Раввин без слов улыбнулся ей широкой и очень доброй улыбкой, а глаза его искренне смеялись над столь непонятным ему сомнением женщины. Закрыв входную дверь, Номи чуть не вскрикнула от испуга, наткнувшись на своего мужа, стоявшего с горящими глазами перед нею и с какимто особым выражением подозрения, вглядывающимся в её глаза. Кто это был? тихо, с напряжением в голосе спросил он. Раввин Что случилось, Арье? ещё трепеща от испуга, ответила Номи. Ты его знаешь? Нет. Первый раз вижу но Не нравится мне этот незнакомец. Откуда он узнал про нас? Почему говорит на ломаном русском? Да и откуда нам известно, что он действительно раввин? Его ктото подослал! Кто? 4 Полковник полиции Игорь Семенович Барсин поджидал в своем кабинете следователя Мартынова. Ему было как-то неуютно с этим настырным следователем, а особенно с его раскопками одного дела, способного поднять большую вонь в органах и в городе. Ему, опытному полицейскому, в последнее время не была понятна позиция начальства к разнообразным проблемам в области криминальных дел. С одной стороны, вроде бы, начальство хотело но с другой стороны, вроде бы и нет А что правильнее сделать, должен ломать голову нижестоящий начальник следственных органов и всей системы установления порядка в стране. «Дался же ему этот бриллиантщик!» размышлял про себя полковник. В этот момент секретарша доложила, что в приемной его дожидается следователь Мартынов. Барсин кивнул. Мартынов вошел почти сразу за секретаршей. Он выглядел неприятно агрессивным и говорил нервно и даже непочтительно. Так, во всяком случае, показалось полковнику. Уважаемый Игорь Семенович, холодно произнес молодой следователь, не глядя в глаза старшего по званию, я требую официального открытия уголовного дела против семьи Фридланд! Дела по подозрению в убийстве главы семейства, Фридланда Льва Давидовича! По подозрению в сокрытии улик и попытках помешать следствию вести полноценное и объективное расследование! голос его дрожал, а в конце он даже взвизгнул от негодования, Кроме того, я имею заявить, что на меня, сотрудника полиции Мартынова Андрея Степановича, 13 числа декабря месяца в 2 часа дня пополудни было совершено покушение на жизнь, путем наезда автомобиля Подождите, подождите, Андрей Степанович, садитесь, поморщился начальник, слушая и наблюдая за подчиненным, доложите всё по порядку. И не кричите, я хорошо слышу. Игорь Семенович, я требую немедленно выдать санкцию на арест младшего сына покойного, Артура Фридланда, а так же его брата Генриха и сестры Анны Фридланд. А эту за что? Она, кажется, старший врач, или даже профессор в крупном кардиологическом центре Петербурга. Как прикажите объяснить её отстранение от работы её пациентам? Где основания для формального ареста? По подозрению в убийстве в соучастии в попытке покушения на жизнь государственного служащего при исполнении служебных обязанностей Отлично. Улики на стол. Что? Улики. Выкладывайте улики, Андрей Степанович. Факт попытки наезда на меня я указал в рапорте в тот же день. Там присутствовал её брат и водитель семьи Федор Иванович Коконин. Которого, вы успешно застрелили. Так точно. В порядке самообороны в критический момент А оставили бы живым, он дал бы нам всю изобличающую информацию! Вам понятно, господин Мартынов?! резко стукнул кулаком по столу Барсин. Игорь Семенович, я понимаю, но у меня не было выхода. Экспертиза подтвердит мой рапорт. Но, он сделал многозначительную паузу, Игорь Семенович, в истории этой как это выглядит при более глубоком рассмотрении, замешаны, похоже, возможно весьма крупные люди, лица, так сказать, из первого эшелона он наклонился над столом, приближаясь к начальнику, очень сильные люди, почти шёпотом завершил свою мысль Мартынов. Полковнику сделалось нехорошо. «Черт его знает, куда клонит этот дотошный пронырливый мальчишка! На что он намекает? Не на то ли дело с гибелью жены этого торговца алмазами? Да, тогда ходили слухи о заинтересованных лицах Ммм Но кто сегодня может быть заинтересован? Впрочем, там, где замешаны большие деньги, царит Египетская тьма. Но кто, кто хочет сегодня докопаться до истины? Или наоборот, закопать её!?» Так кого ты, Андрей Степанович, видишь кто стоит за этим делом? вкрадчиво спросил Игорь Семенович. Мартынов уловил перемену в тоне и взгляде начальства и тут же успокоился. Он принял более вальяжную позу на своем стуле напротив босса. Тут, Игорь Семенович, много вариантов может быть. И откуда же тебе известно хоть об одном? А вы помните это дело о гибели жены Фридланда? Помните, кто его вел? Гм не припомню. Давненько дело то было. Его вел, я проверял, Василий Петрович Тищенко. А он, как говорят, может слухи, а может и правда, был крепко
