-- Пан, подпулковник, техник-хорунжий Гавриш учебный вылет завершил, разрешите получить замечания.
-- Первое замечание - с завтрашнего дня, сутки губы тебе за вылет несанкционированный командиром дивизиона майором Коккинаки. Учись своевременно докладывать обо всем и решать вопросы по уставу. Второе, пока надежно не отработаешь посадку на три точки, о боевых вылетах можешь не мечтать. Третье - пиши рапорт на мое имя, о переводе в летный состав дивизиона ПВО, и второй на имя представителя штаба Сил Поветжных пулковника Петри, о направлении тебя учиться на пилота-истребителя (пока направление в летную школу не получишь, тренируйся с Покрышкиным и Глинкой). Четвертое - близко к цели подходить можно, если она с хвоста не кусачая. Поэтому учись точно стрелять из пушки на дистанцию в километр, потом пригодится. Сейчас огонь открывай с четырехсот, чтоб меньше мазать. Поручник ко мне!
-- Пан пулковник, поручник Покрышкин по вашему...
-- Значит так, Покрышкин. Ивана Гавриша доучить, и подготовить его к настоящей сдаче экзаменов на пилота-истребителя. Свои ошибки он знает. Будь с ним построже. И вот еще что... Для всех общее требование - назубок выучить контуры всех своих и союзных самолетов (даже новых), чтобы никого из наших зазря не сбивать. Если ракурс неудобный, и опознавательных ты не видишь, то ведомого или вторую пару отправляй вверх или вниз на проверку, а сам занимай положение для стрельбы и жди подтверждения. Ну и еще - пусть Иван всем своим коллегам техникам сегодня 'накрывает поляну' и вместе с тобой объяснит им, что еще хоть один такой номер кто-нибудь попробует выкинуть, разжалую нахрен и в трибунал отправлю. Вопросы есть?
-- Никак нет, пан подпулковник. Разрешите идти?
-- Ступайте оба.
А с Гавришем и Покрышкиным Петровский потом не раз виделся на аэродромах в кругу столь же знаменитых советских летчиков. И каждый раз он удивлялся чутью Паши Колуна, который сразу поверил обоим, и не выдал на расправу нарушителей с задатками будущих орденоносцев...
***
Начальник штаба US Air Forses недавно реорганизованных из Авиакорпуса, двухзвездочный генерал Арнолд изучал рапорт от полковника Дулиттла, в чьем ведении с ноября числились все испытания реактивной техники в САСШ и за рубежом. Джим как обычно писал четко и без эмоций.
-------------------------------------------------------------
'Генерал сэр. Ранее я настаивал на переносе испытаний реактивной летной техники в районы безлюдных высохших озер. Оставаясь в целом на той же позиции по данному вопросу, готов предложить другое временное решение. В Калвер-Сити имеется заводская полоса, допускающая эксплуатацию скоростной авиатехники. Армия имеет с владельцем завода Хьюзом действующие соглашения, которые могут быть расширены. К тому же из четырех полученных из Польши аппаратов, один направлен для изучения в лабораторию Лэнгли, а остальные временно размещены в ангаре авиабазы Сан-Диего, которая расположена вблизи Калвер-Сити. Прибывшие вместе с авиатехникой польские, американские и канадские пилоты-испытатели ждут разрешения о продолжении испытаний. Старшими в группе испытателей являются, гражданин Канады Майор Эндрю Терновски и гражданин Польской Республики лейтенант Мэтью Полански. Вместе с ними
один экземпляр ракеты. Лоббисты старейших авиафирм Америки, наоборот, единодушно настаивали на запрете полетов 'на опасных ракетах', пока NACA, их не сертифицирует. Под шумок они рассчитывали подмять под себя этот многообещающий бизнес. Научная служба ВВС, в пику конкурентам, желала получить 'новую игрушку' в безраздельное пользование. 'Круглоголовые' гнули свою линию, пытаясь приструнить 'фирмачей' и 'клоунов-ракетчиков'. Споры в прессе и властных кабинетах не утихали. NACA и NASA никак не могли договориться о том, кто кому подчиняется в вопросах космоса и высотных полетов. Сильные покровители были у обеих сторон. А энтузиасты, бездумно, требовали начинать испытания и 'броски к звездам', наплевав на амбиции производителей, ученых и ВВС, и даже не дожидаясь возвращения Моровски из Старого Света. Так, стоило эксцентричному миллионеру-пилоту и одному из учредителей NASA Говарду Хьюзу осуществить в сентябре свой кругосветный перелет с дозаправками в воздухе над Советской Россией, как Чарльз Линдберг, тут же предложил тому новый проект. По замыслу рекордсмена, два облегченных четырехмоторных бомбардировщика Б-17 с пороховыми ускорителями и новыми поршневыми моторами, должны были отбуксировать прицепленный сзади такой же 'Боинг' на высоту сорока трех тысяч футов с подвешенной под ним ракетой Моровски-Годдарда. И вот на этом видавшим виды двухместном аппарате, с новыми моторами Годдарда, дополнительными ускорителями и подвесными баками, он предлагал штурмовать высоту в 230 тысяч футов, став первыми кто 'понюхает космос'. И это притом, что на сегодняшний день, лишь какая-то обезьянка в России смогла подняться на высоту 200 тысяч футов на ракете Моровски. Как, в таких условиях, уберечься от трагедии, подобной случившейся Ханной Райч над Йоганисталем, Линдберг не задумывался. Не удивительно, что Хьюз тянул время, не давая ему согласия. Пополнить собой список погибших рекордсменов миллионер отнюдь не спешил...