Академ? предположил я.
Нет, совсем ушла.
В педе училась?
Угу. Четвертый курс.
Понимая что тема эта ей не нравится, дальше расспрашивать я не стал, переведя акцент на её новую работу. Об этом она говорила много и охотно, и среди прочего мне удалось узнать что товар привозят из Польши через Беларусь, деньги забирают три раза за смену, и главный у коммерсантов катается на какой-то иномарке. В моделях Аня не разбиралась, сообщив только что машина у хозяина белого цвета и очень длинная.
Брат твой его возит?
Нет, Эдик возит Анатолия Борисовича, это не хозяин, он что-то вроде управляющего. Чаю налить ещё?
Стрелки часов уже подходили к трем часам, поэтому я отказался, и пообещав вместе сходить в милицию, откланялся.
ГАЗЕТНЫЙ КИОСК (16.01.1991)
'Прошло полтора месяца после принятия постановления Совета Министров СССР о введении так называемых договорных (свободных) цен на ряд товаров не первой необходимости, или, как их называют, предметов роскоши.
В Белоруссии ювелирные изделия из золота ценой до 300 и с бриллиантами до 5000 , едва попадут на прилавок, реализуются столь же молниеносно, как и прежде. А вот подорожавшее вдвое серебро «осело» в магазинах. Специалисты считают, что повышать на него цены более чем в полтора раза было нецелесообразно.
В Киргизии украшения из низкопробного золота можно купить свободно, чего не скажешь о золотых изделиях с бриллиантами. Спрос на ковры и телевизоры четвертого поколения нисколько не уменьшился.
В Туркмении местное население не приобретает товары, на которые повышены цены, дорого. Покупателями являются в основном приезжие, особенно из Прибалтики.
В Таджикистане ни золотых ювелирных, ни ковровых изделии в свободной продаже как не было, так и нет. Люди никак не могут понять, почему к предметам роскоши отнесены ковры, которые в Средней Азии традиционно являются товарами первой необходимости.'
Глава 4
Спал недолго, в шесть тридцать прозвенел будильник, и будучи бесцеремонно выдернут из постели, я объяснял родителям почему не пойду с утра в мастерскую.
Ну вот как тебя угораздило? выслушав мою «исповедь», возмутилась мама, зато отец назвал меня молодцом, сказав что я всё правильно сделал.
А если бы эти бандиты и Диму так же дубиной по голове огрели? не сдавалась мама.
Ну не огрели же? отмахнулся отец. Тем более для чего он с детства боксом занимается?
Так спорт,
здоровье
Ну да, ну да. Здоровье это очень хорошо, но для этого не обязательно в бокс идти, можно плаванием заняться, лыжами, бегом наконец! А бокс, это в первую очередь за себя постоять, и слабого защитить!
Дальше мама спорить не стала, потому что, во-первых, спорить с отцом бесполезно, а во-вторых, он на самом деле был прав, и она это прекрасно понимала.
А я думал что буду говорить в милиции. Хорошо что врать особо не надо. Можно просто сказать что кончились сигареты, поэтому пошёл в палатку, но не успел, она оказалась закрыта. Возвращаясь, увидел как трое парней обижают девушку. Бил руками, про дубинку ничего не знаю. С потерпевшими не знаком.
Но реальность оказалась совсем иной.
Когда встретившись возле отделения, мы с Аней зашли внутрь, навстречу нам попались все три вчерашних молодчика. Лет по двадцать пять тридцать, одинаково бритые, и одинаково «квадратные», они радостно покидали стены милицейской вотчины. Узнав нас, дружно осклабились, а один, тот что с синяком на пол лица, даже подмигнул.
Но как же так? когда все трое несостоявшихся грабителей оказались на улице, испуганно прошептала Аня.
Не знаю. пожал я плечами, потому что и сам был удивлен не меньше. Здесь же открытый грабеж, хорошо спланированная акция. Если б я не вмешался, Патринскую палатку вынесли бы подчистую.
Вы по какому вопросу? не дождавшись когда мы подойдем, выглянул из своего закутка дежурный.
Насчёт ночного ограбления, там где парня избили. Нам сказали подойти к десяти. вежливо объяснил я.
Кто сказал? уточнил дежурный.
Капитан из ваших, он ночью на происшествие выезжал.
Ясно. Подождите минуту. с этими словами дежурный скрылся за дверью, но почти сразу выкрикнул через окошко, Тринадцатый кабинет, вас ждут!
Пройдя по коридору почти до самого конца, я постучал в дверь с табличкой тринадцать.
Войдите! донеслось изнутри.
Мы зашли. Кабинет небольшой, два стола, металлический сейф в углу, несколько стульев, на стенах календари, постеры из журналов и фотороботы разыскиваемых преступников. За столом знакомый капитан, глаза «поднял» и говорит,
Присаживайтесь, берите бумагу, ручку, пишите.
Что писать? несмело «пискнула» Аня.
Всё как было пишите. И лучше без ошибок. устало вздохнув, посоветовал капитан.
А можно вопрос? подвигая стул для девушки, спросил я.
Разумеется.
Почему отпустили тех троих?
Да, почему? встрепенулась Аня.
Под подписку. ответил капитан, и предвосхищая следующий вопрос, добавил, приказ начальства, а приказы, молодые люди, не обсуждаются.
Аня хотела возмутиться, но я остановил её, аккуратно сдавив плечо. Толку что? Мент этот ничего не решает, с тем же успехом можно со стенкой поговорить. Ему приказали, он выполняет. Для нас ничего хорошего, но такова жизнь, медом нигде не намазано. В общем, долго мы не засиживались, а закончив с объяснением, взяли пропуска, и вежливо попрощавшись с хозяином кабинета, покинули отделение милиции.