связан со службой бывшего губернатора и даже лично с губернатором. Напрямую, так сказать. Так, так. Дело это он закончил поимкой и осуждением водителя грузовика, наехавшего на жену бриллиантщика. Его посадили на несколько лет. Дело закрыли. Но он не просидел и месяца. Умер от ножевого ранения. И вдруг, через год, перед самым повышением в звании, Василий Петрович погибает при тех же обстоятельствах, что и жена этого торговца алмазами. Теперь вы понимаете, Игорь Семенович, всю тонкость возложенной на меня задачи? Мартынов с гордостью посмотрел на босса и встретил холодный изучающий взгляд. Продолжайте. Ведь не верите же вы в Случайность преступления! он выделил голосом слово Случайность, Всё здесь выглядит продуманным и подстроенным И чем тогда закончили дело? Ну, это, о гибели Василия Петровича. Тем же. Водителя грузовика в тюрьму, Тищенко на кладбище. Дело закрыли. А вы полагаете, Андрей Степанович, не надо было закрывать? Комуто было надо он как бы заговорщицки подмигнул боссу. Тому это очень не понравилось. «Что за панибратство, идиот!» Кому же? Это я скоро узнаю. А откуда у тебя, Андрей Степанович, такие подробности о деле Тищенко? Столько лет прошло. От его дочери. Допрашивал? Нет, сама призналась. Вера Васильевна моя жена. Он твердо и чуть нагло посмотрел в глаза растерявшемуся начальнику. Наступила пауза. Игорь Семенович, надо срочно санкционировать арест Артура Фридланда и всего семейства, выпрямился на стуле следователь Мартынов. Выполняйте задание! Я позабочусь о формальностях. Когда Мартынов вышел, наделенный полномочиями, полковник Барсин поднялся и прошел к шкафчику из орехового дерева. За дверцей стояли бутылки с дорогими напитками из Франции, Шотландии, Англии. Полковник предпочитал шотландскому виски выдержанный Реми Мартен. К виски он не привык, а вот хороший коньяк, который, конечно, не мог сравниться ни с каким армянским, молдавским или азербайджанским, он уважал. «Черт возьми!», в сердцах пробормотал полковник, «Один про Фому, другой про Ерему». Он плеснул из бутылки в хрустальный бокал коньяку, отмерил на глаз, добавил, вернул бутылку на место, вдохнул аромат напитка, сделал глоток и, подержав чуть во рту обжигающую нёбо жидкость, проглотил. Подойдя к окну, он отодвинул тяжелые занавески и выглянул на улицу. Холодно и снежно. Занимался серый день. «Этот Мартынов, похоже, жеребец приглуповатый, но опасен! Гляди настучит на тебя начальству, а потом и обойдет по кривой и сам же на твоё место сядет. А с другой стороны этот Юрка Карп. Правдоискатель. Ходячая совесть. Точно с Луны свалился. Законность, истина! А времена нынче какие? Базар цену диктует! На что спрос, на то и цена. Вон Политковская, Листьев, да ещё с десяток пулю заработали на правдоискании Тошнит. А с другой стороны, жить то хочется!» он отпил ещё из бокала, «Юрка, впрочем, человек надежный, старый корень, да и умен, а этот чистый жеребец, однако, опасен» 5 Хасид хабада раввин Эзра Гур вернулся домой как раз к вечерней трапезе. А вот и папа пришел, раздался из кухни голос жены с крепким американским акцентом. На её возглас в гостиную выбежали дети, две чудные девочки шести и пяти лет на вид и примерно трехлетний карапуз, одетый празднично в черные брючки, белую рубашечку и настоящую жилетку поверх. На голове его красовалась белая шелковая кипа, расшитая серебром, и весь он являл собою необыкновенную детскую серьезность. Девочки так же были одеты понарядному. Ну, вот, я успел вовремя. Сегодня зажигаем третью свечу, верно, Йонатан? Дети, осторожно, я несу горячие латкес, жена вышла из кухни с керамическим котелком в руках, из которого валил пар и распространялся аромат жареного лука, масла и картошки. Она говорила на иврите, но не было сомнения в её родовых корнях. Сара, спасибо, дорогая! Геула, Дебора, Йонатан, становитесь здесь, давайте прочитаем молитву и зажжем третью свечу. После завершения обряда все собрались вокруг стола. Как прошел первый визит в семью Бен Давид?- обратилась Сара к супругу, разложив пищу по тарелкам. Ты знаешь, можно считать неплохо. Мне удалось немного ободрить их. Настолько, что, ты представь Сара, они решили меня отблагодарить материально! Сунули в руку конверт с деньгами. Впрочем, у них там это принято, но главное, что Номи, молодая мать мальчика, не могла, кажется, поверить, что у нас это не принято! Что мы действуем от чистого сердца и из лучших побуждений. Она симпатичная? Возможно, а вот мальчик чудный. Ему только четырнадцать. У него какоето душевное расстройство, проявившееся только сейчас, то есть в начале года, и вот они теперь встали перед проблемой борьбы с недугом. Отец только что, как я понял, приехал к сыну из России Ему, мне кажется, особенно тяжело. Он старый,