Круг тот небесный, вращаясь, указывает месяцы. Боги на нем начертали особые знаки, а смертные назвали их: Водолей, Рыбы, Овен, Телец, Близнецы, Рак, Лев, Дева, Весы, Скорпион, Стрелец и Козерог. Ими Божественный Разум указует законы, и пастух, и земледелец делят работы свои по их указаниям. По ним мы знаем время, когда реки вздуваются водами и затопляют берега. Вращение их неизменно, как воля богов.
Первый ученик (с восторгом).
Учитель! Трепет идет по душе моей от величия Бога
Монасура.
Теперь приближается Лев, и зной палит землю, как дыханье пустыни. Братья, я принесу вам изображение кругов небесных.
(Уходит в дом.)
Второй ученик.
Как мудр Монасура! Он знает все тайны.
Третий ученик.
А Тугусава нас учит жертвоприношениям, заклинаниям от злых духов и демонов. Но неба не знает Тугусава.
Четвертый ученик.
Тугусава говорит, что служение в храме выше познаний. Ибо молитвы и сосуд совершают чудо и меняют весь мир.
Первый ученик.
Я боюсь, что Монасура учит другому, но я люблю его больше Тугусавы.
Третий ученик.
Нет, молитвы не изменяют небесных законов.
Четвертый ученик.
Изменяют.
Пятый ученик.
Тугусава говорит изменяют.
Первый ученик.
Если боги захотят, то будет чудо.
Третий ученик.
Мы спросим Монасуру.
Монасура (выносит деревянное изображение небесных сфер, составленное из параллельных и пересекающихся кругов).
Вот, как расположены небесные круги. Это вот круг, на котором начертаны знаки, и здесь вот Лев. (Ученики обступают его со всех сторон.) Пять раз взойдет и опустится солнце, а на
шестой день приходите в полдень к Небесным Лестницам, и, когда тень от вершины большой стены подвинется к подножью малой знак Льва взойдет над землею.
Ученики (в восторге).
И это будет точно?
О, как знаешь ты это, учитель?
Мы придем, учитель!
Мы придем!
Монасура.
А потом, когда убежит и свернется небесная лазурь, я укажу вам его огнистые знаки, и фигуру его начерчу вам потом на песке у Небесных Лестниц. Вы будете знать его и сами найдете между небесных огней
Ученики (радостно).
Мы придем, учитель! Мы придем все!
Монасура (выходя из группы).
А теперь благословляю вас Светлым Богом
(Уходит.)
Ученики (все).
Слава Светлому, Великому слава
(Расходятся.)
Первый ученик (третьему).
С каждым разом после ученья Монасуры мне кажется, небо приближается к нам. (Уходит.)
(Сцена пуста несколько мгновений. В это время проходит старик в черном плаще и, заглянув в портик, уходит, опираясь на посох. Монасура выходит, бодрый и оживленный, садится и пишет на свитке. Потом бросает работу и глубоко задумывается. Из дома выходит Келеа.)
Монасура (вслух продолжая мысли).
Необходимо сказать все. Люди должны знать истину.
Келеа (подходит, садится у ног, обнимая).
Монасура, ты один, ты единственный! (Целует его.) О, Монасура, я понять не могу, что в душе моей. Мне не нужно ни храма, ни богов. Мне не нужно всего мира. Ты один мой, мой единственный!..
Монасура (нежно и ласково улыбаясь, целует ее в лоб).
О, радость жизни, ты, как весеннее солнце, греешь холод мысли. Ты, как ароматный, пьянящий цветок, опьяняешь душу для наслаждений. (Прижимает ее, закрывая глаза. Но думы снова темнят его лицо. Пауза.) Келеа, сегодня я хочу сказать ученикам истину
Келеа (вздрагивая и хватая его за руки).
Подожди, Монасура! Пусть остановится солнце на время, пусть не бегут так скоро тени у Небесных Лестниц и не меняют часов
Монасура.
Это нужно, Келеа.
Келеа (приникая к нему).
Мне страшно.
Монасура.
Путь мой намечен, Келеа. Горе тем, кто станет на полпути, ибо дух его будет между жизнью и смертью, но не докажет истины. (Воодушевляясь.) О, как понятен мне мир и законы богов! Тольке твои поцелуи пьянят больше, чем откровение Бога. О, слушай, Келеа! Мне мнится теперь, что взошел я на высокую гору, а у подножья ее легли тайны и загадки земли, и я вижу их с высоты. (Встает.) Вот они у ног моих. Я гляжу в высокое небо и оно спускается ко мне, и я, как полная луна, иду по небесным кругам.
Келеа! Когда лучезарный день свивает свой зыбкий занавес с огнистой бахромой вечерних пыланий несметные очи богов смотрят мне в душу. (Переживая восторг, который замирает в его груди.) Вот раскинулся бескрайный молочный путь, опоясав все небо, и мысли мои, как крылатые ангелы, идут по небу к разуму Бога
(Пауза. Келеа с благоговением любви и восторга смотрит на него, как на пророка.)
Келеа (волнуясь).
Когда говоришь ты, Монасура я слышу пение с неба. Ты пророк, Монасура!..
Монасура (сжав брови).
Но я ненавижу обманщиков! Пусть погибну, но раскрою всю истину ученикам и черным плащам. Черные плащи, Келеа, близки моему сердцу Ум их темен, как их плащи. (Горячо.) Но душа их, Келеа, светлее наших алмазных венцов.
Келеа.
О, не говори всем так открыто! Не верь людям, Монасура. Они предадут тебя.
Монасура.
Разве я для людей это делаю? Я все для Истины. И как я не скажу? Разве можно сказать реке, чтоб не текла она? Она мчится к великому морю, и если что преградит путь ей, она сокрушит преграды
Келеа (со слезами на глазах).
Ты забыл меня, Монасура.
Монасура (с упреком).
Ты женщина.
Келеа (страстно).
Да! Да! Мне любовь моя моя истина! (Готова заплакать.)