Андрэ Нортон, ТОРГОВЦЫ ВО ВРЕМЕНИ
1
В конце последней четверти двадцатого столетия на любой из расположенных десятью этажами ниже улиц можно было встретить людей, внешне почти неотличимо похожих на него, также просто и аккуратно одетых. Но тот наблюдатель, одетый в форму защитного цвета, который и в самом деле существовал, видел только отблески тайной и тщательно контролируемой ярости, которую Мэрдок сам еще не до конца понимали лишь учился использовать ее в качестве оружия, направленного против мира, всегда казавшегося ему враждебным.
Он знал, что охранник смотрит на него, но не подавал виду. Дежурный фараон, отнюдь не новичок в своем деле, вероятно, ожидал увидеть нечто мало похожее на равнодушное смирение, однако ожидания его были обмануты. На этот раз Росса зацепили крепко. Но почему ему не сообщили о переводе сюда? Что означал этот дневной допрос, который вел лысый верзила? Им удалось прижать Росса к стенке, и он был от этого не в восторге. Юноша отвечал на задаваемые вопросы со всем вниманием, на которое был способен его проницательный разум, но все же, вспоминая об этом допросе, он смутно предчувствовал неладное.
Дверь камеры распахнулась. Росс не повернул головы, но охранник прокашлялся, словно час их обоюдного молчания иссушил его голосовые связки.
Мэрдок, подъем! Судья хочет видеть тебя.
Плавным движением, контролируя каждый мускул своего тела, Росс встал. Никаких пререканий, ни следа дерзости или неповиновения. Он шел, будто маленький мальчик, осознавший свои ошибки. Эта роль кроткого и безобидного человечка не раз выручала Росса в его бурном прошлом. Таким он и предстал перед человеком, сидевшим за столом в комнате, куда его привели. На лице Росса играла застенчивая улыбка, он переминался с ноги на ногу с мальчишеской неловкостью, почтительно ожидая пока тот, другой, обратится к нему. Сегодня судья Орд Рэйвел. Гнилой номер пытаться надуть старину Орлиного Носа. Придется принимать приготовленный им подарочек, даже если от него потом станет худо...
У вас скверное досье, юноша.
Росс позволил своей улыбке угаснуть, его плечи обмякли. Но в глазах под полуопущенными веками прятался все тот же холодный, дерзкий вызов.
Да, сэр, согласился он, тщательно имитируя дрожь в голосе. Но в следующую секунду Росс понял, что все его актерское искусство пропадает зря. Судья Рэйвел был не один рядом с ним сидел проклятый лысый бугай и смотрел на заключенного тем же пронизывающим взглядом, что и накануне.
Очень плохое досье, особенно учитывая тот короткий срок, за который вы его заработали, Орлиный Нос тоже пялил на Росса свои гляделки. По закону вы должны быть переданы в Новую Реабилитационную Службу...
Росс похолодел. Ему приходилось слышать
к которой они приближались, казалось, явилась прямо из будущего иглообразный корабль, стоящий на хвостовых стабилизаторах, устремив острый нос вертикально вверх, в небеса. Вдоль одного его борта возвышался трап, по которому пилот вскарабкался в кабину.
Не размышляя, Росс последовал за ним и обнаружил, что должен лечь на спину, согнув колени почти до подбородка. Мало того, он должен был делить и без того более чем тесное пространство с майором. Входной люк захлопнулся, заперев их внутри.
За всю свою недолгую жизнь Россу часто случалось испытывать страх, сильный страх. Он старался закалить свой разум и тело, чтобы противостоять такому страху. Но то, что он испытывал сейчас, нельзя было назвать просто страхом, он впал в панику, настолько жуткую, что полностью лишился сил. Быть замкнутым в крохотном объеме, лишиться возможности хоть как-то контролировать происходящее это оказалось пострашнее всего, с чем он сталкивался раньше.
Как долго длился этот кошмар? Секунду? Час? Росс утратил всякое чувство времени. Но вдруг словно огромная рука сдавила его, и он совершал отчаянные попытки вдохнуть, пока мир вокруг него не взорвался...
Сознание медленно возвращалось к юноше. Какое-то время он думал, что ослеп. Потом он начал различать перед собой серые тени. Наконец до него дошло, что он больше не лежит на спине, а сидит, откинувшись, в кресле. Все вокруг дрожало от вибрации, сотрясавшей также и его самого.
Россу Мэрдоку удалось так долго пробыть на свободе только потому, что он умел быстро оценивать обстановку. За последние пять лет он редко терпел поражение, сталкиваясь с опасными людьми или ситуациями. Теперь он понимал, что вынужден обороняться. Он вглядывался в темноту и думал, яростно и напряженно. Создавалось впечатление, что все происшедшее с ним за этот день было придумано лишь с одной целью разрушить его самоуверенность и сделать его посговорчивее. Но зачем?
Росс обладал твердой верой в свои силы и проницательностью ума, редкой для людей его возраста. Он понимал, что из того, что личность Мэрдока важна для самого Мэрдока, вовсе не следует, что она так уж важна для всего мироздания. Его досье было настолько объемным, что Рэйвел мог пришить ему все, что угодно. Но существовала одна немаловажная деталь, отличавшая его от большинства приятелей, до сегодняшнего дня ему неизменно удавалось выкрутиться. Росс полагал, что так получалось потому, что он всегда работал в одиночку и брал на себя труд просчитывать свои действия на несколько ходов вперед.