Семерка словно прочла ее мысли.
Есть в-вести от Охотников, которых вы послали к кланам? обратилась она к Инею.
Тот замер, обернулся и сердито глянул на девочку.
Ничего толкового, проворчал Старейшина, сжимая кулаки. Нигде ни следа подлой предательницы
Виктории и гоблина-колдуна. Как там его?.. Он нахмурился, стараясь вспомнить имя.
Моргрен, скривившись, подсказала Феникс.
В их последнюю встречу элементальный огонь швырнул гоблина через весь плац. Еще неизвестно, выжил он или нет. Однако ненависть к Моргрену меркла по сравнению с тем, что Феникс испытывала к Виктории. Бывшая оружейница предала их всех. Она помогла гоблинам проникнуть на Заимку и перебила бы всех ее обитателей, не помешай ей внезапно пробудившийся дар Феникс. Однако корни вероломства Виктории уходили куда глубже: двумя годами ранее она организовала нападение на деревню Феникс и в результате все ее жители погибли.
Точно, кивнул Иней, не догадываясь, какие мысли обуревают юную Охотницу. Моргрен. Ни слуху ни духу ни о нем, ни о неведомом Мороке.
Феникс содрогнулась от одного лишь упоминания Морока: безликий, закутанный в плащ монстр проник в ее сознание и растревожил память. Он чаще Виктории с Моргреном преследовал ее в кошмарах, а его тень мерещилась повсюду.
Ведьмы тоже молчат, как воды в рот набрали, а в кланах слыхом не слыхивали о так называемом повелителе, продолжал Иней, не замечая нервозности Феникс. Бестолочи, мороз их подери! Целая армия гоблинов растворилась на просторах Эмбера!
Он всплеснул руками, однако за его негодованием угадывалась тревога.
Мало того, распалялся Старейшина, вожди кланов не только не пытаются нам помочь, но и заявляются сюда и требуют, чтобы я распределил Охотников между племенами! Какая наглость!
Охотникам полагается быть беспристрастными, вставил Пятак. А какая беспристрастность, если практически все мы обосновались на Уступе.
Иней побагровел.
Думаешь, я не знаю? Скажи, а какой у меня был выбор? Заставить Охотников зимовать в палатках? Горный клан для нас самый близкий Брови Пятака поползли вверх. Территориально! рявкнул Иней. Да, это далеко от идеала. Он надул щеки и, покачав головой, направился в поселок. У меня скоро встреча с Утренней росой из Болотного клана. Та еще штучка.
Удачи, подмигнув, подбодрила его Феникс.
Она мне не понадобится, проворчал Иней. Я прирожденный дипломат.
Девочка хихикнула. К счастью, Старейшина не услышал и двинулся прочь, дождь сомкнулся за ним, словно занавес.
Может, навестим после ужина Пса? предложил Шестой.
Отличная мысль, просияла Феникс, предвкушая встречу с Хранителем заимки.
Попасть на Уступ можно было только в подъемной корзине. Однако Пес был слишком тяжелым, поэтому ему пришлось остаться у подножия исполинского утеса, где он сторожил косолапов выносливых лохматых зверей, которых Охотники приучили ходить под седлом. Конечно, такой расклад не устраивал никого, однако четверо друзей каждый день преодолевали спуск ради встречи с Хранителем.
Солнце уже клонилось к закату, когда маленький отряд под предводительством Феникс побрел через поселок по каменным ступеням, петлявшим поверх, вокруг и понизу домов. Так непривычно было созерцать основания построек, поражавшие своей красотой: сваи и фундаменты были выкрашены в цвет индиго, а созвездия, почитаемые в той или иной семье, отливали золотом. Горный клан преклонялся перед небом, и особенно это проявлялось во внешнем убранстве жилищ.
За пределами Уступа вниз спускался голый участок скалы с клинообразными ступенями, ведущими к корзине, которая должна была доставить отряд к подножию.
Ненавижу этот участок, шипел Пятак в сгустившейся тьме. Могли бы организовать хоть какие-нибудь поручни.
Тропа сузилась до трех футов, с края путников подстерегала разверстая пропасть.
Можешь держаться за меня, шепнул Шестой.
Эм хм спасибо, выдавил Пятак.
Феникс буквально видела, как он покраснел.
В Ледяном лесу зловредный Дуб-Патриарх вынудил Пятака рассказать о своих чувствах Шестому. После оба остались лучшими друзьями, однако Феникс не сомневалась временами Пятак мечтал, чтобы все складывалось по-другому. Она не раз пыталась обсудить с ним животрепещущую тему, но всякий раз натыкалась на вежливый отпор.
Впереди в сумерках вспыхнул оранжевый огонек.
Хвала морозу, они зажигают факелы, обрадовался Пятак.
На платформе дежурили двое мужчина и женщина, их широкие плечи выпирали из-под шкур.
Добро пожаловать на полуземлю, юные Охотники, улыбнулась женщина, сверкая зубами в свете факелов. Ее волосы украшали орлиные перья и мерцающий кварц.
Мало кто из чужаков любит бродить здесь впотьмах, хохотнул мужчина. От его пристального взора не укрылась бледная физиономия Пятака и то, как
перевела дух и, оторвав взгляд от Феникс, вымученно улыбнулась.
В письме ты просишь нас о помощи, начала она. Но я прилетела просить о помощи вас.
Старейшина ожидал чего угодно, только не этого. На языке у него вертелось множество вопросов и упреков, однако он только кивнул:
Излагай.
Моргрен. Гоблин-колдун, о котором ты пишешь.
Воцарилось напряженное молчание. Пес глухо зарычал. Пятак озадаченно покосился на Феникс.