Шпагу или жизнь!
Глава - Вступление
Душу мне свою открыла.
И святая, и земная -
Всё в тебе: мир, жизнь и сила.
Помнишь, как кружили в танце?
Помнишь ревность? А любовь?
Помню на щеках румянец
От признаний, ласк даров.
Ты меня собой пленила
И не только красотой.
Ты всю жизнь мне изменила,
Сделав красочной, большой.
Без тебя, я понял сразу,
Не прожить уже ни дня.
Ты за мной а мне то в радость,
Моя голубка, моя весна.
«Это стихотворение, даже смело заявлю песню я написал для своей супруги. Люблю её, как будто всех этих лет вместе и не было. Больше двадцати лет вместе... Считать не хочу даже. Мы всё ещё чувствуем друг друга молодыми, полными сил и страсти. Страсть наша с годами стала только сильнее и краше! Да, это возможно! Пусть в наш век это редкость, но она случается, и не только у нас, к счастью.
Мы и выглядим ещё ого-го! Я высокий, стройный, с до сих пор тёмными и густыми волосами до плеч. Есть немного седины, есть... Но она только началась! Да, я не скромный, и в мои пятьдесят пять я ещё ничего! Со слов даже не только супруги. Женщины ещё заглядываются. Хорошо, что я не заглядываюсь, но когда-то надо было... Для дела... Дел того рода давно нет. Обучаю молодёжь.
Готовлю новых сыщиков. Некоторые обладают талантом. Наше шведское королевство может ими гордиться. Среди них есть даже наш младший с Ионой сын... Павел... Паулус, как его зовут здесь, в Швеции; а наши русские родственники и друзья Павлом.
Эх, наш век. Мы живём в двух веках: восемнадцатом и девятнадцатом. Сейчас на дворе уже тысяча восемьсот пятый год. Наступила весна. Вот-вот будет Пасха», улыбался солнечному дню за окном Пётр...
Он любовался видом на озеро и лес перед своим особняком, расположенным недалеко от Стокгольма. Погрузившись в отрадные размышления, Пётр не услышал, как рядом встала супруга.
Она чуть ниже его ростом, чуть полнее, чем была в юности, но от этого лишь очаровательнее. Иона выглядела гораздо моложе в свои сорок четыре года. Её волосы тоже уже начинали седеть, как у мужа. Седина слегка украшала серебряным цветом. Волосы её были аккуратно уложены в высокую причёску, и только два локона свисало с плеч завитыми кудрями...
Петруша, с ласковой улыбкой окликнула она, и Пётр с нежной улыбкой взглянул:
Ты закончила вышивание?
Нет, вздохнула она с лёгкой грустью. Все мысли о Павлуше и Машеньке. Ей вот-вот пять будет. Она уже ждёт нас у твоих родителей в замке, мы туда едем, а если Павлуша не успеет?! Жаль, он уехал по делам службы.
Она резко замолчала, увидев в руках милого блокнот. Пётр же не замедлил ответить, чтобы не смущать её или не дать повод придумать что, отчего, как обычно бывает, Иона будет полна каких подозрений или ревностью.
Записал новые стихи для тебя, сказал он и засмеялся, прижав свободной рукой её к себе за талию. Довела ж ты меня до сочинительства!
Ты мне сочинял?! с восторгом смотрела она, словно юность не уходила.
Пётр отдал ей блокнот с записанным стихотворением, и она молча читала. Её еле видные морщинки появлялись у глаз, когда она улыбалась. Душа у Петра пела, любуясь ею такой, как будто всех прожитых лет вместе не было, а они только недавно повстречались и полюбили друг друга...
Я не хочу стареть, прослезилась через улыбку Иона.
Голубка моя, ласково засмеялся Пётр, прижав её крепко в свои объятия. Стареем-то мы вместе! И потом, я на одиннадцать лет старше! Ты молодая да такая, что доплачешься, ещё ребёнка унесу делать!
Угрожаешь, засмеялась счастливая милая.
Она положила ему голову на плечо, расслабленно вздохнув. На душе стало легче и спокойнее. Выдержав паузу, Иона подумала о чём-то с улыбкой и снова взглянула в полные любви глаза мужа:
А между прочим, в этом году есть некая магия цифр. Год тысяча восемьсот пятый. Нашей дочурке Машеньке будет пять и опять на Пасху, как она родилась. Тебе исполнилось пятьдесят пять.
А тебе сорок четыре, прищурился Пётр и улыбнулся. Цифры красивые, так что год будет особенным.
Он открыл висевшие на груди на цепочке карманные часы и, кратко взглянув на время, взял любимую за руку:
Идём, а то не успеем сделать ребёнка.
Сейчас апрель! смеялась Иона, скорее следуя с ним покинуть кабинет, где находились. Он не успеет родиться в этом году!
Надо постараться, смеялся Пётр.
Раньше срока не буду! Не хочу! Что-то другое будет в этом году особенное!
Они смеялись, как юные влюблённые.
Они убегали скорее на верхний этаж, к спальням, где у одной из них Пётр резко остановился, взял милую на руки и, пнув дверь в их комнату, унёс туда...
Глава 1 (водопад... возвращение домой...)
Молодой всадник, лет двадцати, медленно ехал верхом на черногривом коне. Роскошный чёрный фрак с нежной золотистой вышивкой по краям был глубокого цвета, чистого... Аккуратность хозяина и гордость виделась сразу, как и внешняя красота. Крепкий стан. Широкие плечи. Сильные руки... Тёмные, волнистые и густые волосы до плеч слегка развивались от лёгкого весеннего ветерка...
Сосредоточенность. Серьёзность... Глаза парня были слегка прищурены, словно настороже, хотя никого не искал и никакой опасности не видел. Абсолютный покой на душе и никаких мыслей... Свобода. Свежий воздух. Наслаждение жизнью.