Жена ушла от него несколько лет назад. Сказала, что давно разлюбила, что ждала, когда сын вырастет. Но ребенок вырос, и жене больше нечего делать в их общем доме. К тому же у нее уже есть другой любимый мужчина, намного лучше него.
Слушать это было больно и обидно, но он молчал и не перебивал.
Развод пережил тяжело, хоть и старался никому не демонстрировать своих истинных чувств. А потом, спустя год после развода, пришел к выводу, что жена поступила правильно. Наверное, он и сам жил с ней, скорее по привычке. И конечно, она достойна большего. Так пусть все у нее будет хорошо. Отпустил ситуацию и больше о бывшей жене не вспоминал.
Ну, зачем она сказала те слова?! Ведь все было так хорошо. А теперь Теперь он не знал, что ему делать.
Из кухни донесся аромат свежесваренного кофе. Он натянул брюки и пошел туда, где она разливала по чашкам густую арабику.
В махровом халате, лохматая, пахнущая сексом, она была чудо, как хороша.
- Давай в выходные поедем на дачу, - предложил он, надеясь ее порадовать.
После развода квартиру он отдал жене, а дача осталась ему. Эту дачу строил еще его дед. Он знал, как ей нравится туда приезжать. Там было красиво, особенно сейчас, осенью, когда листва на деревьях уже вовсю золотилась.
- Не могу, - ответила она. - Я уезжаю в пятницу.
- Надолго? - спросил, мгновенно почувствовав неясную тревогу.
Она поставила на стол чашку, медленно опустилась на стул.
- Мне предложили новую работу. В Крыму. Я согласилась.
Ему показалось, что из него вышибли дух. Какую работу? Как согласилась? Почему не посоветовалась с ним? Даже и сказала об этом ненароком, будто его это и вовсе не касается!
- Надолго? - спросил напряженно, не отрывая глаз от кофейной чашки.
- Пока на год.
Прозвучало как приговор. Все еще надеясь, что ему показалось, сказал шутливо:
- Значит, мне придется купить абонемент на рейс до Симферополя.
- Не придется, - спокойно возразила она.
- На машине ездить каждые выходные слишком долго, - заметил он.
- И на машине ездить не нужно.
- Ты будешь прилетать в Москву? - спросил он упрямо.
- Нет.
Ее ответ окончательно расставил все по местам. Собственно, ему оставлялось лишь встать, одеться и уйти, ведь она уже все решила сама. Но он зачем-то продолжал сидеть, пить ставший абсолютно безвкусным кофе и молчать. Она тоже не торопилась продолжать разговор.
Когда чашка опустела, он решился:
- Ты все решила? Окончательно?
- Давай не будем, - тихо предложила она. - Ты ведь все понимаешь.
Снова она оказалась смелее его, опять все решила сама. Наверное, ему нужно было бы обрадоваться, но он разозлился.
- Ничего я не понимаю!
Она тяжело вздохнула и ласково погладила его по руке, успокаивая.
- Понимаешь, - сказала.
- Может, объяснишь, что я, по-твоему, понимаю? - уперся он.
Она покачала головой, будто разговаривая с упрямым ребенком.
- Мы оба знаем, что тогда ты не спал. Молчи, - прижала нежную ладонь к его рту, не давая возразить. - Не говори ничего. Не надо. Я улетаю в Симферополь, ты остаешься в Москве. Так будет лучше для всех.
Его захлестнула жгучая обида. Так вот, значит, какая
у нее любовь! Вот так просто взяла, да и вышвырнула его из своей жизни. Без слов, упреков и объяснений. Как будто у него нет права голоса, как будто его мнение не имеет никакого значения. Что ж, если она все решила сама, ему тут больше нечего делать. Если она без него проживет, значит, и он сможет. Ничего, на ней свет клином не сошелся.
Он, молча, вышел из кухни, оделся и уже стоя перед дверью, спросил с вызовом:
- Даже не проводишь?
Она подошла к нему, привычным жестом поправила галстук.
- Я очень тебя люблю, - сказала просто, без пафоса, обиды, затаенного желания услышать от него ответ.
Просто констатировала.
Распахнула перед ним дверь.
- Прощай. Будь счастлив.
Он потоптался на пороге в надежде, что она передумает, скажет что-то, что позволит ему остаться. Но она молчала и смотрела куда-то в сторону. Значит, так тому и быть.
- И ты тоже будь счастлива, - выдохнул он и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Лифта дожидаться не стал, сил стоять напротив ее двери у него не было. Перепрыгивая через ступеньки, спустился по лестнице, выскочил из подъезда, не глядя по сторонам, сел в машину. Заурчал двигатель. Больше всего ему хотелось вдавить в пол педаль газа, но он запретил себе это делать. Глубоко вдохнул и медленно выехал со двора.
Она улетела. Прошла осень, начался декабрь. Каждый день, просыпаясь по утрам, он давал себе слово, что больше никогда не будет о ней вспоминать. Не получалось.
Его постоянно преследовали воспоминания и какие-то странные разговоры о ней. Он раньше и не представлял, как много о ней говорят.
Первый раз он услышал о ней, когда по делам приехал в ее бывший офис. Остановился в коридоре поправить расстегнувшуюся запонку и
- Стерва из Москвы ускакала, только пятки сверкали, - раздался женский голос из-за неплотно прикрытой двери.
- Может, натворила чего? - второй голос тоже принадлежал женщине.
- Как же, эта натворит. Ее, по слухам, давно туда зазывали. Место отливное, о таком можно только мечтать.