Да вот, пробормотал крестьянин, у вас
И он показал на плечо и воротник всадника.
Маркиз осмотрел себя и увидел, что весь камзол у него испачкан кровью, одежда в грязи в общем вид у него ужасный.
А пояснил он. Мы со слугой встретили пьяных немцев, немного подрались, и то ли меня поцарапали, то ли от меня кому-то досталось в драке ведь всякое бывает. Впрочем, со мной ничего плохого не случилось.
И он похлопал себя по бокам, показывая, что все в порядке.
Но все же мне надо почистить платье, к тому же я умираю от жары и жажды, да и лошади необходима передышка. Не скажете ли, где я мог бы немного отдохнуть?
Крестьянин вызвался проводить его к себе в дом, находившийся неподалеку. Хозяйка и дети, увидев их, почтительно расступились и тотчас пошли выполнять просьбы гостя принесли вино, воду, фрукты, большой ломоть хлеба.
Маркиз протер мокрой
губкой свой камзол, выпил вина и, подозвав хозяев дома, вступил с ними в разговор. Сначала он поинтересовался, какие дороги ведут отсюда в Бурбоннэ, где он намеревается навестить родных, есть ли тут другие селения и далеко ли до них; затем он заговорил о погоде, об урожае и спросил, нет ли еще каких новостей.
На это крестьянин ответил, что на главной дороге стоят в карауле отряды стражи и сейчас нечего опасаться встреч с дурными людьми, тем более что только вчера стражниками арестован какой-то злодей.
Кто же он? спросил маркиз.
Он дворянин, натворивший много зла.
Как! Дворянин в руках правосудия?
Да, и он рискует потерять голову.
И что же он наделал?
От этого прямо в дрожь бросает. Мерзкие дела. Но он свое получил. Вся провинция возмущена.
Он вам знаком?
Нет, но у нас у всех есть его приметы.
Новости эти были малоутешительны, и маркиз, поговорив немного с хозяевами, осмотрел своего коня, погладил его, оставил хозяевам еще несколько серебряных монет, вскочил в седло и скрылся в указанном ему направлении.
Прево проехал еще с пол-лье по дороге, но, поняв, что дальнейшее преследование бесполезно, отправил одного из своих солдат с приказом, который надо было разослать во все уголки провинции, а сам возвратился туда, откуда выехал ночью. Ему было известно, что у маркиза в округе есть родственники и он не преминет укрыться у них. Вся деревня сбежалась навстречу отряду, и страдники вынуждены были признать, что красавец арестант обвел их вокруг пальца и скрылся. Все пришли в волнение, хотя и по-разному приняли это к сердцу. Прево возвратился в гостиницу, неистово колотя кулаком по столам и обвиняя всех в том, что произошло. Дочь хозяина гостиницы еле сдерживала радость.
Прево, разложив на столе бумаги, воскликнул:
Он отъявленный подлец! Как я мог в этом усомниться!
Он был так мил, вздохнула хозяйка.
Законченный изверг! Вы знаете, кто это? Маркиз де Сен-Мексан!
Маркиз де Сен-Мексан! в ужасе ахнули присутствующие.
Да, он, продолжал прево, маркиз де Сен-Мексан, обвиненный и изобличенный в изготовлении фальшивых монет и колдовстве.
Ах!
Изобличенный также в преступном кровосмешении.
Господи Боже!
Изобличенный в удушении собственной жены, чтобы жениться на другой, мужа которой он собирался заколоть.
Господи, спаси нас! перекрестились слушатели.
Да, добрые люди, таков молодчик, ускользнувший от королевского правосудия, добавил разъяренный прево.
Дочь хозяина принуждена была покинуть залу она чувствовала, что больше не выдержит.
И что ж, совсем нет надежды его поймать? поинтересовался хозяин.
Никакой, раз уж он скрылся по дороге в Бурбоннэ: там у него родственники, они его не выдадут.
Действительно, беглец был не кто иной, как маркиз де Сен-Мексан, который обвинялся во всех перечисленных прево ужасных преступлениях и который благодаря своему дерзкому побегу принял активное участие в необыкновенном деле, о коем нам предстоит рассказать.
Спустя две недели после этих событий некий всадник позвонил в колокольчик у ограды замка Сен-Жеран, что возле Мулена. Было уже поздно, и слуги не торопились открывать. Незнакомец трезвонил совсем по-хозяйски и наконец увидел слугу, спешившего к воротам из глубины аллеи. Слуга этот сквозь решетку оглядел незнакомца и, увидев в сумерках, что платье у него в пыли, шпаги нет, а шляпа надвинута на лоб, без особых церемоний спросил, чего ему надо. Незнакомец ответил, что он желает видеть графа де Сен-Жерана и просит поторапливаться. Слуга ответил, что это невозможно. Незнакомец рассвирепел.
Кто вы? осведомился слуга.
Мерзавец! воскликнул маркиз. Не слишком ли много церемоний? Пойди и скажи господину де Сен-Жерану, что его родственник маркиз де Сен-Мексан хочет его видеть, и сейчас же.
Слуга рассыпался в извинениях и открыл ворота. Затем он поспешил предупредить других слуг, чтобы те помогли маркизу сойти с коня, а сам побежал в комнаты доложить о госте.
Граф тотчас же вышел навстречу маркизу, обнял его и оказал ему самый дружеский и сердечный прием. В доме накрывали к ужину, и он хотел сразу вести гостя в столовую и представить его всей семье, но маркиз обратил его внимание на состояние своего костюма и попросил уделить ему несколько минут для разговора. Граф провел его к себе в спальню и велел переодеть в чистое платье. За это время маркиз наплел ему какую-то невероятную историю по поводу нависшего над ним обвинения. Видя, как удивительно радушен прием, оказанный ему графом, беглец почувствовал себя в безопасности. Кончив переодеваться,