Я никому пока не отдала своё сердце.
Она испускает вздох, в котором слышится так много слов. Я почти уверена, что большинство из них мудрые, но сейчас я не настроена на её мудрость.
Я опаздываю на работу.
Я целую маму в щёку, но решаю не целовать бабушку. Я проскальзываю мимо неё, спускаюсь по винтовой лестнице и выхожу в темноту Тарелексо.
Бабушка утверждает, что темнота защитит меня, и, вероятно, она права, но темнота также делает меня невидимой, а я хочу, чтобы Данте видел меня.
ГЛАВА 2
Водяная фейри, в крови которой нет ни капли магии, обречена на печальное существование, особенно если ей приходится жить на островах, испещренных лужами грязи. И особенно в те дни, когда работает рынок.
В такие дни западная пристань заполнена моряками, разгружающими остатки продуктов, которые не были проданы в королевской бухте: помятые фрукты, подгнившие овощи, кислое молоко, рыба с мутными глазами, мешки с зерном, заражённым жучками. И всё же полукровки и люди разбирают всё это до наступления сумерек. Когда у тебя бурчит в животе, выбирать не приходится.
Я обхожу зловонную лужу, приподняв свою длинную юбку, чтобы она не попала куда-нибудь, после чего её пришлось бы стирать. Несмотря на то, что я являюсь счастливой обладательницей трёх платьев, мне приходится оттирать с них пятна вручную, так как я не обладаю магическими способностями.
Больше всего на свете я ненавижу стирать одежду, а ещё менять белье в «Кубышке», когда прислужница Флора, которая живёт в поселении людей, остаётся дома, чтобы присмотреть за кем-то из своих двенадцати детишек.
Родители Сибиллы, владеющие таверной, популярной среди всего военного населения Люса и среди многих жителей Тарекуори, подумывали нанять ещё одну девушку, но люди склонны к воровству и обману, поэтому фейри, и даже полукровки, с трудом им доверяют.
Я прохожу мимо трёх моряков, загружающих пустые ящики в лодку, которая уступает по красоте гондолам и не такая прочная, как рыбацкие лодки.
Один из них присвистывает, что заставляет двух других обернуться.
Как долго ещё ждать моему бедному сердцу, Фэллон Росси?
Я качаю головой, услышав шутку Антони, но улыбаюсь его настойчивости.
Берил и Сибилла опять тебе отказали?
Антони бегает за каждой юбкой. Я слышала, что он переспал с половиной Люса, включая людей, а ещё, что он очень внимательный любовник, но я романтик и предпочла бы, чтобы мой первый любовник стал бы моим последним, а я сомневаюсь, что стану последней любовницей Антони.
Я не просил ни одну из них выйти за меня замуж.
Верно. Потому что они были не против с ним переспать.
Он подходит ко мне быстрым шагом, разворачивается и начинает идти вместе со мной по пристани спиной вперёд в сторону ярко освещённой таверны.
Я почти накопил денег на покупку квартиры.
Поздравляю.
Он перестает идти, заставляя меня тоже остановиться, и склоняет ко мне свою голову. Его глаза сверкают, как звёзды над нашими головами.
Я не шучу, Фэллон.
Я тоже. Я искренне за тебя рада.
Я серьёзно о предложение руки и сердца.
Запах соли и рыбьей чешуи поднимается от треугольного участка кожи, который выглядывает из-под расстёгнутого воротника его рубашки.
Ты хочешь жениться на мне только потому, что я тебе отказываю.
Он запускает руку в густые волосы медового цвета, покрытые морской солью, которые кудрявятся вокруг его ушей.
Я хочу жениться на тебе, потому что ты самая красивая и добрая девушка во всём Люсе.
Я крепко сжимаю пальцами тяжелые складки моего тёмно-бордового платья.
Лесть не заставит меня сказать «да», Антони.
А что тогда? Жемчуг? Я не испугаюсь змей Марелюса и достану его тебе, если понадобится.
Уголки моих губ опускаются, потому что он говорит серьёзно.
Я не хочу, чтобы ты застрял в их логове.
И хотя после того судьбоносного дня я ни разу не плавала в рыночной бухте, когда никто не смотрит, я опускаю пальцы в прохладные воды канала и тихо произношу имя, которым я нарекла розового змея, раненого бабушкой.
И он приплывает каждый раз.
Да. Он. Самцы крупнее самок,
а Минимус огромный, так что выбранное мной прозвище не очень-то ему подходит.
Тогда новое платье? Я могу заказать его купцу, который продаёт самый лучший шёлк в Тарекуори.
Мою любовь нельзя купить, Антони. Её можно только завоевать.
И как я могу завоевать твою любовь, Фэллон?
Военная гондола причаливает к пристани. Я невольно начинаю искать глазами Данте, но его нет среди шестерых мужчин, которые выходят из лодки. Вереницы волшебных огней, освещающих пристань, отражаются от золотых пуговиц на их униформах и от сережек, обрамляющих их заострённые уши. Я встречаюсь взглядом со знакомым лицом Като.
Седовласый фейри часто заходит к нам домой. Думаю, что он приходит из-за бабушки, которую он провожает глазами каждый раз, но она уверяет, что он заглядывает только для того, чтобы шпионить за её внучкой. Юстус Росси, может быть, и не хочет больше иметь с нами дел, но он, тем не менее, следит за нами.
Антони издаёт низкий звук.
Военные? Я должен был сразу догадаться.
Я перевожу своё внимание на рыбака.
Что ты имеешь в виду?
Ничего.
Он начинает пятиться, и его губы крепко сжимаются на его загорелом лице.