И. А. Л. Даймонд В ДЖАЗЕ ТОЛЬКО ДЕВУШКИ (Литобработка А. Ю. Лихачевой)
Часть I ЧИКАГО 1929 ГОД
Ну, так вот, беседовали мы с ним тогда уже не помню о чем, и вот Джерри и говорит вдруг, мечтательно улыбаясь:
Да, сейчас бы во Флориду
Ты там бывал? лениво полюбопытствовал я.
Бывал, усмехнулся Джерри. Я там чуть было замуж не вышел
Удивление, появившееся на моем лице, заставило его улыбнуться.
За миллионера, Джеф!
Пока я раздумывал, обижаться ли мне, что меня здесь за дурака держат, или я сам чего-то не так понял, Джерри расхохотался и говорит:
Ты не ослышался. И смеюсь я не над тобой, Джеф. Если хочешь, могу рассказать, как было дело.
Ну кто же не хотел бы услышать, как джентльмен чуть было не вышел замуж за миллионера? Мы налили еще виски, и Джерри поведал мне самую невероятную историю из всех, когда-либо слышанных мною.
Нарушители и блюстители сухого закона
Вот идешь, например, по сугубо сухопутному городу и вдруг вывеска: «Яхт-клуб». В городе ни ручья, ни какой захудалой лужи, откуда, казалось бы, катера и яхты? Но все станет ясно, когда увидишь, в каком развеселом настроении покидают клуб его члены. И ни боже упаси! каких рюмок, только чашки! Чайные там, кофейные Полиция, конечно, тоже не дремала и частенько изображала непримиримую борьбу со злом окаянным; вот только нарушителям неизменно удавалось выходить сухими из воды. Ибо власти предержащие подкупались столь широко и щедро с сумасшедших-то прибылей почему и не поделиться? что борьба эта больше походила на фарс: сегодня мы вас ловим а завтра отпускаем. Да и где ж ты их осудишь, если сам чикагский мэр содержал пять тайных публичных домов, где тоже подавали спиртное?!
В Чикаго тогда дня не проходило, чтобы не выходил экстренный выпуск какой-нибудь газеты с заголовками один страшнее другого. То «Бандит Джонни застрелил полицейского Вилли», то «Полицейский Бобби убил двух бандитов из шайки Джимми» Мафия скучать никому не давала, и все, как говорится, были при деле. Потому-то о мировой политике можно было говорить уверенно, а вот, о Чикаго нельзя, ибо в Чикаго стреляют. И надо сказать, что весь мир признал достижения чикагцев в области стрельбы, и когда, например, люди в других странах хотели кончить дело миром, они говорили: «Мы не в Чикаго!» и все обходилось без рук.
Ну, так вот, в один из декабрьских вечеров 1929 года по шикарной Мичиган-авеню ехал черный катафалк солидная машина, принадлежавшая похоронному бюро итальянца Модзарелло. В кабине его водитель и джентльмен средних лет благообразной наружности Коломбо, по прозвищу Белые Гетры, тоже из итальянских эмигрантов. В кузове расположились двое сопровождающих устрашающего вида и роскошный гроб с телом «покойного». Катафалк направлялся к похоронному бюро синьора Модзарелло.
Разноцветные огни реклам мелькают в окнах машины в Чикаго сумасшедшая реклама, как дождь со снегом. Дождь колотит по стеклам, холод пробирает до костей Нет, ничего в такую ночь не нужно человеку, кроме стаканчика виски, думали ребята, сидевшие у гроба. И вот тут-то все и началось.
На «хвост» черному катафалку села полицейская машина. И ребята-полицейские первыми начали вести себя не как джентльмены: на подножки машины повыскакивали,
из пистолетов палят, редкие прохожие в ужасе разбегаются, машины шарахаются в стороны нормальная чикагская погоня!
Что оставалось делать тем, «убитым горем», в катафалке? Пришлось им, конечно, достать свои «машин-ганы» ручные такие пулеметы, выставить их в окно задней дверцы катафалка и попробовать отплеваться от наседавших блюстителей сухого закона в эту мокрую ночь.
Удалось. Помогло мастерство водителя, да меткость ребят в кузове, перебивших шины полицейской машине, да еще то, что в Чикаго ведь как свернул с Мичиган-авеню с ее небоскребами, огнями реклам и шикарным видом на озеро Мичиган, и ты в лабиринтах узких улочек, переулков, проходных дворов, зная которые, можно скрыться и от самого Господа Бога. Вот и Коломбо удалось удрать от погони.
И все же полицейские ищейки им здорово подгадили: ладно, в катафалке все стекла вышибли, но ведь и до святая святых добрались гроб в двух местах раздолбали. И угораздило же их так метко попасть! И вот теперь ребята Коломбо с искренней скорбью смотрели на два ручейка, вытекающих из дубового гроба. Открыли крышку так и есть: дюжина бутылок вдребезги, и священный напиток льется на дно катафалка
Подъехав к скромному заведению на тихой улочке, катафалк остановился. Вывеска над заведением гласила: «Похоронное бюро Модзарелло». Как говорится, милости просим. Водитель посигналил и из заведения вышли крепко сбитые ребята, осторожно выгрузили гроб и с подобающей случаю торжественностью понесли внутрь. Последним из машины показался сам глава «чикагского филиала» Коломбо Белые Гетры, прозванный так за странное пристрастие к белоснежным гетрам.
Впрочем, выглядел Коломбо всегда безукоризненно коротко подстриженные бобриком седоватые волосы, сухощавый, небольшого роста, одет с иголочки безупречный джентльмен, ничем не напоминающий настоящего мафиози, у которого обязательно должна быть слюнявая сигара во рту, шляпа жутко набекрень и тупые глазищи. Руки, на которых не было никаких фальшивых перстней, Коломбо стирался не пачкать редко, когда сам возьмет «машин-ган», чтобы дать очередь по особо ненавистному противнику С выражением невозмутимости на лице Коломбо неторопливо оглядел улицу и, не заметив ничего подозрительного, направился в заведение Модзарелло, тщательно закрыв за собой решетку двери. Очередная партия товара, пусть и не совсем благополучно, но прибыла на место назначения теперь можно и передохнуть.