан Васильевич держал его наготове перед каждым подъемом.
Я с полчаса полежал в коридоре на кресле, там было не так душно, отдохнул от рывка. Тренер позвал разминаться, видно осталось до меня 1012 подходов. Я решил зайти в туалет.
То-ли от натуги, то-ли от удовольствия я посмотрел на потолок. И промелькнула у меня идея. Признаюсь вам по секрету, редко, очень редко ко мне приходят безобразные мысли.
Перед тем, как выйти из кабинки я встал на унитаз. И, о чудо! Ладошки мои уперлись в потолок. Какой я все-таки высокий, не каждый может достать рукой потолок.
Я стал разминаться в толчке. Настроение у меня после похода в туалет поднялось, и это почувствовал Степан Васильевич.
Георгий Григорьевич, покажем им, как надо толкать!
Штанга на разминке летела, то-ли от моей прикладываемой силы, то-ли от удачного похода в туалет. Все прекрасно, сам себе повторял я! В разминочном зале все ругались, поносили организаторов соревнований, спортсмены психовали, кто-то перезаказывал первоначальные веса. Кто-то отказывался от последующих подходов. Нервозность повышалась, и я видел, как за моей разминкой наблюдали из команд соперников. Я был спокоен и понимал, что и сегодня толчок будет моим апофеозом. Когда разминочный вес дошел до 150 кг., я пошел опять в туалет. Выйдя из туалета, подошел и поднял 150. Время поджимало. Тренер поставил 170, я повторил заход в туалет. Степан Васильевич побелел, что мол с желудком?
Конец ознакомительного фрагмента.Купить и читать книгу
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.