Рассказ пятый
УРОК ОРАНЖАНСКОГО ЯЗЫКА
Целую неделю я провалялся в постели. Простыл. Меня не ругали, не упрекали: не расстраивали. Меня лечили компрессами, поили микстурами и настоями трав. Меня не выпускали из-под одеяла. Папа и мама редко отходили от кровати и беспрестанно вздыхали. Вздыхали тяжело и часто. Мне даже жалко их стало.
Один или два раза папа спросил, как мы оказались в погребе.
- Врать можно? - спросил я.
- Нельзя, - покачал головой папа.
- А тайну хранить?
- Тайну хранить можно. - Он поправил одеяло и добавил: - Тайну надо хранить!
- Тогда не могу сказать.
- Остается предположить, что кто-то прилетел с другой планеты, сунул вас в погреб, захлопнул крышку и - на замок.
Папа прошелся по комнате, приоткрыл окно, сел на плетеный стул и хитровато сощурил глаза:
- Одно непонятно, откуда инопланетянам известна наша система запоров? У них, поди, и замков-то нет, а тут такой сложнейший прибор. Непонятно. Это ведь для нас просто защелкнуть замок, - продолжал папа, - а для марсиан.
- Никаких марсиан нет, - сказал я, приподнявшись на локте.
- Как нет? - удивился папа и от удивления даже встал. - В детстве мы верили в них.
- Научно доказано, что нет.
Мои слова озадачили папу. Для него известие о марсианах, вернее, о том, что их нет, было потрясающим.
- Вот ведь как! - покачал головой папа. - А я думал, что инопланетяне существуют не только в воображении фантастов.
- Конечно, существуют! - воскликнул я.
- Ничего не понимаю, - в растерянности остановился папа. - То они есть, то их нет. Сплошные противоречия.
- Никаких противоречий, - начал объяснять я, вылезая из-под одеяла. - Когда взрослые, как ты с мамой, были маленькими, как мы с Алешкой, то были марсиане. А потом в космос полетели спутники, собаки, люди, корабли, луноходы. Даже до Марса долетели. И никаких марсиан не стало, потому что их не было. Это только взрослые, когда они были маленькими, верили в марсиан. Они выдумали их. Понятно?
Папа приложил руку к моей голове.
- Жара нет, а понять нелегко. Значит, марсиан выдумали мы? Так?
- Так, - подтвердил я.
- Но на самом деле их нет?
- Нет, - подтвердил я.
- Значит, люди живут только на Земле?
- Вовсе нет! Люди живут и на других планетах - на голубых, красных, оранжевых.
- Ага! - стал догадываться папа. - Значит, так: марсиане были только в моем детстве.
- Верно, - похвалил я папу за сообразительность.
- В вашем детстве научно доказано, что марсиан
нет?
- Тоже правильно!
- Интересно, как же называются ваши инопланетяне? Голубяне, красняне, синяне, оранжане? Так, что ли?
- Совершенно верно! - подпрыгнул я на кровати и чуть было не свалился на пол.
- Понятно, - сказал папа, загоняя меня под одеяло - Без марсиан… Э-э-э-э… без краснян и оранжан было бы очень скучно. И даже тоскливо.
Папа вынул из-под подушки книгу.
- Ну, на сегодня хватит разговоров. Ты устал. Утомился. Поспи немножко.
Он дошел до двери, остановился, посмотрел на меня и, пряча улыбку, спросил:
- И все-таки, как же вы в погреб попали?
- Папа! - с упреком сказал я. - Это же тайна!
- Ну, раз тайна, то молчу. Я ведь просто так спросил. Все-таки интересно: погреб на запоре, а внизу люди. Хорошо еще, Мария Ивановна шум услышала. А если бы не услышала?
Я молчал. Не мог же я сказать о том, что мы проводили испытания. Трудные испытания. Холодные. Не каждый такие выдержит.
- Ну, ладно, - сказал папа. - Тайна так тайна. Только ведь нет таких тайн, которые бы не перестали быть тайнами. Спи.
И папа вышел из комнаты.
Я закрыл глаза. Спать не хотелось. В голове крутились всяческие мысли.
У кровати на коврике мирно мурлыкал кот Васька. Вдруг он замолчал, приподнял голову и зашевелил ушами.
Звякнуло стекло. Я повернул голову к окну.
Стекло еще раз звякнуло. На кровать упал камешек. На спине у Васьки дыбом поднялась шерсть. Он даже недовольно заурчал, выгибая спину.
Я выглянул в окно. Внизу стоял Алешка. Он держал на поводке Дика, пес прижимался к его ногам.
- Алешка, живой! - радостно крикнул я.
Кот Васька бросился к дверям.
- Тише ты! - предупреждающе прошипел Алешка, взяв Дика за ошейник. - Услышат!
- Не бойся. В доме никого нет. Мама с папой травы собирают, а я с Васькой. Залезай.
- А Дик? - не выпуская поводка, спросил Алешка.
- Привяжи. Не убежит.
- Убежать-то не убежит, только не хочу, чтобы его видели.
- А ты под веранду его, - подсказал я.
Алешка отстегнул поводок, сказал Дику что-то на ухо и погладил. Дик скрылся под домом. Алешка ловко взобрался на подоконник. Он долго прислушивался, вздрагивая при каждом шорохе и подозрительно озираясь, но потом успокоился.
