Светик ничего не сказала, но как-то задумчиво и оценивающе посмотрела на меня. Так, меня уже начали оценивать. Что будет дальше!
А дальше я её посадил в крутящееся кресло, а сам сел напротив на табуретку на углу стола, чтобы видеть её реакцию на мои песни. Магнитофон стоял на столе, это было удобно для меня. Крышка кассетоприёмника была прозрачной и сквозь неё было видно, как вращается механизм перемотки плёнки. Это вращение гипнотизировало слушателя и усиливало воздействие музыки и голоса на любого человека. Завершающим штрихом в обольщении Светика я собирался предложить ей одеть наушники. В них звук окружал человека полностью и он, как бы, выпадал из окружающей реальности.
Одевай наушники, сказал я девушке, в них получается полный эффект присутствия. А я пока разолью по чашкам чай и открою конфеты.
Давай, благосклонно ответила Светик, разглядывая коробку на столе.
После первой песни расскажешь о своём впечатлении. Лады?
Лады, сказала она, надевая наушники на голову.
Я включил запись и стал разливать чай, внимательно поглядывая на Светика. При начальных звуках вступления она сосредоточилась, а потом, по мере прослушивания первого куплета, её лицо менялось от удивленного, потом неверящего, а потом восхищенного. Я любовался ею. Длинные светлые волосы, голубые глаза, точеная фигурка она была похожа на актрису Наталью Вавилову.
Я часто видел, какое впечатление производит первое знакомство с «Травой у дома». Люди находились в эйфории от услышанного. После припева и проигрыша Светик растворилась в музыке. На её губах играла счастливая улыбка. Песня закончилась и я нажал на стоп. Я сам снял наушники с девушки и повернул её к себе. В её глазах было написано большими буквами ЛЮБОВЬ. Любовь к песне. Но от любви к песне до любви к автору и исполнителю этой песни один шаг.
Светик, пей чай и попробуй конфеты, предложил я.
Светик медленно сфокусировала взгляд на чашке, потом на конфетах, потом перевела взгляд на меня.
И это всё ты? Это же просто невозможно?
Ну, голос и гитара мои, слова и музыка тоже. Клавишные и ритм-бокс Серёгины. Так что, понравилось?
Я всего ожидала, но чтобы так классно у тебя получилось, даже представить себе не могла, сказала Светик и отпила чаю. Да, зацепило её конкретно.
Я спокойно пил чай и молча смотрел на неё. Девушка тоже думала о чём-то своём, витая где-то далеко. Но вот она очнулась.
Сколько всего вы записали? спросила она.
Пять песен. Ты хочешь ещё послушать?
Да, я уже готова.
Прслушай ещё три, они легкие. Потом передохнёшь, обсудим, и пятую уже на закуску, предложил я.
Хорошо.
Светик позволила надеть на неё наушники. Мои пальцы коснулись её волос. Это ей понравилось. Она правильно расценила мои действия как ухаживание. Эти пятнадцать минут, которые длилось прослушивание, я продолжал внимательно отслеживать все эмоции девушки. Она украдкой несколько раз посмотрела на меня, как бы сравнивая меня и песни. И это был хороший знак. Было заметно, что все песни ей понравились. Когда звучала «Комарово», Светик активно качала головой в такт музыке. Я опять нажал на стоп и спросил:
Ну как?
Я в восторге. Я такого не слышала. Песни разноплановые, но классные.
Давай ещё чайку и последнюю, на английском?
Давай чайку. Слушай, а как ты их сочиняешь? спросила она, глядя на меня уже другими глазами, в которых читалось восхищение. Так, вот оно. Любовь к песне стала ассоциироваться у Светика с любовью ко мне. Это хорошо. Надо закрепить успех словами.
По разному. Иногда как-бы вижу песню целиком, иногда возникает в голове только припев. Вот любовался сейчас тобой и придумал припев к будущей песне. Только припев и музыку, потом буду думать над куплетами.
Я вспомнил песню Киркорова «Алла», там был припев со словом «влюблена». Это слово-якорь. Я взял гитару со стены и запел:
Светик смутилась, но было видно, что ей нравится. Уверен, песен ей ещё никто не посвящал.
Рифма интересная: одна влюблена. Это разве про меня? спросила она.
Ты же пришла одна, ответил я ей с улыбкой. И музыка тебе понравилась? Понравилась. Значит ты немного влюблена в песни. Всё просто.
Может быть, задумчиво ответила девушка, накручивая локон на указательный палец, и посмотрела на меня загадочным взглядом.
Ну что, по последней на посошок?
Это ты о чем?
Я говорю о последней песне. Будешь слушать?
Буду, уверенно ответила подруга.
Песня называется «Последний отсчёт». Тоже космическая. Она, может быть, даже лучше первой.
Я опять надел наушники на Светика и наши глаза встретились. Я увидел в них всю гамму её чувств. Было заметно, что она борется со своими эмоциями, переполнявшими её. Она инстинктивно подалась вперёд и я поцеловал её в губы. Девушка ответила робко, но ответила. Это был целомудренный поцелуй, но уже не такой, каким обмениваются друзья. Это был знак только что зародившегося чувства. Это не была ещё страсть, это был только предвестник страсти. Робкий намек на будущее.