Отвели меня в приятную комнатку, похожую на гостиничный номер. Кровать, стол, стул, шкафчик. За серой дверью уютная ванная. Только скинул верхнюю одежду, как в дверь постучали: человек принес поднос с ужином. Он умело выставил на стол тарелку с неизвестной снедью и большую кружку с неплохим пивом. С воодушевлением я уселся ужинать. Пока жевал очень недурственное нечто, похожее на омлет с беконом, заметил дверь на балкон. Подхватив стакан, вышел на свежий воздух.
Стоял обычный теплый летний вечер. Балкон выходил на площадь, по которой наша конница ворвалась в этот прелестный городок. Площадь претерпела разительные изменения! Некогда пустынная, теперь она была наполнена разного рода публикой. Возле самого балкона, с тех мест, откуда лучше всего просматриваются окна моего номера и сам балкон, прогуливались весьма представительные господа, издалека представляющие собой респектабельность и состоятельность.
Вторым эшелоном гулял народ несомненно благородный, но уже попроще и помоложе. Ну и на задворках кучками стояли всякие разночинцы. Я улыбнулся. Меняются времена, страны, даже миры, но ничто не способно развеять скуку провинциального города. Она заставляет благородную публику собираться посмотреть на безостановочный проезд столичного экспресса, ну или на неясный силуэт в окне, отбрасываемый пришельцем-водопроводчиком с высшим (!!!) образованием.
Я решил похулиганить. Подошел к перилам и помахал немолодой паре. Узкие лица аборигенов вытянулись еще сильнее, хотя, казалось бы, это невозможно. Дама сбилась с шага. Я подумал, что она вот-вот упадет в обморок! Но порода есть порода они быстро взяли себя в руки, изобразили легкий поклон и проплыли далее.
Следом фланировали пожилая матрона в каком-то безумном наряде из юбок и бантов и прелесное юное создание женского пола в светлом платьице. Я с достоинством поклонился
матроне, нимфетке же улыбнулся и послал воздушный поцелуй. Она густо залилась краской и смущённо опустила глаза, судорожно схватившись за локоть матроны, окатившей меня укоризненным взглядом. Как бы не переборщить с заигрываниями, а то ещё заставят жениться, подумал я и поспешил обратно в номер.
Вскоре двое служащих принесли чан с горячей водой. Я наполнил ванну, разбавил кипяток несколькими ведрами холодной воды и с удовольствием отмок от многочисленных слоёв грязи, скопившихся на теле за время вынужденного путешествия.
Выйдя, одежды не обнаружил. Вместо неё на кровати лежало нечто похожее на халат, хотя я бы назвал это просто отрезом ткани. Не придумав ничего лучше, просто завернулся в него, на манер римского патриция.
Рюкзак, с которым обычно хожу на работу и который переместился в неведомый мир вместе со мной, лежал на столе. Готов поклясться, что в нём основательно порылись!
Улёгшись на кровать, попытался провести какой-то анализ происходящего, но глаза закрылись на мгновение, а когда открылись, за окном уже забрезжил рассвет.
Глава 3. Мастер Пшемек
В целом приём действительно получился весьма приличным, с учетом того, что я не исключал даже холодные застенки или виселицу безо всякого суда и следствия. Единственное, о чем жалел, так это о том, что не дали попрощаться с Петькой. Всё-таки первый встреченный в этом мире гуманоид. Не чужие же люди
Дорога в столицу запомнилась плохо. В дилижансе сидения были расположены так неудобно, что смотреть в окно было очень сложно. К тому же мы очень торопились, и то мельтешение фигур, животных, транспорта, строений и растительности, что можно было увидеть, просто размазалось по сознанию серой полосой. Сначала я сожалел, что не могу в полной мере насладиться дорожными впечатлениями, но потом смирился и большую часть пути дремал. Под вечер въехали в большой город. Пока протолкались по его улочкам к месту назначения, уже спустились сумерки.
Наконец, дверь открылась, и я, пошатываясь на затёкших ногах, выбрался на просторный мощеный двор, по периметру обсаженный ухоженными деревьями. Дорожки освещали странного вида светильники. Если бы я находился в моём мире, то назвал бы их светодиодными, но в моём средневековом коматозе это было неуместно, поэтому идентификацию решил пока отложить. Слуги проводили в, не побоюсь этого слова, роскошный дом, или даже дворец о трёх этажах. Он был украшен очень красивым камнем, цветами, вычурными архитектурными излишествами. Мебель, стоявшая в коридорах, сделала бы честь и королевскому дворцу. Драпировка на окнах, картины, многочисленные слуги, одетые с иголочки всё было утонченно и изыскано. Поистине прекрасное место!
Меня привели в огромный зал, квадратов на пятьсот. Войдя, я на миг замер. Это место скорее можно назвать библиотекой, потому что все стены до потолка были заставлены книгами. Над потолком плавно парили виденные мной во дворе светильники. В конце зала, за огромным столом, заставленным разными предметами, сидел человек. Я двинулся в его направлении.
Увидев меня, человек встал и приветливо вышел навстречу.
Здравствуйте, мой друг! воскликнул он на отличном английском.
Я решил держать ухо востро, потому что если незнакомый человек называет тебя другом скорее всего, тебя хотят обмануть.