Возможно, Господь, Автор той истории, в которой мы живем, будет к нам благосклонен, если мы сможем довериться Ему. Но в этом-то мы как раз и не уверены. Кажется, что нет прямого соответствия между образом жизни, который мы ведем, и той судьбой, которую нам уготовил Господь, по крайней мере, на земле. Внук Авраама Иаков в своей жизни часто использовал людей в своих целях, но был благословлен. Иисус отдал свою жизнь для спасения других и был распят. И мы никогда не сможем знать заранее время нашего выхода на сцену, чтобы сыграть роль, которую Господь написал для нас в своей пьесе; достаточно ли значительна эта роль, чтобы мы произнесли в ней слова или хотя бы дотянули до следующего вечера.
Я (Брент) начал задаваться вопросами о том, как Господь относится ко мне, еще в детстве, когда учился в средней школе Дейвида Крокета в Брайне (Техас). Как северянин, недавно переехавший из Нью-Джерси, я быстро узнал, что когда-то была гражданская война между севером и югом и что она не решила всех проблем. Той осенью, которая пролетела как несколько недель, четверо таких же, как я, северян были отправлены на дальний край игровой площадки, где нам следовало ждать атаки «сил конфедерации». И так как численный перевес был далеко не на нашей стороне, в отличие от группы войск 1860 г., мы вскоре были «взяты в плен» и брошены в тюремный лагерь. Лагерем служила огромная гора опавших листьев, окруженная колючей проволокой, и заправлял этим кошмаром шестиклассник по имени Джимми. Любимое наказание Джимми заключалось в том, чтобы затащить несчастную, до ужаса напуганную жертву, пойманную последней, в самую середину кучи и придавливать ее своей внушительной 150-фунтовой тушей до тех пор, пока пленник не исчезнет из виду. Не могу описать всю ту жуть, которую я испытал, когда меня волокли к Джимми. Так как бегал я быстро, то схватили меня в тот день последним, и единственное, о чем я мечтал, чтобы школьный звонок прозвенел до моего «погребения».
Помню, как одного моего друга, парня из Огайо по имени Терри, Джимми так долго придавливал своей массой, что я начал серьезно опасаться за его жизнь. Оглянувшись вокруг в поисках учителей, или родителей, или на худой конец какого-нибудь симпатичного шестиклассника, я никого не увидел. Наконец в отчаянии я закричал, чтобы Джимми отпустил моего друга, пока не убил его. С гадкой улыбочкой всех отпетых мошенников, как их обычно изображают в кино, он величаво поднялся и приказал моим охранникам положить меня на место Терри.
Помню, как меня бросили на эту кучу, а я думал только об одном: я задохнусь или еще хуже расплачусь на глазах у всех. Прежде чем Джимми успел опуститься на меня своей мощной тушей, мне удалось выскользнуть, перепрыгнуть колючую проволоку и убежать со всех ног на дальний конец площадки, где я и дождался спасительного звонка. Почему-то я не смог рассказать об этом ужасном происшествии моим родителям и остался со своими переживаниями один на один.
надежды на спасение рождает в нас серьезный вопрос об отношении Бога к нам. Иногда мы прячем этот вопрос так глубоко в сердце, что годами не позволяем ему выйти на свет Божий, даже если мы уже прошли большой духовный путь. Мы скрываем его, находя всякие рациональные объяснения, которые позволяют ему снова уйти вглубь нашего сердца, и наша вера все еще жива, но покоится на ненадежном фундаменте. Ведь так легко было убедить себя, что Джимми и те шестиклассники были просто-напросто хулиганами; выросли, знаете ли, в неблагополучных семьях и все такое. Безусловно, такие доводы искажают истину и удерживают нас от ответа на вопрос, запрятанный глубоко в сердце и не доходящий до сознания: «Господи, а есть ли Тебе до меня дело?»
Что скрывается за этим вопросом?
Блез Паскаль пишет в философском трактате «Мысли»: «У сердца свои доводы, о которых разуму ничего не известно». За этим вопросом стоит наша личная история, часто несущая на себе печать послания Стрел: родители, которые не дарили любви; одинокие ночи, не скрашенные ни теплым словом, ни объятием; слишком большие уши или слишком маленький нос; вечное одиночество на школьном дворе, в то время как одноклассники рядом весело проводят время в играх; молитвы обо всем этом, на которые, на наш взгляд, мы так и не получили ответа. А за всеми этими историями, глубоко-глубоко в сердце, в потаенном, хорошо охраняемом месте, куда практически никогда не проникает дневной свет, прячутся горькие и часто злые вопросы: «Господь, почему Ты допустил, чтобы это произошло со мной? Почему Ты поступил так со мной? Чего еще можно ждать от Тебя?» В глубине души мы думаем, что Господь не защитил нас от всего этого или даже сделал все это нарочно. Такие вопросы о Нем приводят к тому, что у нас зарождается сомнение, которое не дает покоя нашему сердцу «Господи, а есть ли Тебе вообще до меня дело?»
Это вопрос, из-за которого много сердец потерпело крушение, оставшись на мели горечи и разочарований и потеряв свободу, необходимую для духовного паломничества. Возможно, нам удастся заглушить этот вопрос разными отговорками, что надо быть более осторожными или что иногда нам просто попадаются плохие люди. Мы можем даже позволить себе вздох облегчения, осознав, что неприятность произошла из-за того, что мы согрешили. Но даже сдержанный, правильный и осторожный образ жизни, основанный на убеждении, что мы можем избежать неприятностей, если возьмем жизнь под контроль, терпит крах, когда Стрелы все равно настигают нас в самом, казалось бы, неожиданном месте. Как же нам строить отношения с неистовым Богом, допускающим такое?