Только кот Васька продолжал урчать, беспрестанно шевеля длинными усами.
- Опять записка, - таинственно прошептал Алешка, вынимая из кармана клочок красной бумаги. - В том же тайнике нашел. Читай.
Я осторожно развернул записку и прочел:
Совершенно секретно.
После прочтения уничтожить.
Беркуту и Чайке.
Я с недоумением посмотрел на Алешку:
- Какой "Беркут"? Какая "Чайка"? - спросил я.
- Эх ты, не знаешь! - покачал головой Алешка. - У всех космонавтов позывные есть. Короткие, как у птиц. Чтобы по радио легче разговаривать было.
Алешка поднес кулак ко рту и заговорил, словно в микрофон:
- Я - "Беркут", я - "Беркут", вызываю "Чайку". Перехожу на прием. - Алешка убрал "микрофон" и спросил: - Чего молчишь? Отвечай, "Чайка".
- Это кто - "Чайка". Я - "Чайка"?
- Ну, конечно, ты. Я - "Беркут", а ты, выходит, "Чайка", - разъяснил Алешка, но такое объяснение меня не устраивало.
- Это почему же "Беркут" ты, а не я? Может, я - "Беркут"?
- Какая разница, кто "Беркут", а кто "Чайка"?
- Раз никакой, то будь "Чайкой", а я - "Беркутом"!
Алешка стал раздувать ноздри. Он походил на кота
Ваську. Даже волосы у него приподнялись. Глаза округлились, а на лбу заблестели капельки пота.
- Понимаешь, - начал он, - в Звездный писал я. Мне и ответили. Значит, первое имя мое, а второе - твое. Ясно?
- Яснее ясного, - вздохнул я.
Пришлось уступить и на этот раз. В самом деле, первым-то про космос придумал Алешка. Пусть он будет "Беркутом", раз ему нравится это слово. "Чайка"- Ведь тоже неплохое имя. И летает она не хуже беркутов. Я крикнул Ваське: - Брысь!
Кот просунул морду в щель и исчез.
- Читай дальше, - наклонился надо мной Алешка. - "Беркуту" и "Чайке", - повторил я вслух. -
"Старт неудачен. Духом не падайте. Ликвидируйте иностранные хвосты. Не бросайте друг друга в беде. ЦПК".
- ЦПК - центр подготовки космонавтов, - подсказал Алешка.
- Про это я и сам догадался. Скажи лучше про иностранные хвосты.
- Яснее ясного неясно.
- Сказал тоже: "яснее ясного неясно"! - приподнялся я с постели. Ты по-русски-то не умеешь говорить. "Яснее ясного неясно"… Ясно, Алешка! Яснее ясного ясно! Иностранные хвосты - это твои двойки по немецкому.
- По английскому, - поправил Алешка. - Только зачем он мне?
- Как зачем? А с оранжанами как ты будешь разговаривать? Руками?
- Руками не руками, но ведь и английского они не знают.
- Подожди ты, - попытался я остановить Алешку. - Английский они не знают, но их язык очень похож на иностранный.
Я сбросил одеяло и сел, свесив ноги с кровати.
- Давай поговорим по-оранжански, - предложил я. А как? - удивился Алешка.
- Проще простого. Наши слова нужно не по-нашенски говорить! По-оранжански. Ясно?
- Яснее ясного!
- Представь: мы прилетели на Оранжад. Сели, открыли люки, вышли на чужую планету. Видим, оранжане идут. С цветами. Обязательно с цветами. Душистыми, как после грозы. Подошли. Стали. Что мы скажем?
- Агром-ворей! - выпалил Алешка и растянул рот до ушей.
Я с восхищением посмотрел на него.
- Правильно! "Агром-ворей", - значит, "здравствуйте". А они ответят…
- Здаром-бугрей! - не задумываясь подхватил Алешка. - Будьте здоровы, значит.
- Верно, - восхитился я. - У тебя поразительные способности к языкам. Не знаю, почему только по английскому двойка? Наверно, учительница ошиблась… Давай дальше!
- Трактиорен карбютор, - продолжал увлеченно Алешка, да так быстро, что я еле-еле успевал переводить. - . Симпло фуген трактиорен. Оранжадо громго гроген…
- Мы прилетели к вам, - переводил я вслед за Алешкой, - мы прилетели к вам… что значит "трактиорен"? Трактор, что ли?
- Не трактор, а корабль.
- То-то. А то нескладуха получается. Получается "прилетели на тракторе".
- На корабле, тебе говорят. Переводи дальше.
- Мы прилетели на космическом корабле для того, чтобы узнать, как вы живете. Это неважно, что мы не похожи на вас, а вы на нас. Главное, мы понимаем друг друга.
Я ткнул Алешку локтем в бок:
- Шпарь дальше!
- Рикогра рекрен грибен, - шпарил Алешка.
- Мы долго летели на Оранжад - тридцать третью планету семьдесят седьмой солнечной системы пятьсот сорок восьмой галактики… Очень долго… Подожди, Алешка…
- "Беркут", - поправил Алешка.
- Все равно подожди. Я не успеваю.
Но Алешка продолжал тараторить по-оранжански:
- Агромен гроген громборей!