Погодите! заволновалась Вета, вскочила на ноги. Вы это о ком сейчас говорите? При чем тут какие-то старейшины, если на дворе ночь, а я еще не пришла из школы?! Ведь вы сами сказали, что знаете моих папу и маму. Вы что же, соврали мне?!
О, Веточка! воскликнула женщина. Ты не совсем верно поняла меня. Я говорила, конечно, о твоих настоящих родителях. Они действительно пока ничего не знают, и мы не хотим тревожить их раньше времени
Мои настоящие родители сейчас наверняка поднимают на ноги всю полицию!
Ты говоришь о своих земных приемных родителях, вот в чем дело! с облегчением произнес Реррик. Не волнуйся о них, по земному времени ты еще не должна вернуться домой. Время наступит завтра в полдень. До этого момента ты можешь быть совершенно спокойна, твои тамошние папа и мама ни о чем даже не подозревают.
Вета набрала в легкие побольше воздуха и решилась. Раз уж Борька молчит и только улыбается, как придурок.
Кто вы такие? спросила она. По какому праву нас всех похитили? И почему вы называете себя настоящими родителями Бориса? Ведь я знаю, что
это неправда. И он знает, хотя и молчит! она уничижительно глянула на разомлевшего от сытного ужина приятеля.
Нет-нет, милая, это самая настоящая правда, заволновалась Саломея. Боря наш сын, наш первенец. Мы ждали его возвращения шестнадцать лет, и каждый день ужасно волновались за него. Конечно, у нас было утешение. Наш Арлан, она показала рукой на мальчика, который сидел за столом между хозяйкой и старшей из девочек.
Раньше Вета не обращала на него внимания, а теперь пригляделась повнимательней. Парень выглядел лет на шестнадцать-семнадцать, был высокий, худощавый, но, видно, очень сильный. Черты крупные, лицо волевое, вот только очень бледное. А светлые волосы такие густые, что на макушке стоят дыбом, смешной такой хохолок. Никак не участвуя в разговоре, он грустно глядел в свою почти нетронутую тарелку. И внешне совсем не походил на прочих присутствующих.
«А он ужасно симпатичный, подумала Громова. Конечно, не такой, как Артур»
Додумать она не смогла от воспоминаний об Артуре участилось дыхание, захотелось немедленно бежать-искать-спасать его.
Завтра в полдень Арлан покинет нас, тихо молвила Саломея. Видно было, что она изо всех сил старается не заплакать. Конечно, мы всегда будем помнить о нем, станем следить за его судьбой, но больше никогда никогда
И она все-таки заплакала. Арлан, еще больше побледнев, дернулся и стиснул кулаки.
И где ты будешь жить? вдруг заинтересовался Боря.
А разве непонятно? вскинув подбородок, с горечью проговорил Арлан. В твоем доме. Я заменю тебя в том мире. А ты останешься здесь.
Шварц вытаращил на соседа по столу глаза и, кажется, потерял дар речи. Вета только поежилась. Кажется, она начинала кое-что понимать.
Твои родители ничего не заметят, сказал Реррик и дружески потрепал Борю по плечу. Наш Арлан отличный парень, его настоящие папа и мама, конечно, будут очень гордиться им. А мы всегда будем благодарны твоим приемным родителям за то, что они вырастили тебя, сынок, таким умным и честным парнем. Конечно, Арлану придется труднее, чем тебе. Жизнь среди людей не сахар. Но это его мир, и он, думаю, вполне готов
Арлан снова уткнулся в тарелку и нервно сглотнул. Чувствовалось, что он из последних сил держит себя в руках.
Но зачем вы это делаете?! завопила Вета. Зачем крадете их и заменяете нами? Какой во всем этом смысл?
Это очень древняя традиция, печально произнес хозяин дома. И наш святой долг. Дело в том, что люди могут спокойно проживать свою жизнь, даже не догадываясь о том, что существует другой мир. Наш мир, мир троллей.
Наконец это слово было произнесено. И теперь Вета отлично видела, что все сидящие за столом не слишком-то и походили на людей. Кроме, конечно, Арлана.
А вот нам, увы, очень сложно не замечать деяния человеческие, продолжал Реррик. И не так уж просто из века в век уживаться с ними по соседству. Люди только и делают, что нещадно уничтожают все, чем мы дорожим и что защищаем. В далекой древности некоторые тролли, доведенные до отчаяния, на свой страх и риск начинали войны против людей. Но это приводило к еще более скверным последствиям. Тогда было решено, что дурной мир лучше доброй ссоры. Самые родовитые семьи людей и троллей договорились в знак мира обмениваться своими перворожденными младенцами. Это принесло большую пользу. Мы брали на себя обязательства воспитывать подмененных малышей, и, будьте уверены, мы хорошо справлялись с этим делом. Люди не оставались в накладе. Из наших воспитанников получались замечательные защитники всего живого на земле, из воспитанниц самые лучшие жены и матери. А выросшие в человеческом мире тролли впоследствии куда терпимей относились к людям. Вот только если бы это не было так больно
Хозяин тяжело вздохнул и на секунду прикрыл глаза тонкой бледной рукой.
Вы отправляете к людям всех своих детей? тихо спросила Вета.
Нет, конечно же, нет, вступила в разговор Саломея. Только первенцев. Кроме того, таким правом и святой обязанностью обладают лишь семьи, у которых много заслуг перед своим народом. Как сказали бы в вашем мире, родовитые, знатные семьи. Это очень большая ответственность, поверь.