Эту грустную шутку Аркадий слышал уже раз сто.
Куда еще ухудшать? пробубнил он. Ниже абсолютного нуля опуститься нельзя, физика не позволяет...
Ну-ну, отозвался Тимофей. Все так плохо?
Аркадию очень не хотелось сознаваться в отсутствии идей. Но как раз тут Тимофей мог помочь. Соавторство соавторству рознь: бывает, что оба соавтора вместе тянут одну лямку, а случается и так, что на долю одного выпадает общее руководство, итоговое редактирование писанины и общение с заказчиком, а вся черновая работа достается другому. Для Аркадия этот проект был вторым, для Тимофея минимум десятым. Понятно, кому быть чернорабочим, а кому прорабом и консультантом.
Вот пусть прораб и проконсультирует...
Гляди, сказал Аркадий, я тут прикинул, какие вообще бывают страхи. Идиотские фобии оставим идиотам. А чего боится нормальный человек? Высоты. Огня. Воды. Темноты но все это годится только как дополнительный прием. Чего еще? Быть убитым, причем смерть должна быть неотвратимой, объявленной заранее, экзотической и прийти неизвестно откуда. Какой-нибудь маньяк с топором. Уже лучше, да? Но я тут подумал и понял: главный человеческий страх быть съеденным. Нет?
Тимофей благосклонно кивнул.
Страх угодить на зуб хищнику генетический, продолжал Аркадий. Он нам достался от обезьяньих предков, а обезьянам еще от кого-то. Он крепко в нас сидит, его не выковырнешь никакой цивилизацией, никаким воспитанием. Чем примитивнее хищник, тем лучше. Гигантский червь какой-нибудь, что ли. Тут на обычный страх жертвы накладывается цивилизационный протест: меня, мол, такого высокоразвитого царя природы, существо разумное и звучащее гордо, жрет какой-то безмозглый гад! Чем плохо?
А чем плохо? полюбопытствовал Тимофей.
А тем, что мы изобретаем велосипед! закричал Аркадий. Открываем Америку! Уже было это тысячу раз! Мы не при братьях Люмьерах живем! Все современные хищники были! Хоть наземные, хоть водоплавающие. И в обычном кино, и в игровом! Доисторические твари сколько угодно! Саблезубые тигры, динозавры всякие, даже трилобиты. Гибриды, мутанты и небывалые монстры тоже. Инопланетные гады аналогично...
Ну и что? безмятежно спросил Тимофей.
А то, что съеден этот пирог! До крошки съеден! Куда я зубы воткну? Откуда возьму новую тварь, да такую, чтобы мурашки по коже? Ты умный, ты и скажи.
Всякому приятно, когда его называют умным. Тимофей не был исключением и не стал возражать.
Что-то в прошлый раз у тебя не было таких затруднений, только и сказал он.
Сравнил! Аркадий замахал руками. Тогда у нас что было? Боевик. В боевиках все просто: сначала плохие парни мочат хороших парней или их близких, а потом хорошие парни мочат плохих парней. Рецепт один и на века.
И в ужастиках все просто...
Ага. Ну давай подскажи, да так, чтобы получилось не дерьмо, а вещь!
Тимофей вздохнул.
Во-первых, будь хорошим мальчиком и не произноси слово «дерьмо» даже при мне. А то ляпнешь еще что-нибудь на переговорах, и станет ясно: шантрапа, а не солидный человек. Кстати, причешись и побрейся, это способствует. Во-вторых, кто тебе сказал, что от нас требуется родить шедевр? Продюсер такого не говорил, режиссер тоже. Шедевр никому не нужен, нужен коммерческий продукт. Из этого и будем исходить. Проблемы с сеттингом? Не беда, сейчас устроим мозговой штурм местного масштаба и решим вопрос...
Аркадий и не помнил, когда перед Тимофеем возникали вопросы, которые он не смог бы решить. От съемок того боевика студия отказалась, но ведь выплатила же за сценарий все до копеечки...
Итак, монстр-людоед, продолжал Тимофей, задумчиво глядя в потолок. Годится. Теперь локация. Это первый вопрос. По техзаданию действие должно происходить у нас, а не в джунглях Новой Гвинеи и не в Андах. Нужна группа разнородных людей в совершенно безлюдной местности. Чтобы всякие статисты под ногами не путались
и не отвлекали хищника от основной задачи. Так?
Сейчас у нас любая местность безлюдная, встрял Аркадий. Тимофей только рукой махнул.
Да не о том я... Нужно что-то далекое от цивилизации и пугающее само по себе. А?
Тундра, отозвался Аркадий, вспомнив о фальшивом ландшафте за фальшивым окном.
Тимофей пожевал губами.
Тундра, тундра... произнес он. Ну ладно, пускай тундра. Значит, крокодилы и анаконды побоку, гибриды хариуса с пираньей тоже. Хотя...
Ничего не «хотя», сердито отмел Аркадий. Побоку.
А почему?
Потому что нам не заказывали пародию. Да и кто полезет купаться в тех местах? Холодно.
Да? Ладно. Дело говоришь. А что тогда?
Вот я и думаю, что тогда, окрысился Аркадий. Сутки уже думаю. Не поможешь?
Сам думай. Кого можно встретить в тундре?
Северного оленя. Волка. Медведя.
Так. А еще?
Песца. Куропатку. Лемминга.
Хм, плотоядные лемминги, а? Мигрируют, мельтешат, шуршат лапками, а на пути человек. Они как набросятся стаей...
Сам дурак.
Спорный вопрос. Валяй дальше.
Мамонта можно встретить, сказал Аркадий и хихикнул.
Банально и не страшно, вынес вердикт Тимофей. Ну а еще?
Гнус. Ягель. Карликовую березу.
О! возбудился Тимофей. Береза! Я знаю, это такая кривенькая, ниже колена. По земле стелется. Береза-мутант хватает геолога за ноги, оплетает и сосет кровь. Тут набегают лемминги, а потом в тундре находят лишь геологический молоток с обгрызенной рукоятью. Это будет заставка перед титрами. Сойдет?