Да ты не трус, ромей, совсем не трус! Значит, умеешь говорить правду отсмеявшись, варяг сам посмотрел мне прямо в глаза, и теперь взгляд его стал давящим, тяжелым, а тон следующего вопроса прозвучал чуть ли не угрожающе И что же нам с тобой, таким честным, делать?
Я пусть и с трудом, но выдержал взгляд венда, а после спокойно ответил, прикладывая просто титанические усилия для того, чтобы голос не задрожал:
Ты ведь сам сказал, ярл, что твоя дружина понесла потери. А значит, тебе нужны воины и гребцы на ладьях. Я сражался вместе с вами, убил в бою двух свеев так почему бы тебе не взять меня в дружину, дав право и дальше драться бок о бок с твоими славными воинами?
Замолчав
на мгновение и переведя дух, я продолжил уже гораздо громче, стараясь, чтобы концовка моей речи произвела наилучшее впечатление:
Никогда еще я не видел столь славных воинов, никогда не слышал, чтобы викингов громили в открытом море равными силами. Стоять плечом к плечу с вами это уже честь!
А вот сейчас меня поддержали уже одобрительным гулом и вдохновленный, я закончил, вновь обратившись к Ратибору:
Так не откажи же мне в этой чести, конунг!
Я сознательно исказил статус варяга, прировняв по сути бандитского атамана как минимум к княжескому достоинству и тот не смог не обратить на это внимание:
Ты, видно, еще плохо знаешь наш язык. Конунг это вождь, у которого гораздо больше кораблей и воинов.
В этот раз я позволил себе небольшую улыбку:
Я знаю, кто такие конунги и вижу конунга в тебе! Столь славный витязь, ведущий в бой столь славных воев, обязательно станет конунгом, иначе я просто слеп.
Варяги поддержали мой крик оглушительным ревом, а Ратибор вновь зычно захохотал:
Теперь я вижу, что ты действительно сладкоречивый ромей, способный хитростью своей добиться большего, чем иные вои своим ратным искусством. Хорошо, я сохраню тебе свободу и приму в дружину, пока мы держим путь в Ругард. А покуда посмотрим, чего ты действительно стоишь и на Руяне решим, достоин ли ты и дальше быть в моей дружине, или нет.
Поздравляем! Вашему персонажу присвоен новый статус: «варяг».
А в ответ на мой немой вопрос в голове тут же всплыло:
Ругард крепость и резиденция ободритских князей, располагающаяся в самой высокой точке острова Руяна. Контролирует крупный торгово-ремесленный центр и залив на месте современного Ральсвика. При этом защищенный от штормов залив служит также укрытием для славянского флота.
Благодарю, конунг!
Однако Ратибор уже не слышит моих слов, обернувшись к свеям:
Снимайте с себя брони, отдайте все оружие, и берите одну из ладей. Поместитесь.
Викинги, и так уже сложившие топоры и копья, принялись неохотно стягивать с себя кольчуги, а вожак варягов словно впервые посмотрел на девушек-пленниц:
Что, действительно христианки? Тогда стоит исполнить пожелание ярла Сверкера и отдать их жрецам Световита
Нет!!!
Венд вновь вынужденно посмотрел в мою сторону:
Кто это подал глас? Неужто мой новый дружинник? Я ведь могу и передумать, отправив тебя в дорогу вместе со свеями. Они, как кажется, очень хотят с тобой что-то обсудить
Случайно поймав полный лютой ненависти взгляд уцелевшего в бою Хакана, я внутренне содрогнулся, но все же сумел ответить твердо:
Не верю, что славный Ратибор, конунг руян, изменит данному им слову! Ведь ты уже принял меня в дружину, как можно теперь сказать, что это не так? А раз я твой воин то имею право взять свою добычу с боя. От моей руки пал ярл Сверкер и еще один воин, а значит, кольчуга и два шлема мои. Но я хочу обменять броню и один из шлемов на девушек, выкупить их из полона. За время неволи у свеев они стали мне названными сестрами. А разве я могу отдать сестер жрецам Арконы, что принесут их в жертву чужому для нас богу?!
Вожак вендов посмотрел на меня холодно, но без особой злобы:
Я уже пожалел, что взял тебя в дружину, ромей. Помни, что ты мой воин только до Ругарда. Что же до сестер Хорошо, я возьму кольчугу, шлем и меч ярла Сверкера за девок. Тебе же еще рано владеть мечом
Глава 5
Паруса! Паруса на горизонте!
Зараза, где-то это я уже слышал! Гребаное дежавю
Путь до самого одиозного славянского острова с главным святилищем западных вендов занял у нас уже неделю, и со слов Горыни, моего нового товарища, находиться в море нам осталось совсем чуть-чуть, буквально один-два дня. И слава богу! Ибо за время путешествия с руянами я в полной мере познал истинность суждения «баба на корабле быть беде».
Это суждение наверняка справедливо, если на судне находится даже одна женщина, за чье внимание начинают бороться едва ли не все мужики в команде. А когда их пять, да еще молоденьких, пугливых и хорошеньких девственниц, скабрезных шуток, пошлых намеков и прямых попыток склонения к сексу никак не избежать. Особенно если в качестве защитника у девчонок новичок в команде на правах армейского «духа», неумелый, неловкий и вообще не воин. По крайней мере, так думали в самом начале
Горыня! Отойди от нее!
Не очень высокий, коренастый молодой мужчина с усмешкой посмотрел на меня своими карими глазами впрочем, улыбка более похожа на хищный оскал. Как