Отойди, сын! властно произнёс заклинатель.
Идёмте! Идёмте! Там мальчик, которого
Не обратив на Али внимания, заклинатель продолжал говорить.
Идёмте! Там умирает мальчик от укуса скорпиона, а белый тубиб отказался его лечить!
Это не здешний мальчик!.. Врёт он! сказал кто-то в толпе.
Заклинатель смолк и грозно взглянул на него.
Я не обманываю, вот смотрите! Али вытащил из-под ворота тесёмку с зубом акулы. Вы же говорили про мальчика, который убил акулу. Это я! Идёмте, иначе он умрёт.
Идём! И заклинатель пошёл следом за Али.
Люди почтительно расступились перед ним.
Мальчика уже перенесли в тень большого дерева, и какая-то женщина, наверное мать, с плачем царапала себе лицо.
Наклонившись над мальчиком, заклинатель потрогал распухшую, бесформенную ногу.
Хорошо, что перевязали! сказал он и ножом сделал глубокий надрез на месте укуса.
Пошла густая, тёмная кровь. Потом заклинатель достал костяную коробочку, насыпал на рану какой-то чёрный порошок и зажёг его. Пошёл густой дым, мальчики отвернулись.
Домой! приказал заклинатель и, взяв пастушонка на руки, пошёл следом за плачущей, спотыкающейся о камни матерью.
Мальчики поплелись за ними.
Заклинатель, выгнав всех из хибарки, долго возился с пастушонком. Требовал горячую воду, пальмовую водку и ещё какие-то неизвестные мальчикам вещи.
Уже стемнело, когда заклинатель вышел из хибарки и уселся у дверей. Мальчики заметили, что он обливается потом.
Я думаю, выживет! сказал он матери, с мольбой взирающей на него. Завтра зайду, а если он останется некоторое время парализованным, не бойтесь! Молодцы мальчики, что перевязали поясом. А где твой муж? обратился он к женщине.
Во Франции, в солдатах, ответила она.
Иди сюда, подозвал он Али. Как звали твоего брата?
Хусейн! ответил Али.
Правильно!.. Я был там через несколько дней после твоего отъезда. Молодец! Говорят, и отец у тебя погиб?
Да, подтвердил Али.
И кто теперь кормит семью? Ты?
Али пожал плечами и так посмотрел на заклинателя, словно сказал: «А разве это моя вина, что я не всегда могу достать денег на хлеб?»
Да, трудно понял его заклинатель и, вытащив из кармана пятидесятифранковый билет, протянул его Али.
Нет, я ничего не прошу! сделал шаг назад покрасневший со стыда Али.
Возьми!.. Возьми, мальчик, это не милостыня!
Нет!.. Спасибо!
Внезапно из-за спины Али вышел Барек, подошёл к заклинателю и взял деньги.
Барек!.. бросился к нему возмущённый Али.
Барек и не собирался бежать. Он стоял бледный, крепко прижимая к груди зажатые в кулак деньги. Его сейчас могли бить сколько угодно, но живым он денег не вернул бы. Ведь на них можно было купить столько еды!.. И не только для него, но и для маленьких Фатимы и Брагима!
Подойди сюда! строго приказал Али заклинатель, чтобы отвлечь его от Барека.
Али подошёл.
Теперь иди домой, а завтра утром придёшь ко мне на базар! в первый раз за всё время улыбнулся заклинатель.
Мы не здешние, мы из Алжира, объяснил Али.
Хочешь быть моим учеником? Я научу тебя считать небесные светила, лечить людей и скот! Научу заклинать змей!
У меня больная мать и маленькие брат и сестра, которых я не могу оставить!.. после большой паузы тихо произнёс Али.
Заклинатель встал и, не сказав ни слова, пошёл со двора, скрывшись в темноте узкой улочки.
Вслед ему неслись благословения благодарной матери.
Купив хлеба и наевшись досыта, мальчики решили провести ночь на площади. Только большие, светящиеся окна виллы доктора раздражали их.
Али и Мукфи начали искать укромное место, откуда бы их не выгнал сторож. Барек же опять куда-то пропал. Внезапно до них донёсся звон разбитого стекла.
Бежим! закричал запыхавшийся, возбуждённый Барек и, не ожидая ответа, помчался прочь.
Али и Мукфи побежали за ним. Мальчики были уже далеко, когда сзади раздалось несколько револьверных выстрелов. Это, наверное, перепуганный доктор стрелял, чтобы нагнать страху на «нападающих». Затем послышались свистки проснувшихся сторожей и залаяли собаки.
Идя по пустынной, освещённой луной дороге, Али и Мукфи ничего не спрашивали у Барека.
На другой день Али дал матери тридцать франков, дедушке Мукфи десять, а на оставшиеся шесть франков они пошли в кино смотреть американский приключенческий фильм, в котором европейцы из автоматических винтовок убивали в джунглях голых размалёванных негров, вооружённых только копьями и щитами.
Однажды, услышав пароходный гудок, друзья побежали в порт. На молу царило оживление. По только что спущенным сходням белоснежного лайнера шла публика.
Стюарды в белых куртках выгружали тюки с бельём. Почтальоны тут же на пристани раскладывали горы почтовых посылок. Краны опускали в открытые трюмы громадные стальные сети, а затем подымали их, наполненные деталями машин, разнообразными ящиками и завёрнутыми в промасленную бумагу небольшими электромоторами. Сеть опускалась на мол, и докеры торопливо разгружали её, сортируя и тут же аккуратно складывая.
Ребята с интересом наблюдали, как бригада докеров выгружала партию новеньких легковых автомобилей. Мощный кран поднимал автомобиль из трюма и плавно опускал его на мостовую мола. Один докер садился за руль, а трое подталкивали машину, видимо очень довольные такой лёгкой работой. Машина проходила у самого края мола, за сложенными ящиками и электромоторами, заворачивала и скрывалась в темноте открытого пакгауза. Взобравшись на ящики, здоровенный десятник громовым голосом отдавал распоряжения.