Ну? требовательно спросил Бортко.
Фальшивка.
Что? подпрыгнул Сатчан.
Значит, они все себе этих монет набрали. Не один я такой доверчивый оказался.
Главное, чтобы квартира товарища Шестинского не оказалась съёмной, а то не исключено, что его самого уже и след простыл, сказал я.
Мещеряков его из-под земли достанет! пообещал Бортко таким тоном, что я поверил ему и мне стало гораздо легче с моральной точки зрения.
Вынужден откланяться, товарищи. Жену сегодня на поезд провожаю, извиняющимся тоном произнёс я. Если будет что-то срочное, звоните, только не говорите сразу, что случилось, а допустим, спросите Галию, а я вам с автомата тут же перезвоню.
Конспиратор, фыркнул Сатчан.
Бережёного бог бережёт, ответил я. Как бы мне домой позвонить?
Бортко пододвинул мне телефонный аппарат.
Дорогая, я буду дома минут через двадцать пять тридцать, сказал я жене, и, положив трубку, добавил: А то, небось, уже волноваться начала, куда я пропал. Нам выходить из дома через час
Ну, давай, езжай, решил Бортко. Я тут Мещерякова дождусь. Паша, обратился он к Сатчану. А ты давай в типографию
Попрощался с ними и помчался домой. Доехал очень быстро. Время до выезда на вокзал оставалось ещё с полчаса, спокойно запер машину и пошёл в подъезд. В почтовом ящике заметил письмо. Оказалось от Эммы Либкинд. Опять пухлый конверт. Молодец девчонка, обязательная, старательная.
Только я вошёл в квартиру, выглянула жена из ванной, а с кухни подошла радостная мама.
Угадай, кто родился! помахала она у меня перед носом телеграммой.
Господи, кто там ещё родился? растерянно спросил я.
У Ивана Николаева дочка родилась! сжалилась надо мной мама и пошла на кухню накладывать мне ужин.
Ух ты ж! воскликнул я. Хоть одна хорошая новость за день!
Я почти готова! опять выглянула из ванной Галия с тушью для ресниц в руках.
Не спеши, дорогая, время ещё есть, ответил я и сел за стол ужинать. Заодно и вскрыл письмо Эммы. Хоть какие-то новости хорошие, авось.
Она прислала несколько заметок о подготовке к посевной и о помощи военнослужащих из нашей части машинно-тракторной станции совхоза имени Первого мая.
Делать больше нечего военнослужащим, скептически прокомментировал я, только как трактора в совхозе перебирать. Механизаторы-то все где?
Дальше Эмма писала, что решила поднять еще и тему бывших заключённых. Она уже переговорила с дядей Миши Кузнецова Степаном и ещё одним соседом с моей бывшей улицы.
Когда Эмма писала про Степана, я не чувствовал никакого беспокойства. Я лично его знаю, нормальный мужик Но когда речь пошла о человеке, которого я знать не знаю, тут я, признаться, напрягся.
Эмма писала, что, со слов Степана, больше половины людей, отбывающих свой срок в колониях, совсем не закоренелые преступники. Многие попали за решётку по стечению обстоятельств, по глупости и случайности, после аварий с пострадавшими, и тому подобного. Эти люди мечтают выйти на свободу и начать опять жить спокойной размеренной жизнью советского человека. Они мечтают забыть о колонии и своей судимости, как о страшном сне. Но наше общество отвергает таких людей,
и создаёт им подчас невыносимые условия. Это несправедливо, писала Эмма, люди уже отбыли свой срок, заплатили за свои ошибки или за то, что оказались не в то время и не в том месте. За что общество продолжает их наказывать уже после освобождения?..
Наивная девочка с широкой душой и большим сердцем. Забыла, как Кабан её домогался? подумал я и продолжил читать дальше.
Дальше Эмма рассказывала о втором соседе, побывавшем в местах не столь отдалённых. Ширшиков Дмитрий Андреевич, даже не слышал такой фамилии никогда. Кто это такой, блин? И чего Эмму в эту тему понесло?
Этот Ширшиков рассказал ей, что условия на зонах очень тяжёлые, люди освобождаются с туберкулёзом, потеряв зубы из-за цинги. Иногда человека освобождают по УДО, чтобы он умер дома, такой он весь больной. Но это не всегда, зависит сугубо от начальника колонии. Этот Ширшиков видел недавно в городе своего знакомого Лёньку Водолаза, жаль, пока вышел из автобуса, потерял его из виду. А Лёньке сидеть ещё больше половины срока, и, раз он в городе, значит, выпустили умирать бедолагу. А ещё пару-тройку лет назад был здоровый крепкий мужик! Ширшиков искал его потом, но он пропал куда-то. Они с Эммой решили, что его закрыли в каком-нибудь тубдиспансере, но его там не оказалось. И в больнице его нет. Плохо, что Ширшиков знает только его кличку, а фамилию не знает. Иван Николаев отказался ей помогать, сказал, что это не для прессы вопрос. Я, кстати, полностью с ним согласен. Но Эмма задалась целью найти пропавшего Лёньку Водолаза и спрашивала у меня, как ей лучше это сделать?
Она там совсем, что ли, заигралась в журналистские расследования Молодая наивная девчонка лезет в стаю озлобленных псов. Кто-то из зэков может и исправился, не отрицаю, но основная часть-то нет И даже большинство тех, кто случайно попал в нашу систему отбытия наказания, там совсем иначе «перевоспитали», чем советская власть в теории предполагает. Из них профессиональных преступников сделали. Твою ж дивизию!
Я готова! встала в коридоре уже одетая жена с чемоданом.