Запускаю протоколы связи. На поиск уйдет какое-то время, Гвоздеву для работы не требовался монитор. Вовремя неудачной военной операции он получил в лицо заряд плазмы, сплавивший забрало шлема с его кожей. И сваривший глазные яблоки вкрутую. Гвоздю повезло, он был уникальным специалистом. Диверсантом и грозой вражеских тылов. Причем, как говорили его сослуживцы, спецом он был не от бога. А от дьявола. Поэтому его не списали с копеечной пенсией на свалку, а провели первоклассную пластическую операцию и установили глазные протезы передовой японской разработки.
Не сказать, что после всех процедур Гвоздь стал красавцем. Впервые увидев абсолютно черные глаза, лишенные радужки и зрачка, у многих случались неконтролируемые приступы диареи. Зато Гвоздь видел в темноте, как кошка, вдаль глядел, как орел и управлялся с различными гаджетами как как долбаный киборг. Нравилось ему или нет, но компьютерное меню отражалось у него напрямую в зрачке.
Какие у нас есть еще данные? прославленный диверсант понял, что отдых и покой помахали ему ручкой из окна трогающегося скоростного поезда и решил серьезно взяться за дело.
Чтобы узнать больше, нам надо либо спуститься самим, либо отправить на Землю зонды. Есть еще несколько моментов, которые мы смогли разглядеть с орбиты. Вокруг Земли болтается недостроенный «Вояджер».
Не запустили-таки! обрадовался капитан, но его радость безопасник не разделял. «Вояджер» был таким же разведчиком, как и «Пилигрим», только раза в два больше. Стартовать он должен был тоже к Надежде на восемь лет позже. И если Американская Демократическая Конфедерация его не успела достроить, то значит что-то на Земле и впрямь произошло за эти восемь лет.
А вот орбитальный лифт и верфь достроены. Но заброшены. Источники энергии там или заглушены или отсутствуют. К верфи пристыкован «Ковчег», насколько могу судить, он готов к полету процентов на девяносто.
«Ковчег» был огромным транспортным кораблем. Если бы их полет подтвердил, что на Надежде подходящие для жизни условия, то он отправился бы туда с первыми колонистами.
Состыковаться с верфью сможем? Гвоздь перебирал в уме безопасные места для размещения экипажа.
И что мы там делать будем? вопросом на вопрос ответил планетолог.
Обживаться, огрызнулся офицер, а я возьму челнок и смотаюсь на Землю. Оценю обстановку и потом отправлю челнок обратно за вами.
Боже ж мой, да зачем все это?! Мы дома, мы наконец-то дома! опять вмешалась в разговор мужчин Наталья, зачем нам сидеть в этих душных отсеках?
Гвоздь ее понимал, ему самому замкнутое пространство надоело до чертиков. Но и ломиться сломя голову на планету, на которой произошло
что-то нехорошее за время их отсутствия, не следовало. Об этом криком кричало весь его боевой опыт и пропитанная порохом начерно душа.
На верфи более просторно, запустим солнечные панели, а может и реактор.
Заполним воздухом отсеки
Нет уж, не стал дослушивать планы Гвоздя капитан, тут я с экипажем согласен. Нечего нам тратить время на орбите. Мы устали, нам нужен отдых. Да и потом, что такого страшного может случиться дома? Ну, поменялись за сто лет частоты связи
Ага, и контуры всех городов, поддакнул Гвоздь, бросивший любоваться грудью Элеоноры Витальевны и начавший детально рассматривать картинку Земли на экране.
Это тоже объяснимо с точки зрения науки, капитан «Пилигрима» в дополнение ко всему был еще и социологом, миграция
Да какая к чертовой бабушке миграция, безопасник не хотел выслушать еще одну лекцию, наполненную заумными терминами, там внизу, может, и страны нашей уже нет.
Это вы бросьте, рассмеялся планетолог, так не бывает.
Гвоздев знал, что бывает и не так. Он своими глазами видел, как за секунду воздушно-топливная бомба превращает в пыль большой город. Ладно не своими, у него к тому времени уже протезы стояли. Но если по секунде на город, то сколько там этих секунд на страну надо? Во-во, а прошло уже сто лет.
Измученный полетом экипаж, желавший быстрее оказаться под голубым небом и поваляться на зеленой травке, доводы слушал неохотно.
Да поймите вы! Нельзя нам всем составом высаживаться! Нельзя! Я запрещаю! надрывался Гвоздев.
Андрей Дмитриевич, голубчик, это вы на Надежде что-то запрещать могли, а здесь капитан развел руками.
Понятно, ученые головы решили отыграться за запрет исследования некоторых областей на Надежде. И там, у Гвоздева действительно были полномочия и коды доступа, чтобы закрыть полеты в эти области. Он не мог рассказать научникам, почему он это сделал. Пока не мог, уж слишком ошеломляющим было его открытие.
А вот на орбите Земли у него таких полномочий не было. Никому из отправляющих в экспедицию в голову не могло прийти, что возле родной планеты их будет подстерегать опасность.
Есть! Есть ответ от запасного космодрома! завопил вдруг планетолог, а Гвоздь себя почувствовал полным идиотом. Значит в порядке все внизу, никуда страна, да и весь мир в целом не делись.
Но уже через секунду, сверившись с корабельным сервером, Гвоздь возразил:
Погодите. Это же просто маркер. Пип-пип. Я тут. Ответа от диспетчеров так и не пришло!