Только вот с пробитой ногой на пятом десятке козлом по завалам уже не поскачешь. Вот и я рванул почти ползком и сполз обратно. Только пузо стеклом изрезал.
Ко второму заходу подошел более продуманно, даже почти до вершины добрался. Но итог тот же опять куча меня победила.
Последующие три попытки отличались разнообразием, но не финалом. А в центре зала что-то типа черной дырени с фиолетовыми сполохами клубится началоТипа симулятора черной дыры.
Выползти из коридора я так и не смог. Отрубился, переползая эту кучу, как будто свет выключили. Чик и Тьма!
Пришел в себя с ощущением как после дикой попойки. Голова неподъемная, свинцом налитая. Мысли тяжело-тяжело переваливаются. Медленно. И краями цепляются.
Веки слиплись и не хотят открываться. Думаю, сколько времени прошло, меня уже выковыряли, и я в больнице или еще битый мусор тушкой подпираю? Если на куче, то и кровью истечь можно. Хотя тушка вроде ровно лежит. Но на пузе. И ногу только слегка дергает. Но холодно, как в талый сугроб или холодильник засунули.
Короче непонятно может морг?
Продрало так, что шустро руками глазенки разлепил. И снова выпал в осадок
Подворотня. Темная. Точнее полусумрак. Хотя небо вроде и светлое. Вдалеке фонарь болтается. Потухший. Дома древние, разваливающиеся. С лепниной и деревянными рамами. Стекла маленькие и грязные. Где еще остались. Сливы из мятой-перемятой, будто жеваной, жести. Ржавой до дыр. Сосульки метровые по карнизам. Гирляндами. Сто лет такое не видел.
Грязный снег вокруг. И я в нем. Ногами в намёт у стены. Сверху изморозью присыпан. Хрустящей. Но ни души. И в окнах света нет. Вообще.
В полуметре над мною из стены выступает кусок стеклопакета с логотипом «атом». Прямо из рассыпающихся кирпичей. А под ним аккуратно прислоненный к стене омоновский берц с торчащей белой как будто обглоданной костью
Алес. Приплыли.
Мысли метнулись и потерялись. Какой снег? Сентябрь на дворе. Прохладно, конечно, но до снега еще с месяц! Не мог же на куче столько проваляться. Точно не мог. Дуба б дал.
А здание где? Какие подворотни в Кустанае? Он вообще наполовину из частного сектора. А реактор? Там же «дура» под полтыщи тон только легированной стали, АБКшка, периметр, канал, охрана, наконец
Люди, ау, люди! Вы что меня бросили?..
Из прострации вывел холод. Начало потряхивать. С темнотой в глазах и стал переводить себя в вертикальное состояние. Переводить. Громко сказано. Сначала на четвереньки, пару раз ткнувшись мордой лица в талый снег. Потом на карачках до стенки. А уж по стенке и «вверх». Минут за пять.
Стою. Качаюсь. На двух ногах. Как на двух? И сел попой в снег. Все усилия насмарку.
Ногу облапал. Моя вроде. Чешется и зудит да. А дырки нет. Намотанная майка поверх штанов есть, кровь есть, дырка в штанине есть, а раны нет!
Так не бывает! Бабочка на арматуре привиделась
что ли? А кровь тогда чья?..
Короче, опять холод от рефлексии вылечил. Зубами стучать начал сразу одумался. Доостудился. Не доостужаться бы только до полного окоченения.
С такими бредовыми мыслями и потащился по стеночкам к фонарю
Всегда знал, что физическая работа прочищает мозги. Пока семенил ножками, мысли чуть упорядочил.
Вспомнил про телефон и связь. Обозвал себя болваном. Звонить нужно было еще из корпуса, сразу после взрыва. Глядишь, уже б дома был, а не подворотни изучал. Дернулся, охлопал себя. В карманах пусто. Не поленился, развернулся. Доковылял до кучи снега и минут пять грёб там. Замерз, но нашел свой айфон. Точнее дочкин. Стекло разбито, шайтан-машинка на потуги никак не реагирует. Печально. Не перенесла тонкая китайская душа, суровых казахстанских реалий Накрылась видимо. Со злости хотел запустить в стену, но передумал. И махать больно, и за симкой потом ковылять опять. Засунул в карман.
Снова потопал к фонарю. Поумнел чуть. По дороге провел поспешную инвентаризацию. Часы швейцарские электронные «Tissot». Состояние как у айфона. Дохлые. Тоже мне хваленая марка. Или импульс у реактора словил и электроника кирдыкнулась? Или на холоде батареи сдохли?..
На пальце обручальное кольцо и на шее цепочка. Золотые. Вот и всё состояние. Ни бумажника, ни документов, ни мелочи какой-никакой завалящейся.
Дотопав до фонаря, сообразил, что и очки на носу пропали. Сначала расстроился. Без очков очкарикам туго. Не зря очкарик очкарику друг, товарищ и запасные очки. Но дошло, что вижу и неплохо вижу. Однако, видимо, лимит впечатлений на сегодня выбрал, поэтому не удивился. Принял как факт.
Попытался кричать и долбиться в двери тишина. Как будто все вымерли Может правда вымерли?
Потоптался у фонаря. В голове пусто. Мыслей куча, но все матерные. И ни одной по делу. Что дальше делать ну не знаю.
Потоптался в этой подворотне, потоптался. Огляделся. Снег есть. Следов нет. Только проталины. Как весной.
Замерзать стал уже основательно. Промозгло. Одно хорошо светать стало.
Где я и что делать ни одной мысли. Одно ясно тут искать нечего околею. Надо двигать. Назад топать тоже бессмысленно. Двор построен каким-то колодцем. Один вход. Он же выход.
Решил расширять изведанное пространство. Двинул далее. Какая-то стена кирпичная, высокая. Метров шесть. С другой стороны, такие же дворы-колодцы, полуразрушенные брошенные здания в три-четыре этажа с битыми окнами и вывороченными дверьми