Дыши глубже, детка, дыши глубже
Смеркается, бульвар притих, машин совсем мало.
В кафе убирают с улицы столики, люди поджидают друг друга на паперти церкви Сен-Жермен или стоят в очереди в кинотеатр «Борегар» на новый фильм Вуди Аллена
Я, понятное дело, не могу прийти первой. Ни за что. Я даже слегка опоздаю. Долгожданная более желанная. Пусть чуточку помучается, так будет лучше.
Пойду покамест чего-нибудь выпью для поднятия духа и сугрева крови в пальцах.
Нет, только не в «Де-Маго», здесь по вечерам всегда как-то пошло: сплошные жирные американки, жаждущие вкусить духа Симоны де Бовуар. Я отправляюсь на улицу Сен-Бенуа. «Чикито» то, что нужно.
Толкаю дверь, и сразу запах пива и табачного дыма, звяканье игрового автомата, за стойкой важно восседает хозяйка, крашеная, в нейлоновой блузке, сквозь которую виден бюстгальтер, напоминающий средневековые латы; фоном комментарий вечерних бегов в Венсенне; двое-трое рабочих в заляпанных комбинезонах оттягивают час одиночества, а может, встречи с благоверной, да старики-завсегдатаи с желтыми пальцами, которые достают всех подряд со своими разговорами о квартплате послевоенных времен. Вот оно счастье.
Мужчины у стойки время от времени оборачиваются и прыскают со смеху, как школьники. Мои ноги идут по проходу, и они очень длинные. Проход довольно узкий, а на мне очень короткая юбка. Я вижу, как их ссутуленные спины содрогаются от хохота.
Я курю сигарету, пуская дым далеко перед собой. Смотрю в никуда. Теперь я знаю, что Beautiful Day , на которого ставили один к десяти, на голову обошел соперников на последней прямой перед финишем.
Я вспоминаю, что в сумочке лежит роман «Кеннеди и я», и думаю, не лучше ли мне будет остаться здесь.
Заказать солонину с чечевицей и полграфинчика розового вина Как мне будет хорошо
Но я беру себя в руки. А как же вы ведь вы вместе со мной надеетесь, что будет любовь (или меньше? или больше? или не то чтобы?), так неужели я на самом интересном месте оставлю вас с хозяйкой «Чикито»? Это было бы бесчеловечно.
Я выхожу на улицу с порозовевшими щеками, и холод хлещет меня по ногам.
Он уже там, на углу улицы Сен-Пер, он ждет меня, видит меня, идет ко мне.
Я испугался. Думал, вы не придете. Увидел свое отражение в витрине, полюбовался на свои щеки смотрите, какие гладкие! и испугался.
Извините, мне очень жаль. Я ждала результатов вечернего заезда в Венсенне и не заметила, как прошло время.
А кто победил?
Вы играете?
Нет.
Победил Beautiful Day .
Ну конечно, я так и думал, улыбается он и берет меня под руку.
До улицы Сен-Жак мы идем молча. Время от времени он посматривает на меня украдкой, словно изучая мой профиль, но я-то знаю, что в эти минуты его больше интересует, что на мне надето колготки или чулки?
Терпение, дружок, терпение
Я поведу вас в одно местечко, которое очень люблю.
Могу себе представить слегка развязные, но услужливые официанты понимающе улыбаются ему:
«Здравссствуйте, мсье (это, стало быть, новенькая брюнетка в прошлый раз мне больше понравилась)» и рассылаются подобострастно: «Столик на двоих в уголке, как обычно, мсье? (да где он их только берет?) Пальто оставите? Прекрасссно». На улице он их берет, дурья твоя башка.
А вот и ничего подобного.
Он пропустил меня вперед, придержав дверь маленького винного
ничего, но она то и дело трогает свой живот.
Да нет, не свой живот она трогает, а его. Точно так же она гладит по голове своего старшего. Это то же самое.
Она сказала мужу. Продумывала, как преподнести ему новость. Разыгрывала в уме целый спектакль, искала особенный голос, бейте-барабаны-плачьте-скрип-ки А потом махнула рукой.
Она сказала ему ночью, в темноте, когда они переплелись ногами, но просто чтобы уснуть. «Я беременна», сказала она, и муж поцеловал ее в ухо. «Вот и хорошо», ответил он.
И сыну она тоже сказала: «Знаешь, у мамы в животе ребеночек. У тебя родится братик или сестричка, как у мамы Пьера. И ты сможешь катать колясочку, как Пьер».
Сынишка приподнял ее свитер и спросил: «А где же он? Где ребеночек?»
Она разыскала на полках книжку Лоранс Перну «Я жду ребенка». Весьма потрепанный томик, который уже успел послужить и ей, и ее невестке, и еще одной подруге.
Первым делом она откроет его на середине, где фотографии.
Глава называется «Жизнь до рождения» от «яйцеклетки в окружении сперматозоидов» и до «шесть месяцев: он сосет палец».
Она долго рассматривает малюсенькие ручки с просвечивающими жилками и бровки на некоторых снимках уже видны бровки.
Потом она сразу переходит к главе «Когда мне рожать?» Там есть таблица, по которой можно вычислить срок с точностью до дня («черные цифры: дата начала последней менструации, красные цифры: вероятная дата родов»).
Так, значит, малыш родится 29 ноября. И что у нас 29 ноября? Она поднимает глаза и упирается взглядом в календарь на стене рядом с микроволновкой 29 ноября Святой Сатюрнен.
Сатюрнен этого только не хватало! думает она и улыбается.
Кладет куда-то книгу и забывает о ней. Вряд ли откроет ее еще раз. Потому что все остальное: как питаться, пигментные пятна, растяжки, половая жизнь, будет ли ваш ребенок нормальным, подготовка к родам, правда о боли и прочее все это ее не волнует, просто неинтересно. Природа лучше знает.