Если ты прав, то они не просто мертвы, сказала Мёрфи. Они жертвы. Большая разница. Кто это сделал?
Хотел бы я сказать, сказал я. Но единственное свидетельство, которое могло чтото доказать, стекает на пол. Если бы у нас был выживший, возможно, я мог бы присмотреться и увидеть, но за его отсутствием нам предстоит много беготни.
Мёрфи вздохнула и опустила взгляд.
Два договора самоубийства могли технически быть совпадением. Три уже неестественно. Это больше похоже на метод. Может это быть один из тех вампиров Скави?
Они отстреливают одиночек, сказал я, качая головой. Такие смерти не по их профилю.
Ты хочешь сказать, что мы должны найти общий знаменатель, связывающий всех жертв? Чёрт возьми, я должна была подумать об этом сама.
Я вздрогнул.
Ага.
Я посмотрел на пару других детективов из ОСР в комнате, снимающих трупы, документирующих стены и так далее. Криминалисты отсутствовали. Они не любят тратить время на самоубийства эмоционально нестабильных, какими бы причудливыми те не были. Это была грязная работа и её традиционно сваливали на ОСР.
Я понизил голос.
Если ктото играет с разумом, Совет может чтото знать. Я попробую взять след с того конца. Ты начни отсюда. Надеюсь, я оправдаю потраченные на меня деньги и мы встретимся посередине.
Верно.
Мёрфи уставилась на трупы и её глаза потемнели. Она знала, каково это быть жертвой ментальной манипуляции. Я не стал её утешать. Она ненавидела демонстрировать уязвимость и я не хотел показывать ей, что чтото заметил.
Фредди достиг крещендо, объясняя нам, что любовь должна умереть.
Мёрфи вздохнула и сказала: "Ради бога, выключите ктонибудь эту проклятую запись".
Сожалею, Гарри, сказала капитан Люччо. У нас нет орбитальных спутников, обнаруживающих чёрную магию.
Я подождал секунду, чтобы убедиться, что она закончила. Присутствие такого большого магического таланта на дальнем конце звонка означало периодические перерывы в связи между Чикаго и Эдинбургом, штабом Белого Совета чародеев. Анастасия Люччо, капитан Стражей, моя бывшая подружка, была готова предоставить информацию от Совета обо всей дребедени, происходящей в Чикаго что означало практически ничего.
Жаль, что их нет, а? сказал я. Неофициально есть ктонибудь, кто может чтото знать?
Привратник, возможно. У него дар чуять проблемные места. Но никто не видел его уже несколько недель, что едва ли необычно. А если серьёзно, Страж Дрезден, то вы, как предполагается, один из тех, кто должен предоставлять нам информацию такого типа, её интонации были наполовину насмешливыми, наполовину смертельно серьёзными. Что, повашему, происходит?
Три парочки чёртовски влюблённых голубков совершили двойное самоубийство за последние две недели, разъяснил я ей. Последние двое были братом и сестрой. И в их поведении было много всяких иррациональностей.
Ты подозреваешь ментальное вмешательство, сказала она. Её голос затвердел.
Люччо тоже была жертвой.
Я обнаружил, что горько улыбаюсь. Она была, помимо всего прочего, запрограммирована на то, чтобы быть со мной. Очевидно, в последнее время это был единственный способ устроить моё свидание с кемто.
Это кажется разумным. Я сообщу, если чтото найду.
Будь осторожен, сказала она. Не влезай в опасные ситуации без поддержки. Слишком много шансов, что тебя могут подставить.
Подставить? спросил я. Из двух людей, ведущих этот разговор, кто попался парню, копающемуся в мозгах?
Туше, сказала Люччо. Но он сумел зайти так далеко, потому что мы были самонадеянными. Та или иначе, прояви осмотрительность.
Поработаю над этим, сказал я.
На момент последовала неуклюжая тишина, а затем Анастасия спросила:
Как ты, Гарри?
Весь в делах, ответил я. Она уже принесла мне извинения, вроде как, за резкий исчезновение из моей личной жизни. Она никогда не намеревалась в ней появляться. События прошлого года породили настоящий эмоциональный цунами, и я не был одним из тех, кого он задел понастоящему сильно. А ты?
Вся в делах, она замолчала на мгновение и продолжила. Я знаю, что с этим покончено. Но я рада, что какоето время мы были вместе. Это делало меня счастливой. Иногда мне...
"...этого не хватает ", я думаю, завершало высказывание. Я ощутил комок в горле.
Нет ничего плохого в счастье.
Да, ничего. Когда оно настоящее, её голос смягчился. Будь осторожен, Гарри. Пожалуйста.
Я буду, сказал я.
Я принялся прочёсывать сверхъестественный мир в поисках ответов и не получил почти ничего. У Маленького Народца, на который обычно можно было полагаться при получении информации определённого сорта, ничего для меня не было. Их память коротка на детали, и даже смерти, произошедшие слишком давно, превращались в их изложении в противоречивую тарабарщину.
Я произвёл несколько ментальных ночных путешествий по городу, используя масштабную модель Чикаго в моём подвале, чем только добавил к списку своих проблем головную боль.
Я обзвонил Парасеть, организацию народа со скромными магическими талантами, который часто становился жертвой более сильных сверхъестественных существ. Теперь они сотрудничали, делясь информацией, обмениваясь успешными техниками и вообще преодолевая нехватку магических мускулов успешной совместной работой. У них тоже ничего для меня не нашлось.