На презентацию ему до сих пор не приходилось попадать. Тем более на такую, где действовал дресс-код. Что такое дресс-код Максим представлял, но как-то удалённо. Как будто этот дресс-код был в какой-то параллельной реальности. И вот теперь пришлось столкнуться вплотную. План на ближайшее время такой: сначала к стилисту, потом в парикмахерскую. Спасибо, хоть к массажисту и депилятору не надо.
Подъехав к торговому центру, Алёша припарковал машину и, выйдя, открыл перед Максимом дверку
машины. «Больной, что ли? затравленно пронеслось в голове. Ты мне ещё ручку подай». Бросив убийственный взгляд на водителя, Максим выскочил из машины и, не глядя по сторонам, бросился к зданию. Не хватало ещё, чтобы кто-то из однокурсников увидел.
Прохлада, жара, снова прохлада. Не сказать, что Максим был постоянным клиентом центра, но, как-то заходили сюда с ребятами. Больше поглазеть. Ну а глазели, в основном, именно на бутик мужской одежды «Александер». Впрочем, цены в бутике сразу отсевали представителей среднего класса и ниже. Цены не просто кусались, они поедали предполагаемых клиентов уже на входе. Остановившись на пороге бутика, Максим жалобно прикусил губу. Вроде как, Софья Эдгаровна предупредила кого-то о его приходе. Сказали, что ждут. А вот кто именно его ждёт? Не понятно. Не будешь же хватать за рукав каждого менеджера и, заглядывая в глаза, представляться.
Сзади кто-то подтолкнул его в спину. Алёша. Войдя, Максим восторженно остановился. Бутик был небольшой и, казался, поделённым на две зоны. Слева висели классические костюмы, на полках аккуратными стопками лежали рубашки благородных оттенков. Справа свободная одежда простого силуэта, которую можно было носить и в офис, и вне работы. Высокий манекен в светлых джинсах, в базовом лонгсливе и в белых сникерсах на ногах заставил Максима завистливо стиснуть зубы. Не то, чтобы он плохо одевался, но, одежда, купленная по интернету, как-то слишком уж заметно отличалась от того, что висело в витрине.
Молодой накачанный парень появился рядом с ребятами словно из ниоткуда. Ни слова не говоря, он внимательно рассматривал Максима с разных ракурсов. Едва заметно взмахнув рукой, сделал знак повернуться. И Максим повернулся. Ещё один взмах, и он повернулся в другую сторону. Честно говоря, если бы Максиму кто-нибудь сказал, что он будет вертеться перед каким-то пацаном, повинуясь взмаху его руки, он долго бы хохотал. А зря, оказывается. Наконец, удовлетворённо кивнув Алёше, словно Максима и не существовало, юноша тихо прокомментировал:
Фронт работы в целом, понятен. Можешь вести клиента в салон, да предупреди девчонок, что от меня. Не хватало, чтобы они своими граблями мне работу испаскудили. Никакого креатива. Достаточно того, что матушка-природа побезобразничала.
Пройдя по зданию, Алёша остановился. Максим, не успев затормозить врезался ему в спину. «Салон красоты Мистер» Что за Мистер, он так и не успел прочитать. Глядя на большие кожаные кресла, у Максима даже зубы заныли. Уже не один год он, как и все его однокурсники, стригся только у Ленки. Родители девушки отличались завидной тягой к алкоголю, поэтому Лена выживала, как могла. То бишь стригла студентов за небольшое вознаграждение. В общем-то, и Максим, и его товарищи могли себе позволить услуги недорогой парикмахерской, но в последнее время пойти к другому парикмахеру считалось среди студентов дурным тоном. Студенческая взаимовыручка. Стригла Ленка всех под одну гребёнку, зато к каждому имела персональный подход. С тем помолчит, с другим почирикает.
Я недавно стригся, Максим сделал последнюю попытку отмазаться от процедуры. Но Алёша скосил глаза и так приподнял бровь, что Максим понял по-другому не будет. Водитель Софьи Эдгаровны вообще оказался парнем неразговорчивым, зато смотреть умел так, что понять его можно было с полувзгляда.
Опустившись в кресло, Максим тяжело вздохнул. Ладно, пять минут и он на свободе. Во всяком случае, Ленке хватало на стрижку именно пять минут. Когда на плечи легло белоснежное покрывало с вышитым вензелем салона, Максим почувствовал, что пятью минутами не отделается. А уж когда Анна девушка-стилист, как было указано на её бейджике, подкатила к креслу невысокий столик, Максим совсем сник. Ленка вместо покрывала использовала старую рубашку своего папаши-алкоголика, а из инструментов из её кармана торчали ножницы и расчёска. Сдёрнув со столика светлое полотенце, Анна сложила пальцы домиком и, прищурилась. Максим покосился на столик и почувствовал, как по волосам пробежал холодок. На столике стояли штук пять каких-то бутылочек, ножницы с обычными концами, ножницы с тупыми концами, ножницы-расчёска, с хвостиками на конце, с зубцами. В другом ряду лежали расчёски: круглые, «лопаткой», «вилкой». Прямо не парикмахерская, а операционная.
Когда щёлканье, шуршание и шелест над головой затих, Максим вынужден был признаться, что работу свою девушка знала. Каждый волос теперь, вроде и жил своей жизнью, но, в то же время, подчинялся каким-то общим правилам. Все строго в бок, выверенный подъём на определённый градус по отношению к голове. Максим провел рукой по волосам, стоят, как будто на них литр лака использовали,