Неужели она так крепко спала, что не заметила, как ее перекладывают на другую кровать? Или на нее наслали магический сон?
Все может быть
Прямо вставать с такой кровати не хотелось. Даже проснулась позже обычного. Майла все же вскочила, обуреваемая любопытством: изменилось ли что-нибудь еще?
Пока вроде нет. Дом остался таким же стареньким и запущенным. А вот на столе снова стояла молочная каша, на сей раз овсяная. И молоко с хлебом.
Майла, конечно, расстроилась. Придется опять давиться молоком. Она снова не притронулась к стакану, а кашу, заедая хлебом, через силу съела.
Ну что ж, домик, давай тебя в порядок приводить, весело сказала она, собираясь мыть посуду. Только вот цветочки наши еще полью.
Майла снова вышла на улицу босиком, пока земля еще не стала по-осеннему холодной. Солнышко уже довольно хорошо грело, а дождя пока не намечалось.
Ведьма принесла воды из колодца и чуть ведро не уронила: черный цветок поднял головку. Его лепестки больше не были пожухлыми, а были глянцевито-черными с синеватым отблеском.
Как вороново крыло
Майла нахмурилась, собираясь с мыслями. Не связаны ли цветок такой странной расцветки и ворон? Здесь явно не обходится без магической связи. Но почему цветок наливается силой? Майлина вся на месте, не чувствовала она, что кто-то пытается забрать ее несуразную силу, ни капельки. Может быть, колодезная вода? Но поначалу девушка поливала цветок дождевой
Ах, если бы она была образованная! Наверняка бы знала, как разрешить эту загадку.
Ладно, сказала она себе. Надо бы и садик тут прибрать, почистить здесь клумбу,
да и дорожку в полыни проторить не помешает. А полынь засушить может, выпадет возможность зельеварению поучиться.
Раздалось хрипловатое «Карр», и Майла повернулась на звук. Выбралась из зарослей.
На суку у ближайшего дерева сидел давешний ворон.
Доброе утро, поклонилась ему Майла. Спасибо за кров, за пищу. И за кровать мягкую.
Ворон встряхнулся и полетел влево, сел куда-то за куст.
Майла подошла туда и обнаружила за кустом небольшую сараюшку-развалюшку с инструментами и прочими вещами.
Ой, спасибо, сказала она. Пригодится.
Вот и мотыжка ручная, и коса, правда, давно не точенная. Майле доводилось помогать косить, и она отыскала подходящий деревянный брусок, смочила его и вываляла в песке. Ничего, хоть так.
Прокосила дорожку в полыни, саму полынь разобрала и разделила на тоненькие пучки сушиться повесит попозже. Мотыжкой аккуратно взрыхлила землю. Вокруг цветов вырвала непригодную для зелий и заговоров сорную траву. Такая могла бы разве что на порчу сгодиться, но Майла сроду худого не замышляла.
Пообедала, кстати, грибной похлебкой, появившейся на столе. А к ней и миска ароматной горяченькой картошки с зеленью да маслицем.
Майла все еще раздумывала, как подманить ворона. Расспросить его, понятное дело, не расспросишь, но, может, хоть укажет, где его хозяин-колдун. И почему он сам в дом не заходит. Сплошные загадки!
После обеда взялась за дом, окна вымыла как могла не заблестели, конечно, но заметно посветлели. Села передохнуть и снова прислушалась к магии вокруг.
Та нарастала, ходила волнами, местами бурлила, завивалась мелкими вихрями.
Словно действительно был рядом Источник, да заснул на много лет, а теперь воспрял и силу набирает. Но Майла не чувствовала ничего, похожего на потерю собственной магии. Никакой дурноты: ни головокружения, ни слабости. Попробовать снова из дома уйти? Уже не хотелось.
Цветы было жалко. Как будто друзей умирать бросишь, если покинешь это место.
Авось такая несуразная ведьма, как она, не превратится в морочицу, не позарится на ее силу Источник. Оживит цветы вот тогда и уходить можно.
Или пожить здесь, раз не гонят? Если хозяин вернется и окажется злодеем, как из сказок, так Майла лучше умрет, чем его подручной станет. А вдруг здесь что-то другое? Вдруг ее помощь кому-то понадобилась?
Вдруг она последний шанс этого места?..
Глава 3
Гость нежданный
Вечером Майла, разыскав в сарае несколько досок, подновила, как могла, крыльцо. Осталась довольна своей работой: ну хоть обычные хлопоты по хозяйству у нее спорятся, в отличие от неподатливой магии. И цветы на всякий случай еще раз полила, а потом долго рядом сидела, чуть касаясь лепестков и говоря им ласковые слова, пока не продрогла от вечерней прохлады.
А утром Майлу снова ожидали перемены.
В доме на этот раз изменился стол, из грубого дощатого превратившись в резной, из дорогого полированного дерева, на изящных ножках, а вместо лавки три стула из темного дерева, обитые нарядной светлой кожей.
И на этом красавце-столе стояла опять миска с кашей!
И молоко.
Опять молоко? невежливо, но искренне взвыла Майла. Можно, пожалуйста, что-нибудь другое?
Воскликнула и испугалась: а вдруг разозлит хозяина?
Простите за грубость промямлила она. Очень уж не люблю молоко, а есть очень хочется
«Извини».
Голос прозвучал в голове так неожиданно, что ведьма упала вместе со стулом.
«Не ушиблась?»
«Мне пригрезилось?» подумала ведьма, вставая и поднимая стул. Она почти не ушиблась. Завертела головой, ища того, кто разговаривает с ней. Неужели ворон? Говорят, фамильяры способны общаться с хозяевами мысленно, но так это с хозяевами! Она-то совершенно точно ведьма одинокая