Поэтому они хлопотали над Жан-Пьером и опекали его, как любимого ребенка.
Ты заставляешь нас ревновать, сказал полковник, который занимал соседнюю с Жан-Пьером кровать. Если так пойдет и дальше, нам придется снова с тобой драться.
Жан-Пьер рассмеялся и ответил:
Думаю, мы все достаточно навоевались до конца дней хватит.
Полковник узнал, что Жан-Пьер так хорошо говорит по-английски, потому что родился в Англии. С тех пор он стал относиться к молодому человеку еще теплее.
Это был полковник Хьюберт Долиш, служивший в Гвардейской бригаде. В детстве Жан-Пьер видел его марширующим по Гайд-парку.
Молодой человек рассказал полковнику, как они с родителями вернулись во Францию, когда Наполеон позвал émigréназад, и англичанин выслушал его с большим интересом.
Полковник заинтересовался еще больше, узнав, что Жан-Пьер участвовал в отступлении из России.
Я полагаю, сказал полковник однажды, после того как их осмотрел один из старших врачей, что ни один из нас не сможет вести нормальную жизнь после всего этого.
Жан-Пьер был обескуражен.
Хотите сказать, мы навсегда останемся калеками? спросил он.
Если не умрем, ответил полковник. Они решили сделать операции нам обоим, а это в любом госпитале обычно хуже самих ранений.
Подобные разговоры нагоняли тоску, но полковник гнул свою линию, и Жан-Пьеру пришлось его слушать.
Меня беспокоит, отметил полковник, что у меня маленькие дети, трое, если уж на то пошло. А моя жена тяжело болеет с тех пор, как родился наш младший ребенок.
Вы имеете в виду, что вам нечего им оставить? спросил его Жан-Пьер.
В общем, да, сказал полковник.
Полагаю, то же самое
можно сказать обо мне, добавил Жан-Пьер. Если, как вы говорите, англичане победили, а Наполеон попал в плен.
Молодой человек думал о том, что отцу и матери стоило огромных трудов поддерживать достойный уровень жизни даже до начала войны, а вернувшись из Москвы, он заметил, что они как никогда обеднели.
Я вам сочувствую, сказал он полковнику. Жаль, что ничего не могу сделать, чтобы вам помочь.
По крайней мере, вы молоды, а значит, должны выкарабкаться.
Но если со мной что-то случится, ответил Жан-Пьер, не знаю, кто позаботится о моих родителях в старости.
Говоря это, молодой человек задумался о том, что можно сделать, чтобы раздобыть денег. Будучи военачальником, он пересылал половину заработка родителям в Париж, и те с безмерной благодарностью принимали деньги.
Я знаю, как мы поступим, неожиданно произнес полковник. Поскольку нам никто не поможет, придется помогать себе самим.
Каким образом? спросил Жан-Пьер.
Если я умру на операционном столе, то оставлю вам все, что имею, ответил полковник. Это немного, но я уверен, что вы позаботитесь о моих детях и сделаете для них все возможное.
Жан-Пьер молчал, и англичанин продолжил:
Жизнь моей жены висит на волоске, и, поскольку она уроженка Шотландии, ее немногочисленные родственники слишком далеко. Вы, по крайней мере, сможете продать дом и найти детям другое пристанище, где они будут в безопасности.
Он явно обдумал свое положение со всей тщательностью.
Сочувствуя полковнику, Жан-Пьер ответил:
Я сделаю все, что в моих силах, но помните, что ямогу умереть, а выостаться в живых.
Тогда я позабочусь о ваших родителях, сказал полковник. Давайте составим завещания, оставив друг друга опекунами.
Это казалось скорее игрой, чем реальностью, и Жан-Пьер согласился.
При помощи двух медсестер француженки со стороны Жан-Пьера и англичанки со стороны полковника они написали соответствующие завещания в самом что ни на есть официальном стиле.
Когда мужчины подписали каждый свой документ, их подписи удостоверили медсестры.
Потом Жан-Пьер и полковник спрятали документы в свой багаж, который должны были отослать их семьям в случае смерти.
Я думаю, мы просто сгущаем краски, заметил Жан-Пьер. Хорошая выпивка, чтобы приободриться вот что нам нужно. Лично я не отказался бы от бокала шампанского.
Я тоже, согласился полковник. Но в женском монастыре можно получить только лимонад!
Они рассмеялись.
В то же время Жан-Пьер мучился от сильных болей в плече и был благодарен, когда медсестра принесла ему снотворного.
Джентльмены, вы слишком много разговариваете, укорила она их. Вы должны спокойно себя вести и позволить Господу излечить вас.
Очень надеюсь, что он делает именно это, отозвался Жан-Пьер.
Медсестра снисходительно улыбнулась французу: он был весьма хорош собой!
Жан-Пьер почувствовал, что снотворное начало действовать, и стал проваливаться в забытье.
Молодой человек понимал, что ему уделяют особое внимание, стало быть, известно, кто его отец. Это имя по-прежнему производило на французов впечатление.
Ему не хотелось покидать своего друга полковника и других раненых, с которыми он успел подружиться, однако Жан-Пьер понимал, что ему очень повезло оказаться в привилегированном положении.
Жан-Пьеру совершенно определенно не хотелось стать инвалидом или калекой на всю оставшуюся жизнь.
Он отправился в Париж в экипаже. Переезд было бы очень тяжело перенести, если бы не обезболивающие средства, которыми его обеспечили на все время путешествия.