Она старалась глубоко дышать. Понемногу ее голова прояснилась, и, продолжая лежать в пыли, она осмотрелась вокруг широко раскрытыми глазами. И тут послышался еще один звук мягкое урчание автомобильного двигателя.
Смех стих, окна, выходившие на улицу, закрылись. Нина медленно подняла голову, чтобы понять, что вызвало такую тишину. И первое, что предстало ее взгляду, была пара начищенных ботинок из крокодиловой кожи ручной работы.
Нина решила, что у нее начались галлюцинации. Она подняла взгляд выше и обнаружила, что лежит уже не на солнцепеке, а в тени, которую отбрасывает очень крупная мужская фигура. Над ботинками возвышались длинные ноги в белых льняных брюках. Над брюками безукоризненный, такой же белый пиджак, несомненно, от Армани. Человек стоял, скрестив руки на широкой груди. Наклонив голову с иссиня-черными, аккуратно постриженными кудрявыми волосами, он рассматривал Нину.
Вокруг словно стало еще тише. Гигант стоял, расставив ноги, не говоря ни слова, и смотрел на нее сверху вниз. Нина в таком положении не могла его хорошо рассмотреть. Но ее это не волновало, она только чувствовала облегчение оттого, что он своим появлением прекратил ее муки. Ясно одно он не карабинер. После всего, что ей пришлось вынести, ей совсем не улыбалась мысль быть посаженной в тюрьму за то, что она нанялась к Локасто без официального разрешения на работу.
Нина сделала попытку встать, но жара и пережитое унижение сделали свое дело: она беспомощно закопошилась, словно потревоженная птица в своем гнезде. Затем ей все-таки удалось сесть на тротуар, расставив голые ноги с разбитыми коленками. Ее утешила мысль, что сегодня на ней шорты, а не короткая юбочка, которая теперь бы задралась, не оставив ей даже малейшей возможности держаться с достоинством.
С вами все в порядке? по-английски спросил костюм от Армани глубоким с хрипотцой голосом. Его итальянский акцент едва чувствовался.
Нина подняла голову и, прищурившись, посмотрела на незнакомца. Если бы она не сидела на дороге в нелепой позе, то отметила бы, что этот человек необыкновенно хорош собой.
Бывало и лучше, выдавила она. И, думаю, выгляжу я обычно тоже немножко лучше, нервно прибавила она, отковыривая прилипшие к плечу зернышки помидора.
Большая смуглая рука потянулась к ней, и Нина благодарно приняла ее. Незнакомец почти без усилия поднял ее на ноги.
Спасибо, проговорила она и выдавила слабую улыбку. Вы первый джентльмен, которого я встретила в Палермо. Она подняла взгляд и в первый раз по-настоящему рассмотрела его.
Перед ней стоял красавец с правильными чертами лица, с горячими черными глазами и полными чувственными губами. У незнакомца была по-сицилийски оливковая кожа. Его густым кудрявым волосам позавидовала бы любая женщина.
Интересно, что он увидел и услышал из сцены моего позорного изгнания, подумала Нина. Она машинально пригладила волосы и обнаружила на пальцах еще несколько зернышек помидоров. Господи, она, наверное, омерзительно выглядит, в то время как он такой элегантный и изысканный. Нина с любопытством перевела взгляд на его машину, и от удивления открыла рот. Это был длинный лимузин, белый с затененными стеклами, его двигатель продолжал работать.
Кто вы такой? Местный рэкетир? довольно необдуманно спросила она, немного оправившись от шока. И мужчина, и его машина были совсем не типичны для этого района Палермо.
Ответом ей было молчание. Он не сказал ни слова, чтобы поддержать ее шутку. Его горячие черные глаза прищурились, и только. У Нины сжалось сердце. Какой надо быть дурой, чтобы говорить подобные вещи незнакомым людям! Хотя она пробыла на Сицилии всего несколько недель, она уже успела окунуться в атмосферу сплетен и слухов.
Мафиози, промелькнуло у нее в голове. Ее глаза широко раскрылись, рука, поправлявшая волосы, упала.
Гм спасибо за помощь, выдавила она. Я пойду. Molte grazie. Chiao!
Нина нагнулась, чтобы подобрать рюкзак. Ей хотелось умчаться отсюда как можно быстрее. С нее хватит: в первую же неделю в Палермо у нее украли в молодежном общежитии все деньги, затем она попала в дом Локасто, где ей пришлось работать, не разгибая спины, а тут ее еще выставили с позором и без денег Хуже не придумаешь!
Опередив ее на секунду, он сам подхватил рюкзак. По-прежнему не произнося ни слова, незнакомец бросил его на пассажирское сиденье лимузина. Затем поднял с земли ее бусы, книгу в бумажной обложке, пару кистей для живописи и тюбик крема и отправил их вслед за рюкзаком.
Нет, это не мое! воскликнула Нина, увидев, что он собирается поднять желтый ободок для волос, видимо кем-то потерянный.
От собственных слов у нее закружилась голова. После этого каждый подумал бы, что она собирается сесть в эту роскошную машину и уехать с незнакомцем. Что вполне отвечало намерениям самого незнакомца, как со страхом поняла Нина, поскольку он кивком пригласил ее в машину.
Нина попятилась.
Нет, не стоит, запротестовала она, яростно жестикулируя, чтобы придать своим словам убедительность. У меня теперь все в порядке. Мой мой друг ждет меня. Там на углу в Пьяццо то есть в Пьяцце, поправилась она, чувствуя, что краснеет. Если бы у нее и правда был друг!