Учитель сделал большие глаза и только; а почему он не обиделся это останется для меня навсегда тайною учительского сердца.
С намерением, продолжал папаша. Вы гостя ожидали-с. Ха-хе-ха-хе!.. Что ж? Извольте-с!.. Я согласен Ему же дань дань Понимаю службу, как видите Как ни прогрессируйте там, а все-таки, знаете ммда старые обычаи лучше всего, полезнее Чем богат, тем и рад.
Папаша с сопеньем вытащил из кармана бумажник, и двадцатипятирублевка потянулась к кулаку учителя.
Извольте-с!
Учитель покраснел, съежился и только. Почему он не указал папаше на дверь для меня останется навсегда тайной учительского сердца
Вы, продолжал папаша, не конфузьтесь Ведь я понимаю Кто говорит, что не берет, тот берет Кто теперь не берет? Нельзя, батенька, не брать Не привыкли еще, значит? Пожалуйте-с!
Нет, ради бога
Мало? Ну, больше дать не могу Не возьмете?
Помилуйте!..
Как прикажете Ну, а уж двоечку исправьте!.. Не так я прошу, как мать Плачет, знаете ли Сердцебиение там и прочее
Вполне сочувствую вашей супруге, но не могу.
Если сын не перейдет в IV класс, то что же будет?.. Ммда Нет, уж вы переведите его!
Рад бы, но не могу Прикажете папиросу?
Гранд мерси Перевести бы не мешало А в каком чине состоите?
Титулярный Впрочем, по должности VIII-го класса. Кгм!..
Так-ссс Ну, да мы с вами поладим Единым почерком пера, а? идет? Хе-хе!..
Не могу-с, хоть убейте, не могу!
Папаша немного помолчал, подумал и опять наступил на г. учителя. Наступление продолжалось еще очень долго. Учителю пришлось раз двадцать повторить свое неизменное «не могу-с». Наконец папаша надоел учителю и стал больше невыносим. Он начал лезть целоваться, просил проэкзаменовать его по арифметике, рассказал несколько сальных анекдотов и зафамильярничал. Учителя затошнило.
Ваня, тебе пора ехать! крикнула из другой комнаты учительша. Папаша понял, в чем дело, и своею широкою фигуркой загородил г. учителю дверь. Учитель выбился из сил и начал ныть. Наконец ему показалось, что он придумал гениальнейшую вещь.
Вот что, сказал он папаше. Я тогда только исправлю вашему сыну годовую отметку, когда и другие мои товарищи поставят ему по тройке по своим предметам.
Честное слово?
Да, я исправлю, если они исправят.
Дело! Руку вашу! Вы не человек, а шик! Я им скажу, что вы уже исправили. Идет девка за парубка! Бутылка шампанского за мной. Ну, а когда их можно застать у себя?
Хоть сейчас.
Ну, а мы, разумеется, будем знакомы? Заедете когда-нибудь на часок попросту?
С удовольствием. Будьте здоровы!
О ревуар! Хе-хе-хе-хмы!.. Ох, молодой человек, молодой человек!.. Прощайте!.. Вашим господам товарищам, разумеется, от вас поклон? Передам. Вашей супруге от меня почтительное резюме Заходите же!
Папаша шаркнул ножкой, надел шляпу и улетучился.
«Славный малый, подумал г. учитель, глядя вслед уходившему папаше. Славный малый! Что у него на душе, то и на языке. Прост и добр, как видно Люблю таких людей».
В тот же день вечером у папаши на коленях опять сидела мамаша (а уж после нее сидела горничная). Папаша уверял ее, что «сын наш» перейдет и что ученых людей не так уломаешь деньгами, как приятным обхождением и вежливеньким наступлением на горло.
Мой юбилей
и девы!
Три года тому назад я почувствовал присутствие того священного пламени, за которое был прикован к скале Прометей И вот три года я щедрою рукою рассылаю во все концы моего обширного отечества свои произведения, прошедшие сквозь чистилище упомянутого пламени. Писал я прозой, писал стихами, писал на всякие меры, манеры и размеры, задаром и за деньги, писал во все журналы, но увы!!! мои завистники находили нужным не печатать моих произведений, а если и печатать, то непременно в «почтовых ящиках». Полсотни почтовых марок посеял я на «Ниве», сотню утопил в «Неве», с десяток пропалил на «Огоньке», пять сотен просадил на «Стрекозе». Короче: всех ответов из всех редакций получил я от начала моей литературной деятельности до сего дня ровно две тысячи! Вчера я получил последний из них, подобный по содержанию всем остальным. Ни в одном ответе не было даже и намека на «да». Юноши и девы! Материальная сторона каждой моей посылки в редакцию обходилась мне, по меньшей мере, в гривенник; следовательно, на литературное препровождение времени просадил я 200 руб. А ведь за 200 руб. можно купить лошадь! Доходов в год я имею 800 франков, только Поймите!!! И я должен был голодать за то, что воспевал природу, любовь, женские глазки, за то, что пускал ядовитые стрелы в корыстолюбие надменного Альбиона; за то, что делился своим пламенем с гг., писавшими мне ответы Две тысячи ответов двести с лишним рублей, и ни одного «да»! Тьфу! и вместе с тем поучительная материя. Юноши и девы! Праздную сегодня свой юбилей получения двухтысячного ответа, поднимаю бокал за окончание моей литературной деятельности и почиваю на лаврах. Или укажите мне на другого, получившего в три года столько же «нет», или становите меня на незыблемый пьедестал!
Прозаический поэт