Когда они вошли в здание, Лев Иванович обратил внимание, что Улямов идет так, словно у него не ноги, а протезы ступал ими тяжело и широко. Но спрашивать, что с ногами, Гуров постеснялся.
В кабинете начальника шараповского угро Егора Арсеновича Алаутдинова сидели еще трое двое мужчин в штатском и миловидная молодая женщина в форме следователя. Егора Арсеновича Гуров знал уже давно, познакомился с ним в Москве еще в самом начале своей службы в Главном управлении. Они тогда вместе с ним (Алаутдинов в то время был еще простым оперативником) расследовали одно убийство,
связанное с наркотиками и с криминальной группировкой, и хорошо узнали друг друга, пока расследовали дело.
Проходи, Лев Иванович, садись, знакомься. Это, он кивнул на женщину, наш следователь Анна Ильинична Бубнич.
Женщина протянула Гурову руку и без тени улыбки на лице кивнула.
А это подполковник Вересков Макар Иванович из Управления по борьбе с организованной преступностью и майор Арнольд Францевич Гейнц из ФСБ.
Седовласый, но еще моложавый подполковник привстал и поздоровался с Гуровым за руку, а Гейнц мужчина средних лет, с небритым подбородком и угрюмым взглядом поздоровался лишь кивком головы. Руку майор протягивать Гурову не стал, поэтому Лев Иванович решил, что он тоже делать этого не будет. Про себя же подумал, что фээсбэшник слишком много о себе мнит. Но потом уже, несколько позже, он узнал от Улямова, что Гейнц вообще никому не подает руки. У него бзик, а вернее, как сегодня модно это называть, фобия: он боится микробов и заразы, которая может передаваться от других людей. Но эта странность не мешала майору быть одним из самых лучших в своей профессии.
Скажу тебе честно, Лев Иванович, посмотрел на Гурова Алаутдинов. Это я просил Петра Николаевича прислать именно тебя. Так сказать, по старой памяти. Видел тебя в работе, знаю твою хватку и наслышан о твоем сыщицком чутье. Следил, знаешь ли, за тобой, следил
Егор Арсенович замолчал, потер ладонью лоб, а потом спросил следователя:
Анна Ильинична, введешь нашего помощника в курс дела?
Введу.
Молодая женщина кивнула и, раскрыв папку, которая лежала перед ней, принялась рассказывать, изредка бросая взгляд то на один, то на другой документ, который брала в руки.
Пока что у нас с информацией негусто. Убийство произошло позавчера на территории ликероводочного завода «Дионис», а если точнее, то в кабинете управляющего этим заводом Игнатова Владимира Владимировича. Он, собственно, и был убит, уточнила она. По данным судмедэкспертизы, смерть наступила в результате смертельных ранений в область груди и головы. Если конкретно, то оба выстрела были фатальны для жертвы. Второй выстрел в голову был уже и не нужен, и был произведен, скорее всего, как контрольный.
Думаете, что убийство было заказным? прервал Бубнич Алаутдинов. Вопрос он задал скорее не из-за того, что не знал ответа на него, а для того, чтобы Гурову была понятней ситуация.
Вполне возможно, но наверняка мы этого еще не знаем, ответила следователь и покосилась на губоповца. Пока что у нас есть только две версии. О них чуть позже. Опять же, по предварительным данным медэкспертов, смерть наступила в промежутке примерно с двадцати одного часа до двадцати двух часов. Хотя обнаружили тело только на следующее утро.
Позавчера у нас была суббота, заметил Лев Иванович. Что, у этого Игнатова не было выходных, если он в субботний вечер находился на своем рабочем месте?
Бубнич недовольно нахмурилась, ей явно не понравилось, что ее перебили, но Гуров не стал извиняться. Ему нужно было видеть всю картинку сразу, а не дожидаться, когда Анна Ильинична даст нужные пояснения.
По словам жены Игнатова, которую мы сразу же и опросили, он уехал в субботу вечером на завод на какую-то деловую встречу. Во всяком случае, именно так он сказал ей по телефону. Кстати, такой поздний его уход жену совсем не смутил. Она утверждает, что ее муж довольно часто встречался с деловыми партнерами и в будние, и в выходные дни именно по вечерам.
Угу, понятно, покивал Гуров. И кто же его нашел утром в воскресенье? Контора-то ведь точно в этот день не работает.
Утром, в воскресенье, когда жена вернулась от дочери, у которой она ночевала, она обнаружила, что мужа дома нет и, по всей видимости, он в квартире не ночевал. Тогда она стала ему звонить, но тот не откликнулся ни на ее звонки, ни на эсмэс-сообщения. Примерно в десять утра она позвонила дочери и все ей рассказала. Дочка посоветовала позвонить кому-нибудь из руководства завода и узнать, с кем отец встречался накануне. Обзвонив всех, кого она знала, и, узнав, что ее мужа никто вчера вечером не видел, она сама поехала на завод и настояла на том, чтобы охрана осмотрела его кабинет. Охранник и обнаружил тело. Он рассказал все Игнатовой, а она уже сама позвонила в полицию.
Следователь многозначительно посмотрела на Улямова, и тот, вздохнув, продолжил:
Да, тут у нас вышел прокол. Когда я с напарником прибыл на место происшествия, Игнатова уже хозяйничала в кабинете мужа. Хорошо хоть, тело не трогала. Но следов наоставляла