Какой суд, колдунья? Ты в числе первых в списке опасных преступников Кализонии. Тебя бы убить на месте, а не дожидаться огненного представления.
Скучать не будешь?
Даже не вспомню.
На грубость она не ответила просто хмыкнула, послушно идя рядышком.
Послушно До тех пор, пока мы не спустились в подземелье и собратья не увели преступников в их камеры. Малу следовало поселить отдельно, ближе к выходу на площадь, где завтра случится сожжение. Но стоило нам остаться наедине и пройти дальше в темноту, как эта мерзавка накинула на мою шею цепь, притянула к себе и с впечатляющей легкостью вжала меня в стену.
Прости, красавчик, извиняющимся тоном протянула она, но мне нужно спуститься ниже, чтобы кое-кого освободить. И ты поможешь мне с этим.
Я уже открыл рот, чтобы выразить злость и негодование, уже схватил ее за хрупкие плечи, чтобы оттолкнуть Но она вдруг встала на носочки и резко слишком неожиданно прижалась губами к моим губам.
Это выбило из колеи. И немного, совсем немного очаровало.
Она колдует.
Иначе я не могу объяснить, почему без всяких сомнений ответил на поцелуй жадно и яростно, как изголодавшийся по ласке своей женщины скиталец.
Глава 2. Мала
Конечно же нет!
Святая инквизиция враг номер один для фейри. А Дониер Торион извечный враг лично для меня. Присосался как кровосос и пытается толкнуть меня в объятия огня уже около года.
Какое-то время его безбожные стремления казались мне смешными, да и сам он был до безобразия смешон. Но когда он меня едва не поймал Когда едва не привел на суд, откуда прямая дорога на костер, я поняла, что этот инквизитор сильно отличается от прочих.
Крепкий орешек, об него можно зубы сломать. Потому его и послали охотиться за мной, ведь остальные быстро отчаивались.
Несмотря на крупное телосложение и внушительный рост, этот мужчина был потрясающе быстрым и ловким. Сильный, большой, как медведь, и смертельно красивый. Другие девы вряд ли обозвали бы его красавчиком, но именно таким он и был. Просто красота в нем проявлялась немножечко иначе, чем у остальных мужчин
Она таилась в его суровости, в его четких движениях, размашистом шаге. В широких плечах и мощных ногах. Во внимательном взгляде зорких зеленых глаз.
А как он сражался Настоящий бог-громовержец в теле человека. Мне, к сожалению, не представилось возможности самой оценить его в бою: я чаще убегала от него, чем наносила и принимала удары. Но я наблюдала за ним со стороны, за тем, как он обучал новобранцев. Как побеждал на арене своих товарищей. Как убивал мятежников-фейри
О таком экземпляре только грезить. И я бы грезила. Определенно. Но он, падлюга этакая, инквизитор. Охотник на таких, как я. Враг, и никак иначе его не назовешь.
Так что использовать его в своих целях мне не совестно. Ну, почти.
Поцелуй беспроигрышный прием, не зря я припасла силенок для этого случая. Обычно на инквизиторов сложно повлиять. Убить тем более. У них с рождения выработан особый иммунитет к колдовству и ядам. Мальчиков и девочек, тех, кому свезло уродиться «особенными», с ранних лет отправляют в школы при соборах, прививают им такие качества, как жестокость и высокомерие, дают ложное представление о магическом народе, учат выслеживать нас и обезвреживать. Делают абсолютно все, чтобы вырастить бессердечных воинов и подпортить всем нечестивым и проклятым жизнь.
Но каким бы сильным ни был инквизитор, его возможно победить. Обмануть и сломить. Даже такого громилу, как Дониер Торион.
В нос ударил сладкий запах ворожбы, между мной и охотником протянулась тонкая нить невидимая человеческому
глазу, но осязаемая для фейри. Она притягивала нас друг к другу, как двух безумно влюбленных глупцов. Но в отличие от мужчины я могла контролировать это притяжение, контролировать саму себя и свои эмоции. А вот он
Он отреагировал на мое колдовство не так, как должен был. Отчаяннее, ожесточеннее. Пылко и свирепо.
Теплые губы терзали мои, большие мозолистые ладони сжимали плечи, и я чувствовала сквозь ткань блузы жар его кожи. Сладость моей магии смешалась с крепким древесным запахом мужчины. Он пах вкусно. Как сосновая шишечка и можжевельник. Как дождь и душистая свежесть по утрам.
Мне это нравится. Даже как-то слишком.
В груди трепещет, и так приятно делается от ощущения чисто мужской силы, его близости опасной, но уже в несколько ином ключе, не так, как бывало раньше, когда мы сталкивались лицом к лицу.
Ох Кажется, я слегка перестаралась. Или не слегка.
Обожди, гигант. Я кой-как отодвинулась, мазнув губами по его щеке. Ты меня сейчас сожрешь и не подавишься.
Отстраниться получилось на какие-то жалкие дюймы, но этого хватило, чтобы встретить его затуманенный взгляд и улицезреть в потемневших глазах безумие, которое я осознанно в нем поселила. Хотя, в общем-то, я рассчитывала на легкую увлеченность, а не на последнюю стадию зависимости
Эм-м не торопись, Дон, не торопись, произнесла шепотом, пытаясь за насильно вызванной влюбленностью разглядеть настоящего охотника. Но, похоже, от него прежнего ничего не осталось. Давай для начала ты снимешь с меня кандалы и проводишь в нижние катакомбы. Как ты на это смотришь?