Я ещё тогда знал, что Алькоген парниша с гнильцой! с досадой произнес Арким, который, видимо, вспомнил о том же эпизоде.
Но он спас мне жизнь. напомнил Ксандин.
И мы ему за это безумно благодарны! саркастически проговорил Арким своим неживым голосом, которым он умудрялся так человечно говорить. Но не забывай, что мы потом до следующего дела лапу сосали и не могли позволить себе нормального масла! Я же чуть не окислился от образцового кала, который ты купил за десять медяков у того мутного барыги! Алькоген мог без ущерба для себя выделить нам если не половину, то хотя бы четверть награды!
Что было то было. тряхнул головой Ксандин.
Арким всегда отличался повышенной заботой о своём внешнем облике, поэтому требовал покупки недешевого оружейного масла. Это была немалая статья расходов ранее стесненной в бюджете компании приключенцев, но Ксандин не жаловался, отчетливо понимая, что от меча зависит жизнь воина. К слову, Арким никогда не забывал лишний раз напомнить об этом.
Готов? Арким зачем-то произвел серию глубоких вдохов и выдохов. Тебе тоже советую продышаться. Сейчас будет мясо!
Почему ты это делаешь? Тебе же точно не надо дышать! в очередной раз спросил Ксандин.
Ты знаешь зачем. Показываю как правильно! ответил Арким. Значит, за дверью гвардейцы Алькогена, четыре штуки, двое у двери, двое у трона, нехилая броня, оружие, полный фарш, короче. Алькоген пафосно сидит на троне, поэтому сразу же бросай в него дротик, и чтоб без героических речей! Главной проблемой будет Квасьоген, так что после гвардейцев фокусируемся на нём. Усвоил боевую задачу?
Усвоил. кивнул Ксандин, вытащивший из крепления на щите зачарованный на пробой магических барьеров дротик. Поехали!
Квасьоген родной братец Алькогена, которого тот магически модифицировал, превратив в двухметровую гору из мышц и злобы, способную разрубить человека от макушки до паха одним ударом боевой секиры из черного железа. Носил Квасьоген тяжелую кольчугу из черного железа, глухой черножелезный шлем и осадный щит из смололиста, одной из самых прочных и тяжелых пород дерева.
Ксандин удивительно легко выбил двустворчатую дверь ударом ноги, издал яростный боевой клич, швырнул дротик во встающего с трона мага, молниеносно выхватив из ножен Аркима и рубанул им на сто восемьдесят градусов, надежно упокоив тем самым двоих гвардейцев по обе стороны двери. Доли секунды хватило на оценку места предстоящего боя с гигантом. Овальный тронный зал, исполненный из черного камня, инкрустированного вкраплениями красного стекла, высокий и широкий трон из смололиста, витражные окна из красного и черного наборного стекла, мраморный пол с круглой площадкой по центру, изображающей битву Алькогена против Бессмертного Дракона, где он не победил, а просто ушел при своих, что в случае с Бессмертным Драконом уже само по себе достойно начертания на гобеленах и мраморном полу. Справа от входа располагался выход на балкон, который сейчас был открыт.
Оставшиеся двое гвардейцев только выставляли щиты для защиты Алькогена, как тому в грудь вонзился дротик, с трудом преодолевший магический барьер. Дротик пригвоздил мага к трону.
Из ниши справа от трона вышел Квасьоген, постукивающий двуручной боевой секирой по поножу.
Браво! Браво! захлопал кто-то с галёрки над троном.
На галёрке стоял Алькоген собственной персоной. Внешний облик он имел типичный для тёмного мага: черная мантия с золотой окантовкой, болезненно бледно-желтоватая кожа, изрядно покрасневшие водянисто-зеленые глаза, болезненно тощее скуластое лицо, вечно надменное выражение на нём, тонкие пальцы, субтильное телосложение, высокий рост завершенный образ человека, который редко бывает на солнце и питается не очень хорошо. Это совершенно не сочетается с высококлассной кухней и подаваемыми там блюдами. Вполне возможно, что Алькоген страдал от кишечных паразитов, что, в свою очередь, совершенно не сочетается с его статусом мага. Наиболее вероятно, что силы и здоровье из него тянут различные тёмномагические ритуалы.
Думал, что меня можно вот так просто убить? рассмеявшись, спросил он. Тогда ты гораздо глупее, чем я ожидал. Нет, только не меня, Алькогена Великого
Пусть выговорится мыслеречью попросил Арким. Злодейские речи моя любимая часть приключений
Алькоген озадаченно уставился на сосредоточенно смотрящего в пол Ксандина. У тебя инсульт?
А? отвлёкся от мыслебеседы с Аркимом Ксандин. Нет, продолжай говорить то что ты там говорил.
В этом твоя проблема, Ксандин. снисходительно отметил Алькоген. Ты не слушаешь, когда нужно слушать, и слушаешь, когда не надо. Вот что тебе стоило три года назад отойти в сторону и не мешать мне?
Честь и совесть. с готовностью ответил Ксандин. Две вещи, которых у тебя нет и не было.
Ох уж эта героическая спесь устало отмахнулся Алькоген. Твоя честь и совесть молча приняли бы моё правление, воплотись заговор в жизнь. Но вечно ты!..
Алькоген с яростью ткнул пальцем в Ксандина.
Ты всё портишь! прошипел он озлобленно. Из-за какой-то принцессы вступился за жалкого лордишку! Как она тебя отблагодарила за это? Назвала сына в твою честь? Ха-ха!