Вновь он открыл свои глаза стоя посреди поселения, опять при помощи странного тепла была свернута шея гоблина, а он опять побежал, только на этот раз сразу к гоблину, какой бросил в него свою палку, однако Костя просто перехватил ее и вдарил ему прямо по макушке, выбрав своей следующей целью ближайшего, который уже замахивался своим копьем, которое было перехвачено и вырвано из рук, после чего не острым концом ему прилетело в нос. Сейчас он желал лишь одного, убить как можно больше гоблинов, и отдался этому желанию полностью, совершенно не замечая, что по его телу разливалось то самое тепло, которым до этого была свернута шея гоблина, и отвечая его эмоциям, делало сильнее, прочнее и быстрее. Однако довольно быстро оно закончилось, и он вновь без сил упал, и был насмерть забит дубинками.
Опять он стоит там же, снова убитый гоблин, и опять он кинулся на этих зеленых коротышек, уже всей душой ненавидя их. Так продолжалось еще три смерти, пока в последний раз, его не убили сразу, а перед этим начали резать еще живого, видимо на мясо, но Костя, чтобы не мучиться так дернулся, что ему перерезало шею. Такая смерть привела его в чувства, и он решил все-таки изучать тот способ, с помощью которого каждый раз сворачивает шею гоблину. Это тепло ощущается им постоянно, так что ему лишь оставалось повторить в точности то, что он ощущал каждый раз, и у него даже получилось выпустить его за пределы тела, только вот прилетевшее со спины копье помешало, так как даже это действие заняло у него непозволительно много времени.
С-сука, как же, больн-хрххр. не смог он закончить, так как ему в шею ткнули копьем.
Еще одна попытка, и снова быстрая смерть. Косте пришлось умереть еще пятнадцать раз, прежде чем вышло поднять в воздух одного гоблина, и еще четыре попытки, чтобы свернуть ему шею. Его манипуляции тратили значительно больше сил, чем когда контроль над его телом брала Система. Да, он почти сразу понял, что это она показала ему как пользоваться этой способностью, и судя по всему сразу идеальное исполнение, при котором, по его ощущениям, ни капли не было потрачено в пустую. Убедившись, что он способен это повторить, и умерев еще раз, он решил начать попытки сбежать из деревни,
так как прекрасно понимал, что его выносливости точно не хватит чтобы истребить всех сразу, даже если они не будут сопротивляться, так что нужно убежище, где получиться отдохнуть и прийти в себя, лучше отточив свой телекинез.
Выбрав одно направление началась новая полоса смертей, где он пытался найти идеальный маршрут, при котором не наткнется на группу гоблинов, которые задержат его на секунду-две и этого хватит, чтобы возможность сбежать пропала и оставалось только принять бой. К его сожалению, каждая попытка отличалась от остальных, и была один в один лишь в месте его появления, так что приходилось полагаться на удачу и учиться убивать этих коротышек все быстрее и затрачивая как можно меньше сил. Научился новому, более полезному здесь и сейчас приему с теплом, начав при помощи него усилять тело, в основном ноги, чтобы быстрее бежать, так как его рукам прекрасно хватало сил, чтобы убить гоблина.
За кучу смертей Костя сильно зауважал Убийцу Гоблинов, и всем сердцем желал, чтобы этот товарищ поделился с ним способом, уже выбраться из этого, ненавидимого всей душой поселения гоблинов, ведь раз за разом ему не везло нарваться на небольшую группу гоблинов, которых было не избежать и не обойти, и которые каждый раз задерживали его достаточно, чтобы возможность сбежать просто пропадала. Еще и нужно было следить за количеством тепла, так как если оно кончиться, то тело просто переставало его слушаться и он просто падал без сил. Но после кучи попыток побега, его становилось все больше, как и его тело все сильнее, и более ловким.
Глава 2
По пути Костя стал собирать копья, которые прямо на бегу закрепил на спине при помощи какой-то шкуры, и когда увидел вдалеке первого гоблина с перьями на башке, который стал водить руками перед собой, тут же бросил копьем, прилетевшим тому прямо в глаз. Единственный найденный им способ пройти этот участок, это сразу же убивать шаманов, так как, если от огненного шара и ветряного лезвия еще можно успеть увернуться, то от молнии нет, и тогда конец, опять начинать сначала. В этот раз ему везло значительно больше, так как не до сих пор шаманы встречались только по одному, и убивались быстрее, чем успевали сделать хоть что-то.
Однако вечно так продолжаться не могло, и когда Костя вышел на финишную прямую, уже видя стену всего в сотне метров от себя, из ближайшего шатра ударил огненный шар, и Костя ожидая какой-то подлянки, сам себя дернул телекинезом вперед, что позволило задоджить опасную для его голой жопы фигню, и продолжить свой бег, так как гоблин, сделавший это так и не вылез из шатра, а кинуть что-то на удачу он не решился. Добежав до четырехметрового частокола, он за три секунды буквально взлетел наверх по лесам, как на стройке, и устроил спарту сидящему там гоблину. На лице была лишь широкая, на сколько это было возможно, безумная улыбка, с которой он спрыгнул вниз, перелетев неширокий ров, и спокойно погасил инерцию кувырком, еще и усилив тело для надежности.