Я взглянула на Ориона: он наблюдал за ними с чем-то вроде той же тоски в глазах, и я узнала в нем ту боль, которая живет во мне. Он такой же сирота, поскольку его мать связана с Лайонелом Акруксом, и я жалею, что
его отец был отнят у него так рано. Взгляд Каталины упал на него и засветился, она бросилась к нему и крепко обняла его, пока он неподвижно замер в ее объятиях.
Я так рада, что ты в порядке, прошептала она, и брови Ориона удивленно изогнулись, когда она осмотрела его на предмет ран, словно он был одним из ее собственных сыновей. Я отступила назад, давая им немного места, и сцепила пальцы вместе, наблюдая за ними.
Я должен принести тебе глубочайшие извинения, сказал он ей, прижимая Каталину к себе и сжимая ее руку.
Каталина покачала головой в знак несогласия.
Ты не знал, что он контролирует меня.
А должен был, прорычал Орион, его брови напряглись от сожаления. Ты уже не была той женщиной, какой была, когда я видел тебя ребенком. Я просто подумал Я не знаю, что подумал. Но должен был понять, что тебе нужна помощь. Он стыдливо опустил голову, и Каталина погладила его по щеке, привлекая его внимание к себе.
Никогда не вини себя, Лэнс, настаивала она. Лайонел вот кто это сделал.
Орион кивнул, но чувство вины не покинуло его лица, когда она отпустила его и вернулась к Тори и Ксавьеру, в ее глазах стояли слезы счастья.
Орион решительно подошел ко мне, и по толпе пронесся вздох, когда он протянул руку и его пальцы коснулись моих. Он остановился, переведя взгляд на мятежников, на лицах которых была написана смесь ужаса и отвращения, когда они уставились на него, и он тут же отдернул руку.
Я уже собралась наброситься на них за то, как они посмели так смотреть на него, но Тори окликнула меня по имени.
Дарси? С тревогой в глазах позвала меня, и я нерешительно двинулась к ней, найдя рядом с ней Каталину, тепло улыбающуюся мне.
Все в порядке? спросила я.
У Ксавьера до сих пор есть тени, и я думаю, что смогу уничтожить их прямо сейчас. А вместе, пожалуй, будет даже легче.
Она протянула ко мне руку, и я приняла ее, мой Феникс поднялся навстречу ее руке, словно они были двумя половинками одной души, и, возможно, так оно и есть. Так всегда было между нами, словно мы созданы из одного и того же, отделенные друг от друга, но никогда не составляющие единое целое. На меня снизошло спокойствие, и Ксавер нервно посмотрел на нас, когда Тори протянула руку к его груди. Мое сердце трепетно забилось, когда я поняла, что нам нужно избавиться от теней, защитить его от Лавинии, чтобы та не смогла использовать их для контроля над ним или, что еще хуже, обнаружить нас в этом месте.
Только не психуй, предупредила я, и он напряженно кивнул.
Понял, сказал он, хотя легкое беспокойное ржание покинуло его. Но я знаю, что теперь у нас все получится. После того, как я выжгла тени из Ориона, я поняла, как это делается, было похоже на пробуждение самых лучших и ярких эмоций внутри себя и их направление вперед. Там были любовь, надежда и все то, что мы никогда не позволим Лайонелу забрать у нас.
Я почувствовала, как огонь Феникса Тори обвился вокруг моего, и он запылал под ее ладонью, когда Каталина с тревогой подошла ближе, явно беспокоясь за своего сына. Но взгляд Ксавьера сказал ей, что она должна верить в нас, и через минуту огонь заструился по его коже и запылал в его глазах, ища все тени в его венах и изгоняя их из него.
Он вздохнул, когда Пятый Элемент покинул его, на его лице ясно читалось облегчение, когда мы освободили его от контроля Лавинии, и он слегка подался вперед, когда Тори опустила руку.
Спасибо, вздохнул он, крепко обнимая нас обеих, и вдруг Каталина тоже обхватила нас руками, и я подняла голову, чтобы увидеть слезы, скатывающиеся по ее лицу.
Вы подарок, посланный звездами, прошептала она, и румянец залил мои щеки, когда я покачала головой, отрицая эти слова.
Когда они отпустили нас, я заправила прядь голубых волос за ухо, и тепло заструилось по моей шее.
Макс потянул меня за руку, и я повернулась к нему.
Пойдем, маленькая Вега, они не впустят нас, если вы обе не возглавите толпу.
Я поняла, что люди внимательно следят за нами с Тори, и подумала, прав ли Макс.
Хэмиш снова поманил нас вперед, и я пошла рядом с Тори, пока мы шли за ним среди повстанцев. Орион шагал у меня за спиной, так близко, что я ощущала его повсюду, и меня успокаивало то, что он рядом, в особенности после всего, через что мы прошли, но каждый раз, когда я хотела обернуться и притянуть его ближе, он отдалялся все дальше, и расстояние между нами заставляло мое сердце болеть. И у меня возникло ужасное чувство, что это намеренно.
Люди склоняли головы перед Тори и мной, бормоча слова благодарности звездам, и мое дыхание участилось, когда взгляды повстанцев проследили за нами. Похоже, многие из присутствующих были роялистами, преданные сторонники рода
Вега, и как-то странно оказаться объектом столь пристального внимания сразу. Даже клуб Ослов не заставлял чувствовать на себе такое пристальное внимание.
Мое сердце забилось сильнее, когда мы добрались до фермерского дома, и Хэмиш поклонился так низко, что его нос почти коснулся земли, а его правая рука вытянулась в жесте, приглашая нас войти.